Blok.NOT / Фрай Бернардино де Саагун. “Обычаи и верования” (Fray Bernardino de Sahagun. “Historia General de las cosas de la Nueva España”)

необходимым для пиршества «крещения».
2. В день «крещения» старики и старухи ели и пили, поздравляли ребенка и мать.
3. Ребенку говорили: «Внук мой, ты пришел в мир, в котором должен будешь испытать много страданий и трудностей, поскольку эти вещи есть в этом мире. Возможно, ты проживешь многие лета, и мы испытаем радость [от твоего появления], ибо ты – подобие твоего отца и твоей матери, ты – побег [из дерева] твоих дедов и предков, которые, мы знаем, жили в этом мире».
4. Сказав это и подобное этому, они ласкали новорожденного, проводя рукой над его головой в знак любви;
5. И тут же начинали поздравлять мать, говоря таким образом: «Дочь моя, или сеньора моя, ты вынесла муки рождения вашего сына, который достоин любви, как пышные перья или драгоценный камень; до этого момента вы были одно целое, вы и ваш новорожденный, сейчас вы оба разные существа, каждому жить - по-своему, и каждому умирать - по-своему, возможно, мы порадуемся ещё какое-то время вашим сыном и он будет у нас, как нить драгоценных каменьев.
6. Постарайся позаботиться о своем здоровье; позаботься, чтобы не умереть от болезни по своей вине и позаботься о своём сыночке, смотри, как неразумно поступающие матери убивали своих детей, засыпая, или когда они сосали грудь; если не откажутся сосать грудь с осторожностью, они прокусят нёбо и умирают; позаботься, ведь поскольку его нам дал наш Сеньор, мы не погубим его по вашей вине, и нет больше необходимости в словах».

Глава XXXVI

О пиршестве, устраиваемом по причине «крестин», и о порядке богослужения и о пьянке, которая там происходила.

1. Здесь излагается способ приглашения, делавшегося на «крещениях». С наступлением дня «крещения», приглашенные собирались в доме, где происходило «крещение» и сразу же рассаживались по своему усмотрению, так как у них были для каждого свои места.
2. Потом начинали те, кто имел обязанность обслуживать пиршество, те, кто был избран для этого; потом они клали курительный тростник с блюдами перед каждым из приглашенных; потом давали им в руки цветы, и возлагали гирлянды на головы, и бросали им связки цветом на шею; а потом все приглашенные начинали потягивать дым из тростников, и нюхать цветы.
3. После этого приходили слуги этого ужина, и приносили еду каждому соответственно его еду, и они клали её перед сидящим.
4. Ряд корзин без ручек с разнообразными хлебами, и в пару им другие – неглазурованные горшочки – с различным жарким, с мясом или рыбой;
5. И прежде чем, приглашенные начинали есть расставленные перед ними еду, они брали закуску и бросали её об землю в честь бога Тлалтекутли, и потом уже начинали есть;
6. поев, остатки они оставляли слугам, а, кроме того, и горшочки с корзинами.
7. Потом приходили те, кто готовил какао, и ставили перед каждым чашечку какао, и каждому давали его палочку, которую они называют акауитль, и остатки какао давали слугам.
8. Хорошо поев и попив, они, некоторое время, посиживали на своих местах, отдыхая;
9. а некоторые, кому не понравилась их еда и напитки, поднимались тогда сердитыми и уходили, злословя о пиршестве и о хозяевах, и возвращались домой раздраженными; а если кто-то из приглашенных видел подобное, говорил об этом хозяину, который в свою очередь пытался позвать их на следующий день, давал им поесть и утешиться; этот день они называли «апеуало», поскольку во время оного заканчивалось пиршество.
10. Женщинам, которые ели в другой части, не давали пить какао, кроме масаморры (кукурузная каша с сахаром и мёдом), усеянной сверху различными «чильмольи»;
11. а к ночи старики и старухи собирались вместе, пили пулькре и напивались им. Чтобы добиться такого опьянения перед ними ставили большой кувшин полный пулькре, и слуга наливал в чашечку и давал каждому выпить, по порядку, до дна.
12. Иногда давали пулькре, называющийся истак октли; что значит, белый пулькре, сочившегося из магуэев (американских агав), а были случаи, что давали пулькре, сделанный из воды и мёда, сваренный с корнем, который они называют айоктли, что значит – пулькре на воде, соответственно приготовленный и сохраненный хозяином пиршества за несколько дней до того.
13. И прислуга, увидев, что народ не спился, вновь давала выпить из противоположной части по левую руку, начиная с тех, кто был пониже.
14. Напившись, они начинали петь; одни пели и плакали, другие пели и веселились; каждый пел то, что хотел и как ему взбредет в голову; никто не согласовывал с другим. Некоторые пели громко, а другие тихо, как бы про себя.
15. Остальные не пели, а говорили, смеялись, острили, и сильно хохотали, когда слышали тех, кто острил. Вот так устраивались пиршества, когда кто-то приглашал по какому-либо поводу.

Глава XXXVII

О том, что сейчас делается на «крестинах», которые почти так же устраиваются как в старину и о разновидности пиршеств, устраиваемых и ныне и ранее сеньорами, принципалами и торговцами, и об остальных домах этого знака.

1. Здесь рассказывается о пиршестве, устраиваемое ими сейчас на «крестинах» своих детей, уже после прихода христиан. Они так же приглашаю сейчас на свои крещения, как делали это в давние времена, за исключением сеньоров, принципалов, торговцев и людей богатых, каждого, следовавшего своей прихоти; они устраивали пиршество и приглашали множество народу, они ставили чиновников и слуг, чтобы те обслуживали приглашенных, чтобы всем оказывалась честь сообразно значимости персон, им как раздавали цветы, так и еду и плащи да накидки.
2. С этой целью собиралось огромное множество еды, накидок и «маштлатес», цветов и курительного тростника, чтобы всем их приглашенным досталось всего необходимого в избытке, и получилось бы ни оскорбления, ни обиды хозяину пиршества, а получил бы он славу из-за порядка и изобилия всех вещей, которые он должен был дать.
3. И зная это, приглашенные ожидали и желали того, что им не будет недостатка в угощениях, поскольку пригласивший, не допустил бы позора, и никто бы, будь он в здравом рассудке, не смог бы огорчить ни его, ни угощение, и ни злословить об этом.
4. С наступлением дня пиршества все слуги и чиновники приглашения шли с большой старательностью, приготовляя необходимое и расставляя звонницы и цветы во дворах и на дорогах, подметая и очищая дворы и дороги дома, где устраивалось пиршество.
5. Одни носили воду, другие подметали, [другие] разбрызгивали воду, [другие] поливали песок, [другие] подвешивали звонницы там, где должна была сделаться площадка; [другие] занимались ощипыванием домашней птицы, [другие] умерщвлением собак и [другие] их обжигом, [другие] их поджариванием, [другие] варкой, [другие] вкладывали ароматизирующие добавки в тростники.
6. Женщины, старухи и девушки, занимались тем, что делали разнообразные тамали (пирог из кукурузной муки с мясом и специями); некоторые тамали делались с фасолевой мукой, некоторые с мясом; одни женщины промывали вареную кукурузу, другие снимали шкурку кукурузных зерен, являющуюся твердой, чтобы хлеб был нежнее; другие носили воду, другие кололи какао, другие мололи его, другие перемешивали маис с какао, иные делали всякую всячину.
7. С рассветом они всюду раскладывали циновки, разбрасывали сено, посыпая тротуар, которые казались накидками из сена; все вещи раскладывали в необходимом порядке, так что сеньор ни во что не вникал.
8. Всем этим занимались слуги и чиновники, те, которые раздают курительный тростник, цветы и еду; и они делают какао и разносят его тем, кто должен выпить; а также есть делегированные женщины, для специального обслуживания приглашенных.
9. Это происходит среди сеньоров и принципалов, торговцев и богачей; но простой народ устраивает свои пиршества, как бедняки и крестьяне, которые имеют мало и знают мало, и они дарят недорогие цветы и курительный тростник, уже некогда использовавшийся.
10. Остальные дома этого знака имеют судьбу, сообразно с местами, занимаемые их номерами. Второй дом называется Оме коскакаутли; третий – эй ольин; четвертый – науи текпатль; пятый - макуильи киауитль; шестой – чикуасе шочитль; седьмой – чикоме Сипактли; восьмой – чикуей Эекатль; девятый – чиконауи кальи; десятый – матлактли куетцпальин; одиннадцатый – матлактлионсе коатль; двенадцатый матлактлиомоме микицтли; тринадцатый - матлактлиомей Масатль.

Глава XXXVIII

О двадцатом и последнем знаке, называющемся се точтли. Говорили, что родившиеся под этим знаком, были фермерами, работниками, людьми трудолюбивыми, богатыми и бережливыми.

1. Двадцатый день называется се точтли (и) это последний из всех знаков; говорили, что этот знак был счастливым; родившиеся под ним были преуспевающими и богатыми, и обеспеченными всяким пропитанием; и это из-за того, что они сильные работники, фермеры и извлекают пользу из течения времени, и что они предугадывают дела и копят ценности для своих сыновей, и они с осторожностью блюдут свою честь и своё имущество;
2. а если он был крестьянином, то был очень усердным в обработке земли и в засевании всех видов семян, и в их возделывании, и таким образом в изобилии собирал все виды овощей и наполнял свой дом разными сортами маиса, и развешивал по всем балкам своего дома связки и пучки кукурузных початков; все вещи шли ему впрок, и маисовые листья и тростник, и кожура початков, и поздние початки, и этими трудами и усердием он обогащался.

Глава XXXIX

Которая говорит, в основном, обо всех четырех знаках

1. Здесь кратко говорится обо всем вышеупомянутом, о свойствах и об особенностях всех знаков каждого дома; некоторые являются счастливыми, а некоторые несчастливыми, как уже было сказано ранее, и повторялось много раз, что все знаки делают и рассказывают о каждом знаке, те, которые меняют свои расположения к другим своим числам, и они все такие же; что каждый из них имеет начало, ведя за собой остальные, иногда – счастливые, иногда – нет, а также – нейтральные, согласно своим номерам; об этом уже было сказано.
2. Те, что родились под хорошими знаками, сразу же «крестились», а те, что родились под несчастливыми, не крестились тотчас же, а дело откладывалось, чтобы улучшить и оградить (от беды) их судьбу.
3. Поэтому немощные и неразумные старики, бывшие умельцами в этом искусстве, искали знак, который был получше.
4. тем самым, здесь мы говорим кратко то, что осталось сказать и упомянуть обо всем вышесказанном, не докучая читателям излишними и часто повторяющимися словам, и еще, потому что этим нам не дано будет оценить из-за докучливостей, вновь повторяя то, что уже было сказано, приложу сравнение, что также как если бы была очень вкусная еда, ни больше, ни меньше – разговор или размышления – она теряла свой вкус, когда часто её употребляют, и этим говориться обо всём очень изысканном и приятном; так и с тем, что было нежным, тёплым, вкусным, мягким, изысканным и грациозным.
5. Также уже было сказано, что если бы был черствый хлеб, холодный и жесткий, или хлеб сделанный из вареного маиса не достаточно размолотого, не очень хорошо промытого, воняющий известью, так и разговор, причиняющий беспокойство слушающим; или если бы был очень горячий тамаль, когда огнём изводится вкус, и оставляя себе дым, из-за пережаривания.
6. Также: уже было сказано, что если бы был холодный, заплесневевший и гнилой тамаль, так пресное беседа оскорбляет слух.
7. Потому кратко сделаем вывод в нескольких словах о том, что сказано выше, так как нет смысла повторять сказанное и повторять, о чем велась беседа.
8. Это как стена, которая делается и возводится с достаточным материалом, постепенно. Так и рассказ делался мало помалу. Некоторые рассказы очень хорошо завершены, соединены и размещены до конца, как была бы стена, когда хорошо собирается внутри, и внутри больших камней, к которым прикладываются снаружи, умещаются к ней очень старательно мелкие, небольшие камни, с камнями ещё меньшими, и с большим количеством глины; так и этот рассказ, и другие рассказы – укороченные, урезанные или сокращенные, как показано на вышеупомянутом.

Четыре оставшихся урезали в этой главе издания, по соображения бесполезности. И тому же критерию следовал Jourdanet в своём французском издании.

Глава XL

Об оставшихся домах этого знака и о перечне и числах всех знаков.

1. Текущий знак называется се точтли; завершается строение с домами этого знака, следующих друг за другом, поскольку уже нет надобности говорить ещё об этом знаке последнем и заключительном знаке; и если что-то потом придет в голову и выйдет в свет, что сейчас спряталось и скрылось, читатели должны будут догадаться сами о том, что уже было сказано.
2. А остальные дома этого знака размещаем одновременно и упорядочиваем, как нить драгоценных камней, и осталось только сказать об их свойствах и особенностях.
3. Второй дом этого знака называется Оме атль; третий- эй итцкуинтли; четвертый - науи осоматли; пятый – макуильи малинальи; шестой – чикуасе акатль; седьмой – чикоме оселотль; восьмой – чикуей каутли; девятый – чиконауи коскакаутли; десятый – матлактли ольин; одиннадцатый – матлактлионсе текпатль; двенадцатый матлактлиомоме киауитль; тринадцатый – матлактлиомей шочитль.

Оригинал на испанском языке:

F R A Y B E R N A R D I N O S A H A G U N
C R E E N C I A S Y C O S T U M B R E S

Fragmento de Historia General de las cosas de la Nueva España

Bernardino de Sahagún (c. 1499-1590) recibió valiosos informes y recopiló un inmenso caudal de datos que conformaron la edición de su Historia general de las cosas de la Nueva España. En estas páginas, extraídas de aquella monumental obra, se muestran las supersticiones y convicciones, los días y sus significados de los antiguos mexicanos.

Indice

PRESENTACION 4
CAPÍTULO I 5
CAPÍTULO II 8
CAPÍTULO III 11
CAPÍTULO IV 13
CAPÍTULO V 15
CAPÍTULO VI 17
CAPÍTLO VII 19
CAPÍTULO VIII 21
CAPÍTULO IX 23
CAPÍTULO X 25
CAPÍTULO XI 27
CAPÍTULO XII 29
CAPÍTULO XIII 31
CAPÍTULO XIV 33
CAPÍTULO XV 34
CAPÍTULO XVI 36
CAPÍTULO XVII 37
CAPÍTULO XVIII 40
CAPÍTULO XIX 42
CAPÍTULO XX 44
CAPÍTULO XXI 46
CAPÍTULO XXII 48
CAPÍTULO XXIII 50
CAPÍTULO XXIV 51
CAPÍTULO XXV 52
CAPÍTULO XXVI 54
CAPÍTULO XXVII 55
CAPÍTULO XXVIII 56
CAPÍTULO XXIX 57
CAPÍTULO XXX 58
CAPÍTULO XXXI 59
CAPÍTULO XXXII 61
CAPÍTULO XXXIII 62
CAPÍTULO XXXIV 64
CAPÍTULO XXXV 65
CAPÍTULO XXXVI 67
CAPÍTULO XXXVII 70
CAPÍTULO XXXVIII 72
CAPÍTULO XXXIX 73
CAPÍTULO XL 75

PRESENTACION

BERNARDINO DE SAHAGÚN nació en la villa de Sahagún, España, de donde toma su apellido, alrededor de 1499. Inició sus estudios en Salamanca en 1512 y en l5l6 profesó en la orden de San Francisco. Pasó a la Nueva España en 1529 e impartió clases en el Real Colegio de la Santa Cruz de Tlatelolco. Durante vanos años se ocupó exhaustivamente en recopilar un sinnúmero de informes, noticias y datos sobre la cultura náhuatl.

El fruto de décadas de investigación histórica-etnográfica, cuya confección debe mucho a la colaboración de un nutrido grupo de informantes indígenas anónimos, fue publicado en castellano en 1570. La Historia general de las cosas de la Nueva España es una obra monumental en 12 tomos que recoge todo un panorama de las costumbres, ideas, religión, instituciones sociales y políticas, flora y fauna que constituyeron el ámbito de los antiguos mexicanos. Gracias a Sahagún se rescataron numerosos testimonios en lengua náhuatl, además de conocerse muchos pormenores del mundo prehispánico que quiz&#