Фуэро Куэнки (1189-1332 гг.)

 

ПРЕДИСЛОВИЕ

Настоящее издание включает перевод на русский язык текстов средневековых судебников (фуэрос (О значениях термина "fuero" см. коммент. 4 к книге первой судебника Куэнки.)) королевства Кастилия: Куэнки (1189 г.) и Сепульведы (1300 г.). Право, представленное этими судебниками, являлось правом гражданской (территориальной) общины, включавшей в себя и собственно городской центр, и десятки крупных и мелких поселений в сельской округе, над которыми город осуществлял свою гражданскую и уголовную юрисдикцию.

В истории муниципального права Центральной Испании судебники Куэнки и Сепульведы занимают особенное место по целому ряду причин. Крепость Сепульведа первой из поселений к югу от реки Дуэро, долгое время служившей границей между мусульманским югом и христианским севером, получила еще в 1076 г. грамоту (см. текст в приложении), положившую начало праву Эстремадуры. (Эстремадура — от лат. Extrema Dorii. Так назывались первоначально земли от реки Дуэро до гор Гредос и Гвадаррама, которые, являясь "ничейными", разделяли Астуро-Леонское королевство и мавританские княжества-тайфы. Впоследствии, с последней четверти XI в., с перемещением границы к реке Тахо название "Эстремадура", оторвавшись от своих географических корней, приобретает устойчивое значение военно-политической границы, "засечной черты" между христианским севером и мусульманским югом. Практически все Основные государства Испании — Леон, Кастилия, Арагон — имели свою Эстремадуру. Она, с нашей точки зрения, состояла из двух крупных секторов.

Первый (северный) сектор — Эстремадура в строго географическом смысле — часть правого берега реки Дуэро и южная долина Дуэро ("треугольник" со сторонами: 320 км. по р. Дуэро, со стороны Португалии — ок. 200 км. и 420 км. с юго-запада на северо-восток вдоль гор Гредос и Гвадаррама, от Тахо к нагорью Сории. Площадь всей этой территории составляла 50 тыс. кв. км. В этом треугольнике были расположены Роа, Сан Эстебан де Гормас, Осма, Сория (к северу от Дуэро), Сепульведа, Пеньяфьель, Куэльяр, Кока, Аревало, Искар, Маганья, Портильо, Авила, Сеговия, Бехар, Пласенсия (в долине Дуэро), а также Медельин и Трухильо на юго-восточной окраине, южнее Гредос. В южном секторе Эстремадуры за горами Гредос и Гвадаррама (в наст. время — Новая Кастилия, Ла Манча) находились такие муниципии, как Мадрид, Талавера, Эскалона, Гвадалахара, Уэте, Куэнка, Мойя, Аларкон. Южнее Аларкона (Мурсия и северо-восток Хаэна) находились получившие в первой пол. XIII в. судебник Куэнки Алькарас, Баэса, Убеда, Андухар, Иснатораф, Кесада, Сабиоте и ряд других. Все они, по сути, являлись, с точки зрения правовых институтов, продолжением экспансии кастильской муниципии (а, следовательно, и Эстремадуры). Поэтому проводить для XII—XIII вв. жесткую границу между Эстремадурой и Андалузией с учетом сказанного представляется не всегда оправданным, хотя большинство авторитетных историков ограничивает рамки Эстремадуры только южной долиной Дуэро (См.: Moxo S. de. Repoblacion; Martinez Diez G. Las comunidades; Martinez Llorente F.J. Regimen juridico; Reilly B. Alfonso VI; Villar Garcia L. M. La Extremadura). Соответственно, считают некоторые из них, гражданских общин Эстремадуры было либо 43 (Martinez Diez G. Las comunidades), либо 47 (Martinez Llorente F.J. Regimen juridico. P. 13). На этом фоне резко контрастирует высказанная X. Гонсалесом мысль, что Эстремадура в XIII в. доходила до Алькараса (Gonzalez J. Fernando III. Vol. I. Estudio. Р. 227). Свидетельства судебников, грамот и уставов кортесов позволяют предположить, что в Средние века кастильцы воспринимали всю территорию от Дуэро до Андалузии как одну пограничную зону. Фуэро Гвадалахары, например, относит этот город к Эстремадуре: "И если в дальнейшем захотят идти [поселенцы] в другую Эстремадуру (a otra estremadura), пусть они владеют своими домами и земельными владениями в мире и без всяких препятствий" //Munos. Coleccion. P. 508). Более того, земли южнее Гвадалахары также рассматривались как продолжение Эстремадуры, о чем дает ясно понять это же фуэро: "И если действительно могущественный Господь нам даст силу и победу над маврами, чтобы мы смогли в дальнейшем завладеть другой Эстремадурой (otra estremadura)..." (Ibid. P. 509). В привилегии Фернандо III Куэнке в 1250 г. мы читаем: "...Я, дон Фернандо,... направил свои грамоты вам, совету Куэнки и добрым людям, чтобы вы прислали ко мне своих добрых людей из вашего консехо для решения многих важных дел и для беседы с нами о лучшем обустройстве Эстремадуры..." (Urena. Ape. Р. 859). На кортесах 1312 г. в Вальядолиде в число "Эстремадур" включались Талавера и Куэнка. См.: Cortes. 1312. Doc. XXXV. Р. 199). Таким образом, имеются серьезные основания значительно раздвинуть границы Эстремадуры, как региона, обладавшего общностью институционального и правового развития, и увеличить число ее муниципий, самое малое, на полтора-два десятка.) Это право гарантировало[2] колонистам, которые приходили с севера Испании и Юга Франции, различные налоговые льготы и всяческие "свободы". В свою очередь судебник Куэнки, по своему объему сближаясь с кодексом современного типа, зафиксировал это право в тот период, когда испанская Реконкиста неумолимо приближала христианские королевства к самой Андалузии — наиболее богатой и заселенной части мусульманских владений. Наконец, судебник Сепульведы 1300 г. хронологически и с точки зрения дальнейшего развития кастильского муниципального права замыкает собой период не менее чем в два с половиной века его [3] развития. Таким образом, муниципальное право Центральной Испании, включающее в себя пласты римско-вестготского и обычного германского права, а также кастильского материального и процессуального права XI—XIII вв., представлено указанными судебниками и в начальной фазе своего развития, и в самой поздней его редакции.

 

Фуэро Куэнки

Завоевание Куэнки. Успехи Реконкисты — отвоевания христианами занятых в 711—713 гг. арабами земель королевства вестготов — в XI—XII вв. способствовали тому, что короли Кастилии и Леона подчинили своей власти значительные земельные пространства между реками Дуэро (на севере) и Тахо (за горами Гредос и Гвадаррама). Так, при Фернандо I(10351065 гг.) к Кастилии присоединяются Андалуз, Калатанясор, Кабрехас де Пинар, Гормес. При Санчо II (1065—1072 гг.) впервые в документах упоминаются "эстремадурцы"(estremecianos), что свидетельствует о приобретении регионом своей социальной и правовой специфики (Villar Garcia L. M. La Extremadura. P. 24.). При Альфонсо VI (1072—1109 гг.) со взятием в 1085 г. Толедо весь северный и значительная часть Южного сектора Эстремадуры переходят под контроль кастильцев с крепостями Авила, Сеговия, Кока, Аревало, Олмедо, Медина, Искар, Мадрид, Гвадалахара, Талавера. В правление Урраки (1109-1126 гг.) и Альфонсо VII (1126-1157 гг.) в Эстремадуру включаются Сигуэнса, Атьенса, Сория, Мединасели, Молина. Изменившееся на полуострове соотношение сил в пользу христиан открывало широкие перспективы для колонизации вновь приобретенных земель. В результате медленного продвижения на юг и на юго-восток от Кастилии продолжалось расширение Эстремадуры, в которой возникали новые муниципии, получавшие самые широкие привилегии. Прибытие в XI в. из Северной Африки на помощь андалузским эмирам кочевников альморавидов, а затем в XII в. альмохадов замедлило этот процесс, но уже не могло повернуть его вспять.

Очередным военным успехом христиан при Альфонсо VIII 1158—1214 гг.) стало взятие 21 сентября 1177 г. крепости Куэнка -— осколка некогда мощного королевства-тайфы Толедо.[4] Ее завоевание облегчало доступ из долины Хукара в восточную Ла Манчу, которая простиралась большим плато до гор Сьерра Морена. (Moxo S. de. Repoblacion. P. 237.)Взаимодействие горного ландшафта с плато Ла Манчи являлось для Куэнки решающим фактором. Полукруг, описываемый Хукаром, естественно направлял движение из одного региона (северного) в другой (на юг). Хукар и ее приток Уэкар образовали естественный ров, превратив Куэнку в недоступную твердыню в месте их слияния. (Teran М. de. Geografia de Espana. Р. 401, 403.)

В завоевании Куэнки деятельное участие принимала кастильская знать, например, граф Педро Манрике де Лара, (Grassotti H. El sitio de Cuenca. P. 237-245.) духовно-рыцарские ордена, ополчения муниципий. Еще до взятия Куэнки Альфонсо VIII стал жаловать в ее округе некоторые владения знати и церкви. После ее захвата король зарезервировал за собой цитадель-алькасар и часть земель для пожалований знати, магистрам орденов, создаваемому епископату и другим церковным учреждениям. (Gonzalez J. Repoblacion de las tierras de Cuenca. P. 191.) До пожалования фуэро Куэнки (первоначального ядра судебника), таким образом, в течение 12 лет после завоевания города король передал различным светским магнатам (Нуньо Санчесу, Педро Манрике де Лара, Тельо Пересу, Педро Гутьерресу), духовным особам и корпорациям значительное количество земельных владений в городе и его окрестностях. (Ibid. P. 191-192; Червонов С. Д. О правовой основе. С 159.) Все остальные владения даровались гражданам Куэнки. Альфонсо VIII придавал ей настолько большое значение, что сразу же сделал епископальным центром, перенес в нее свой двор, а складывающемуся муниципальному совету предоставил широкие полномочия по колонизации прилегающей округи. (Gonzalez J. Alfonso VIII. Vol. I. Р. 114.) Уже осенью 1177 г. (возможно, в октябре) был избран первый судья — Иоанн Перес де Висент Аннайя (FCFS. XLV). Тот факт, что территория округи Куэнки была в определенной степени освоена к моменту завоевания мусульманским населением, предопределил ускоренное становление ее территориально-административной организации. В 1190 г. король жалует в качестве юрисдикционной округи Куэнки поселения Монтиель, Сереседа, Ла Пуэрта, Виана, Солавильо, Перальвече де Арриба, [5] Арбетета, Паломарехо и Уэрта. Некоторые селения были впоследствии куплены у магнатов или короля. (Gonzalez J. Repoblacion de las tierras de Cuenca. P. 197—204.) По-видимому, при наделении поселенцев земельными владениями в Куэнке был применен механизм раздела земель (repartimiento), который своего полного развития достиг в Андалузии. Каждый участник боевых действий и завоевания крепости — конный или пеший воин — получал в зависимости от своего вооружения и тем самым реального участия в военной экспедиции земельный надел в округе и, по возможности, дом в самой Куэнке или в ее деревнях. Колонисты приходили на эти земли из Старой Кастилии, из северной части кастильской Эстремадуры, а также из Южной Франции. Анализ топонимики, проведенный X. Гонсалесом, показывает, что в колонизации преобладала кастильская модель организации гражданской общины с решительной оппозицией индивидуальным и сеньориальным элементам. (Ibid. P197-204.) Другой испанский историк — С. де Моксо, подчеркивая особенно быстрое складывание гражданской общины Куэнки, полагал, что она была прямым продолжением Эстремадуры в правовом, административном и военном отношениях. (Moxo S. de. Repoblacion. P. 237.)

Пространные судебники и фуэро Куэнки: общие замечания. Пространный судебник (fuero extenso) фиксирует право муниципии (консехо) (Под консехо (от старокастильскогоconcejo — лат. concilium — "совет") — некой общиной — мы понимаем, во-первых, в социальном отношении — коллектив граждан-"соседей", которые обладали неодинаковой суммой прав и обязанностей, как собственники земли и другого имущества, обладатели сервитутов, в пользовании которых находились не поделенные угодья, так и арендаторы недвижимости, и съемщики домов, жившие и в городском центре, и в его округе; во-вторых, в правовом отношении — автономную судебно-правовую организацию; в-третьих, с политико-административной точки зрения — корпоративную организацию и территориальное подразделение феодального государства; и, наконец, в-четвертых, в экономическом плане — единый хозяйственный комплекс городского центра и его округи.) Центральной Испании, прошедшей путь от истоков до зрелого социально-правового и территориально-административного организма. Генетически этот судебник хотя и не представляет собой развитие кратких фуэрос, однако текстуально его можно рассматривать как наиболее развитый и оконченный тип правового текста, который когда-либо был [6] известен испанскому городу древности и Средневековья. (Типологически пространным судебникам Эстремадуры предшествовали поселенные грамоты (cartas pueblas) и краткие судебники (cartas o fueros de franquicias). Поселенные грамоты — наиболее ранний тип, представлявший собой пожалование и соглашение с сеньором — королем, магнатом, аббатом. Они определяли условия поселения колонистов в сельской местности, в частности, их обязательства перед владельцем земли по выполнению каких-то работ, например, распашка целины, по предоставлению услуг или, наконец, по внесению, натурой или в денежном эквиваленте, определенных регулярных и экстраординарных платежей. С самого начала своего появления поселенные грамоты заключали в себе как частноправовые, так и публично-правовые черты. Самая ранняя из них — фуэро Браньосера 824 г. (к северу от Паленсии), известное из конфирмации его кастильским графом Фернаном Гонсалесом. Такого рода грамоты встречаются, по меньшей мере, до конца XIII в. Краткие же судебники начиная с IX в. жалуются городским центрам и крепостям королями, графами, крупными сеньорами вплоть до XII в. на широких пространствах от Кантабрии и Галисии до южных границ Эстремадуры. Они представляют собой более высокую ступень развития письменного источника права с точки зрения объема (до полусотни статей), предмета регулирования, а также приемов юридической техники. Эти судебники охватывают различные аспекты жизни поселения, институты публичного и частного права консехо, находящегося на различных стадиях своего развития: привилегии поселенцам, налоги, несение военной службы, уголовное право — убийства, кражи, увечья, процессуальное право (Apuntes de historia. P. 181—184).) В результате взаимодействия различных редакций этих кодексов к началу XIII в, в кастильской и арагонской Эстремадуре сформировался некий формуляр фуэро (Ibid. P. 186.) (Фуэро N, — работа неизвестного юриста знакомого с римским правом, согласно А. Иглесиа Феррейрос) (Iglesia Ferreiros A. Derecho municipal. P. 134.), который с учетом некоторых местных особенностей был использован в качестве модели для других муниципальных судебников. Внутреннее родство значительного числа текстов судебников, пожалованных в большей своей части при королях Альфонсо VIII и Фернандо III преимущественно в регионах Куэнки, Ла Манчи и Хаэне, позволило ученым говорить о существовании "семей" судебников ("familias" de fueros). Из них наиболее представительна "семья" судебников Куэнки (Куэнки-Теруэля). Именно фуэро Куэнки, согласно общепринятому мнению, явился прототипом для многих пространных судебников не только из-за объема — его первоначальная редакция содержит 982 статьи — но и благодаря подробной разработке различных институтов права, а также достаточно высокого уровня юридико-технических приемов организации [7] правового материала внутри текста. Последнее свидетельствует о том, что в сравнении с краткими судебниками пространные кодексы муниципального права значительно ушли вперед, обратившись к римско-вестготской традиции. Точнее, к тексту Книги судебных решений (Liber Iudiciorum, на старокастильском —Fuero Juzgo), ядро которой состоит из кодекса Рецесвинта, составленного к 653 г. и утвержденного на 8 Толедском соборе. (Рецесвинт не менее 60% своих законов позаимствовал из старого кодекса увигильда (568—586 гг.). Впоследствии редактировался при Эрвигии (680— гг.) и Эгике (687—701 гг.). Договорное, наследственное и процессуальное право Liberнаходится под большим влиянием римского права. В него также вошли полностью каноны церковных соборов эпохи Рецесвинта (649—672 гг.) (Медведев С. Н. Право Испании. С. 91—115). Ряд исследователей считали и считают, что важное место среди его источников занимает германское обычное о. См. о полемике по этому вопросу: Garcia-Gallo A.Consideracion critica. P. 409-423.)

Как и любой сложный источник, пространный судебник Эстремадуры прошел несколько этапов своего развития. По-видимому, отправная точка такого развития — учредительная грамота поселению или городу. Со временем она начинает жаловаться другим общинам, приспосабливается к местным условиям, сохраняя связь с первоисточником путем отсылки к властному авторитету, ее пожаловавшему. Естественно, что этот первоначальный текст, не удовлетворяя всех потребностей развивающейся муниципии, стал дополняться решениями местных судей (старокаст. — fazanas), а также записями местных обычаев, например, хозяйственных (найм огородников, сторожей винограда, полевых сторожей, поденщиков, постройка мельниц, прокладка дорог, охота и рыбная ловля и т. д.). Многие из этих норм включают в учредительную привилегию, точнее, "удревняют", чтобы придать им соответствующий авторитет. В некоторых случаях накопленные за многие десятилетия разнородные письменные источники используются для составления кратких сводов —cartas, сосуществующих с учредительной привилегией. В определенный момент, то ли по частной инициативе, то ли по решению городского совета, все использовавшиеся в местной практике письменные источники обновляются, записываются, послужив исходным материалом для так назыв. "падрона" (образца, эталона). Муниципии, стремясь добиться его легализации, обращаются за его конфирмацией к королю. По-видимому, когда Альфонсо VIII в. 1212 г. перед [8] битвой при Лас Навас де Толоса обещал муниципиям подтвердить их право, имелась ввиду легализация именно такого рода правового материала. Часть таких падронов оказалась невостребованной, так как началась эпоха пожалования пространных судебников. Как раз в тех муниципиях, которые их получили, не сохранились падроны. Напротив, сохранившиеся — фуэро Молина де Арагон (240 статей), Мадрида (109 статей), Гвадалахары (115 статей), Уклеса (сер. XIII в. — 216 статей, с добавлением в конце краткого фуэро 1179 г.) и некоторые другие — достаточно близки по содержанию, что объясняется использованием общих источников.

Следующим этапом на пути возникновения пространных судебников явилось составление обширных компиляций, которые с точки зрения формы могут быть названы "книгами"(libros). Организация материала в них свидетельствует о более высоком уровне юридической техники редакторов: они объединяют однородный материал в отдельные группы, резюмируя его содержание в заглавиях статей или глав, поясняют некоторые нормы (используя выражения "saendum esf, "notandum est", "id est" и т. д.). Так образовались две модели пространных редакций "книг": одна, более примитивная — по-видимому, латинская редакция фуэро Аро, а на старокастильском — фуэро Уэте; другая, более совершенная и переработанная, явилась "книгой", которую, скорее всего, использовали составители судебников Алькараса и Аларкона, Алькасара и Сориты де лос Канес. На основе этой редакции создается текст на старокастильском, переведенный с латинского, в котором название селения или города, которому жалуется судебник, заменяется буквой N, говорится о жителях селения N, о фуэро селения N. Причем этот формуляр предназначен для пожалованию не городу, а селению, в котором две площади и главная церковь посвящена святой деве Марии. А. М. Барреро Гарсия полагает, что этот формуляр был разработан для пожалования завоеванных Фернандо III Убеды, Баесы, Иснаторафа и Сабиоте. (Barrero Garcia A. M. El proceso de formacion. P. 57.)

Что же касается фуэро Куэнки, (Полемика о его значении для обширной семьи пространных судебников Кастилии, о первенстве арагонского фуэро Теруэля имеет большую предысторию и, по-видимому, далека еще от завершения.) то, на наш взгляд, предположение А. М. Барреро Гарсии, что текст Куэнки не [9] существовал, по меньшей мере, до 30 — 40-х годов XIII в., (Barrero Garcia Л. М. El proceso de formacion. P. 48—49.) следует принимать весьма осторожно. Мы полагаем, что созданному сразу же после завоевания Куэнки совету были дарованы привилегии Эстремадуры (первые два десятка статей) и некий "падрон", который включал военные обычаи (14 и 15-я главы кн. 3-й судебника Куэнки), нормы трудового права (отношения между нанимателями и их работниками — пахарями, огородниками, виноградарями, пастухами в главах 2—5 кн. 1), нормы, определяющие судебную и административную организацию консехо (глава 6 кн. 2), и, наконец, наиболее древние институты: кровную месть (глава 4 кн. 2), поединки (гл. 6 кн. 3), ордалии (испытание раскаленным железом — ст. 37 и 38 гл. 1 кн. 2). Затем, поскольку это требовало определенного времени, либо по распоряжению короля, либо по инициативе городских властей на рубеже XII и XIII вв. начались работы по составлению полного свода норм, известного как Первоначальная форма судебника Куэнки. Нет каких-либо твердых оснований отвергать мнение Р. Уренья, что они были завершены в промежуток "между 1213 и 1214 годами, или даже в последние месяцы правления Альфонсо VIII" (Urena y Smenjaud R. El fuero de Cuenca. P. XVIII.) и что полный текст фуэро уже существует к началу правления Фернандо III.

Тексты судебника Куэнки. Сохранились два списка фуэро Куэнки на латинском языке: Forum Conche — Парижский 12.927 ("Первоначальная форма" в издании Р. Уренья, которую мы будем обозначать для краткости FCFP) и Лаврентийский Q iii.23 (его еще называют Эскуриальский) ("Систематическая форма" в том же издании, при отсылках к ней — FCFS).

FCFP, как показывает палеографический анализ, была записана "между 1213 и 1214 годами, или даже в последние месяцы правления Альфонсо VIII". Основному тексту предшествует стихотворное введение, состоящее из 14 строк, и пролог, начинающийся словами "Studeant quibus est studium". В последнем обосновывается легитимность судебника, который назван средоточием правовых установлений Эстремадуры (forensium instituciones summa) и кодексом свобод (libertatis codex). Заверяется пролог сообщением о том, что король Альфонсо жалует кодекс жителям Куэнки вместе со своей женой Элионор и сыном Фернандо. Вслед за прологом идет текст судебника, [10] первая статья которого озаглавлена "Aldefonsi gloriosi prima concessio fon incipit" (начинается первое пожалование судебника славным Альфонсом). Статьи в списке следуют одна за другой без нумерации (введена издателем судебника Р. Уренья), хотя каждая имеет своей заголовок. Общее количество статей в списке — 981, к которым примыкает Appendix, разбитый еще на три статьи, таможенный устав "Qualiter telonearius debet accipere portaticum" (Каким образом телонеарий должен взимать дорожную пошлину) с порядковым номером 982, а также "De foro hostalagiorum" с присвоенным порядковым номером 983. (Для сравнения укажем, что фуэро Теруэля состоит из 789 статей, фуэро Иснаторафа включает 885 "законов", фуэро Баэсы (манускрипт В) включает 907 статей, Сорита де лос Канес — 871 статью, фуэро Пласенсии — 750 статей, фуэро Корин — 402 статьи (распределены между четырьмя книгами), фуэро Сепульведы — 254 "титула" (фактически — 300 статей).) Завершается текст списка FCFP рубрикой "Explicit forurri", в которой на старокастильском сообщено, что "Эта книга завершена, будь славен Господь, аминь. Записывалось в коллегии Саламанки".

В Систематической редакции судебника Куэнки — Лаврентийском списке Q iii.23 (FCFS), в отличие от FCFP, статьи распределены между 45 главами, из которых 43 главы включают пронумерованные и озаглавленные статьи. Основному тексту предшествует indice, в котором приведен полностью список всех глав и статей. Язык списка — латинский, и только последняя, 45-я глава "О судьях" (перечислены 73 судьи, возглавлявшие муниципальный совет Куэнки с октября 1177 г. по октябрь 1250, а также уже рукой другого писца добавлены еще три имени), составлена на старокастильском. Глава 44 (также без нумерации статей) воспроизводит таможенный устав, о котором говорилось выше, но под названием uIncipit forum de teloneariis o teloneario". Изучение рукописи позволило определить время ее завершения: между 1249 и 1250 гг.

Валенсийская рукопись XV в. (Codice Valentino, далее — FCCV или FC с обозначением книги, главы и статьи, например, FC. 1,1,1) — перевод судебника Куэнки на старокастильский, осуществленный, по мнению Р. Уреньи, к 1295 г. или 1296. (Urena у Smenjaud R. El fuero de Cuenca. Р. CXXI.) Построение материала в FCCV следует форме изложения кодексов, принятой при Альфонсо X (1252—1284 гг.), т. е. главы и статьи распределены между книгами (всего их четыре). Книга I состоит из 10 глав, книга II — из 6, книга III — из [11] 15 и книга IV — из 13. Перевод с незначительными, скорее, техническими отступлениями адекватно передает содержание текстов латинских списков. Но часть статей, которые в FCFP и FCFS идут как самостоятельные, в FCCV объединены переписчиком в более крупные статьи. В ряде случаев составитель FCCV заменяет оригинальные названия статей на другие, причем не всегда оправданно, так что иногда под одним и тем же названием у него подается самостоятельный материал. (FC.2,6,31: "Если задержанный убежит [из заключения], то какое наказание за это судебному приставу", тогда как в FCFP (CCCCLXXII) и FCFS (XVI,46) — "О судебном приставе, который будет стеречь задержанного". FC.3,14,4: "Как кабальеро должен идти в поход, когда он будет", оригинальный заголовок в FCFP (DCCXXIV) и FCFS (XXX,5) - "Какое оружие берется в Поход, и какое суточное довольствие получают". FC. 1,2,7 озаглавлена "Пусть [никто] не отвечает за такое владение", в то время как в FCFP CXXXVIII) и FCFS (II,11) — "De hereditate patrimonii" (O наследственном земельном владении).) В некоторых случаях в Валенсийском кодексе под одним и тем же заголовком идут две разные статьи, хотя и связанные одним предметом регулирования. (FC.3,14,10 и 3,14,12 имеют заголовок "О возмещении животных", в то время как оригинальный заголовок FC.3,14,12 в FCFP (DCCXXXV) и FCFS (XXX, 20) - "О дне дележа".) Иногда редакторы FCCV не включают в текст отдельные слова из перечисления однородных с точки зрения цели статьи объектов, (Приведем два примера. FC.3,14,8: "алькальды описывают разместившихся лагерем людей и животных" [и оружие]; в FCFP (DCCXXX) и FCFS (ХХХ,11): "алькальды описывают разместившихся лагерем людей, и животных и оружие". FC.2,1,13: "и если судья или алькальд будут в той шайке, пусть также удваивает [штраф]; в FCFP (CCLXIII) и FCFS (XI, 13): "и если судья и алькальд будут в той шайке, пусть также удваивает [штраф] [и лишается должности, которую будет занимать].) или же, как кажется, произвольно заменяют их другими, нарушая тем самым смысл и логику предписания. (FC.3,4,7: "Всякий, кто долг или исковое требование будет отрицать, и истец захочет (quisiere) доказать обратное". В FCFP (DXLIX) и в FCFS (ХХ,14) "Всякий, кто долг или исковое требование будет отрицать, и истец сможет (potuerit) доказать обратное", что согласуется с логикой данной статьи и не изменяет ее смысла.) Наконец, в единичных случаях в Валенсийском кодексе в основном тексте вводится статья, которой нет ни в одной из латинских редакций, как, например, это связано с FC.4,10,5 "О том, что ремесленники должны приходить на рынок продавать свои изделия; и если нет, пусть платят аль-мутасафу". Тем не менее, исследователи в равной степени [12] используют в своих работах как Первоначальную и Систематические формы, так и их перевод на старокастильский в Валенсийской рукописи.

Известны четыре дополнения к текстам судебника, время принятия которых определяется с относительной или абсолютной точностью. Первое из них было принято еще при жизни Альфонсо VIII, пожаловавшего Куэнке судебник: в FCFP это Appendix, "Qualiter sena sit custodienda" (Как следует охранять сьерру) (статьи 1 и 2); в FCFS — Appendix, cap. ХLIII,1 без заголовка; в FCCV — Apendice, "Esta ley es delos caballeros dela sierra" (Это закон о смотрителях сьерры). На самом деле это целый устав о порядке охраны владений консехо — лесов, гор, водоемов, приграничных пастбищ, — "навсегда утвержденный как закон" между концом XII в. и 1213—1214 гг. "советом Куэнки, судьей и алькальдами". В нем не только устанавливается порядок проведения инспекций, но и штрафы, и наказания для нарушающих порядок пользования угодьями.

Второе дополнение к судебнику Куэнки представлено переложением грамоты Альфонсо VIII, предметом регулирования в которой является возникновение наследственного права на владения граждан Куэнки. В FCFP это Appendix, "De statutio hereditatum" (Об учреждении владений); в FCFS — Appendix, cap. XLIII,2 "Aliudforum" (Другой закон); в FCCV -Apendice, "Ley delas eredades" (Закон о владениях). Р. Уренья относит его к промежутку между 1200 и 1214 гг., опираясь на упоминание в грамоте возвращения из похода против Витории. (Urena у Smenjaud R. El fuero de Cuenca. Р. CXXVI.) Текст в Валенсийском тексте, как и в латинских версиях, не сохранил структурные элементы грамоты, за исключениемnarratio (об этих элементах см. комм, к грамоте Сепульведы от 1076 г.), в котором объясняется происхождение данного предписания.

Третье дополнение, связанное со вторым, — грамота Энрике I (сына Альфонсо VIII), датированная 8 января 1215 г. В FCFP ее нет (как уже говорилось выше, эта редакция судебника была записана между 1213 и 1214 гг.); в FCFS это Appendix, cap. XLIII, 3 "Aliudforum"; в FCCV - Apendice, "Esta ley ordeno el rrey Don Enrrique". Текст сохранил от оригинала начало протокола и часть эсхатокола.

Наконец, последнее дополнение к судебнику Куэнки, точнее, его реформирование, самое крупное и самое важное, связано с грамотой Санчо IV от 24 марта 1285 г. Она полностью[13] вошла в текст Валенсийского кодекса в Apendice, 4(1— 24) под заголовком "Carta del rrey Don Sancho en mejoria sobre el fuero de Cuenca", сохранив полностью протокол и текст первоисточника. Причем составители кодекса снабдили ее небольшим предисловием, в котором прямо указали, что "это переложение грамоты, которую наш сеньор король Санчо пожаловал как улучшение (mejoria) фуэро Куэнки". Именование короля Санчо "нашим сеньором" может указывать, на наш взгляд, что редакторы кастильского текста судебника Куэнки в XIII в., на котором основывались составители Валенсийского кодекса, ввели в текст судебника это "улучшение" еще при жизни монарха. В Валенсийском кодексе текст грамоты разбит на 24 самостоятельных статьи (в оригинале грамоты рубрикация отсутствует). Сохранились полностью, что не совсем характерно для пространных судебников, и протокол, и эсхатокол. Последний сохранил без изменений sandio (санкция), corroborado (список свидетелей), datum (место и время составления), а также имена нотария и писцов-исполнителей. Грамоту предваряет рифмованное пояснение значения реформирования судебника, произведенного королем, после чего следует заголовок — "Вот переложение грамоты, которую наш сеньор король дон Санчо даровал для улучшения фуэро Куэнки", и затем — полный текст документа. Как это часто бывает, переписчики не обошлись без мелких ошибок, которые, правда, носят технический характер (например, изменение чисел у глаголов).

В издании судебника Р. Уреньи приведен также текст так назыв. Куэнкского фрагмента XIV в. (1/3 часть старокастильской редакции, точнее, 345 статей), что лишь подтверждает, что фуэро Куэнки переводился (официально или неофициально) скорее в XIII в. или в XIV.

Так как при переводе фуэро Куэнки на русский язык мы опирались на его издание Р. Уренья и Сменхаудом, необходимо также сказать и о других изданиях фуэро Куэнки. Первое типографское издание судебника было осуществлено под редакцией Д. Франсиско Сердa и Рико между 1783 г. и началом XIX в. В нем были воспроизведены латинский и старокастильский тексты фуэро. Однако это издание оказалось невостребованным и от него сохранилось несколько экземпляров. (Alcala-Zamora y Castillo N. Instituciones judiciales. P. 63.) Второе издание был осуществлено в конце 1909 — в начале 1910 г. профессором из США Дж. Г. Алленом и содержит только [14] латинскую версию. (Forum Conche. Fuero de Cuenca. The Latin Text of the Municipal Charter and Laws of the City of Cuenca / Ed. by George H. Alien. In two parts. P. 1. Introduction, Prefatio, Capitula I - XIV. P. 2. Capitula XV-XLL - University Studies / University of Cincinnati. Series 2. 1909. Vol. 5. № 4. P. 4-91; 1910. Vol. 6. № 1. P. 3-134. В России это издание до недавнего времени находилось в фонде Библиотеки Академии наук (г. Санкт-Петербург), но в связи с пожаром оно сгорело. В настоящее время с ним можно ознакомиться в Российской Государственной библиотеке (г. Москва), где также находится и фотокопия издания Р. Уреньи.) Оно подверглось суровой критике Р. Уренья и Сменхауда, который указал, что издание "оставляет желать лучшего, содержит значительные ошибки". ( Urena у Smenjaud R. El fuero de Cuenca. Р. CXXXIV, а также рр. CXXXVIII-CXLIX.) Тем не менее, отечественный исследователь С. Д. Червонов, работая над своей диссертацией, использовал именно издание Дж. Г. Аллена, хотя и был знаком (а также составил таблицу согласования статей этого издания судебника и издания Р. Уренья и Сменхауда) с изданием, которым пользуемся и мы. Наконец, существует и перевод фуэро Куэнки на современный испанский (точнее, современный кастильский) язык, который сделал профессор Альфредо Вальманья Висенте, сопроводив его 87-ю сносками-комментариями. (El fuero de Cuenca / Ed. y trad. por A. Valmana Vicente. Cuenca: Tormo, 1977.—312 p.)К сожалению, этот перевод оказался нам недоступен (по-видимому, в России его нет вообще).

Юридическая техника в судебнике Куэнки. С. Д. Червонов отметил, что основной текст фуэро представляет собой запись норм кастильского обычного права, которые отражают повседневную реальность жизни гражданской общины. (Червонов С. Д. Города... Дисс. С. 27—28, 33. Соглашаясь в целом с такой оценкой, уточним смысл понятия "обычное право". В строгом смысле последнее нами рассматривается по преимуществу как совокупность квазипроцессуальных институтов: кровная месть, ордалии, соприсяжничество, поручительство, залог, талион, мундиум (патронаж) и ряд других, которые достались муниципальному праву от варварской эпохи (см. подробнее по этому вопросу: Савенко Г. В.Обычное право: отечественная наука в поисках объекта изучения // Иваново-Вознесенский юридический вестник. Иваново, 2001. № 11. С. 16—25). Эти институты по-разному нашли свое отражение в тексте источника. Кровной мести, например, посвящено не только значительное число статей (361—409), но и ряд отсылок в других статьях. Отдельные нормы регулируют залог, поручительство, ордалии. Меньше внимания уделено мундиуму и талиону. Другие пласты норм могут быть названы обычным правом только в самом общем смысле, так как они не обладают признаками именно системы права, как ее понимают в юриспруденции. Они, скорее, являются совокупностями отдельных обычаев. К ним относятся, например, обычаи, определявшие хозяйственные распорядки, военные обычаи.) Часть [15] норм в начале судебника (в титуле первом книги первой) являются декларацией привилегий Эстремадуры, своеобразным личным правом ее населения и либо повторяют содержание некоторых положений кратких судебников, либо воспроизводят буквально (с формулами пожалования) новые привилегии, предоставленные общинам во второй половине XII в.

В фуэро Куэнки (и в производных от него судебниках) впервые в кодификационной практике тщательно регламентируется система городских магистратур, детально отражено административное устройство и судебная система муниципии. Фуэро зафиксировало и социальные изменения, в частности, возросшую роль городского рыцарства-кабальерос, но до его аристократизации, которая имела место не ранее сер. XIII в. Как указывал С. Д. Червонов, судебник Куэнки дает для исследователя благоприятные возможности: материал в нем обобщен, но не настолько, чтобы превратиться в абстрактную схему. (Червонов С. Д. Города... Дисс. С. 33.)

Первоначальная редакция судебника Куэнки создает впечатление именно единого текста, что подчеркивается в немалой степени использованием так назыв. слов-операторов или их различных сочетаний, которые начинают, продолжают предписание или с помощью которых формулируемому предписанию придается императивный характер. За этими операторами (это, как правило, глаголы 1-го л. ед. и мн. числа) скрывается королевская власть, подчеркивая этим самым, что судебник вышел из королевской канцелярии и пожалован как любая другая грамота. Такое изложение предписаний во многом напоминает шаблоны королевских жалованных грамот, а эти шаблоны, как известно, в свою очередь позаимствованы у вестготского законодательства. (Мы имеем в виду Liber Iudiciorum (Фуэро Хузго).) Самый распространенный из операторов — mando (мн. ч. — mandamus) —"повелеваю, повелеваем", начинает или продолжает формулирование предписания более чем 1 полусотне случаев. ("Mando etiam quod nulla collado respondeat pro vicino qui sibi datus non rit, neque illi scriptus fuerit in patrone..." (FCFP. 360) (Повелеваю, чтобы ни один приход не отвечал за [своего] соседа, который не принят в него и не записан в приходскую книгу);"Mando utique si concilia aldearum super terminos litigaverint quod iudex vel alcaldes vadant ad videndos terminos utriusque, et desterminent eos secundum metas iam positos..." (FCFP. 57) (Повелеваю также, чтобы, если будут спорить советы деревень из-за своих границ, судья или алькальды шли туда и осматривали границы округ и тех и других, и размежевывали их согласно установленным вехам...); "Licet sit prohibitum, quod neque pater, neque mater exhereditet filium suum, tamen exheredare mandamus illum, qui patrem suum, aut matrem percusserit, et insuper sit inimicus fratrum suorum in perpetuum" (FCFP. 244) (Хотя запрещено, чтобы отец или мать лишали своего сына наследства, но, повелеваю, пусть лишают того, кто ранит своего отца или мать, и кроме этого пусть он станет врагом своих братьев навечно).) Менее распространенный оператор — [16] statuimus (sit statutum), старокаст. — establecemos (устанавливаем, устанавливается). ("Propter hoc sit statutum quod neque alcaldes, neque aparitores pignorent sine vecino..." (FCFP. 629) (Посему да будет установлено, чтобы ни один алькальд, ни пристав не брали залог без весино...); "Ad utilitatem et munitionem civitatis statuimus per forum..." (FCFP. 715) (К вящей славе и защите города устанавливаем как фуэро...).) В единичных случаях используются операторы concedo (старокаст. otorgo) — жалую, ("Concedo itaque vobis quod quicumque radicem habuerit, firmam habeat eam ac stabilem..." (FCFP. 28) (Жалую также вам, чтобы всякий, кто бы ни имел владение, владел им прочно и постоянно ...)) dono atque cocedo (старокаст. do  otorgo) — даю и жалую. ("In primis igitur dono atque concedo omnibus inhabitantibus conchensem urbem...cum toto suo contermino..." (FCFP. 1). (Прежде всего, даю и жалую всем людям из города Куэнки...со всей ее округой...)) Скорее всего, данные операторы свидетельствуют о том, что в тексте судебника приводятся выдержки из грамот, положениям которых пытаются придать силу муниципального закона. Редакторы судебника также в ряде случаев используют оператор sciendum est (следует знать). ("Preterea sciendum est quod post festum sancti michahelis nemo habet respondere pro dampno messium..." (FCFP. 85) (Следует знать, что после праздника святого Михаила никто не должен отвечать за ущерб посевам...)) Редкий пример формулирования императивной нормы представлен использованием оператора defendimus (запрещаем). FCFP.634 запрещает королевскому мерино, который получает от имени короля часть судебных пошлин и штрафов, находиться в суде не в пятницу ("Introitum curie in aliis diebus ab hoc merino defendimus").

Нередки случаи, когда для достижения большей ясности смысла нормы редакторы фуэро Куэнки разъясняют используемые термины или понятия, ("Et quicumque arma, aut alimenta sarracenis vendiderit...vocamus autem alimenta panem, caseum et omne genus cibi, quod mandi possit, exeptibus peccoribus vivis" (FCFP. 342) (Всякий, кто оружие, или провиант продаст сарацинам... провиантом мы называем хлеб, сыр и всякий вид пищи, которую человек может есть или жевать, за исключением живого скота...)) т. е. дают дефиниции, или [17]поясняют цель закрепления в законе должной модели поведения1. ((Пусть сеньор Куэнки не входит в палату алькальдов в пятницу, а входит в другие дни, когда ему будет угодно): "Нос ideo stabilitum est, ne forte iudex aut alcalde amore aut verecundia domini iudicet iniuste" (FCFP. 633) (и это установлено для того, чтобы ни судья, ни алькальды из-за боязни или робости перед сеньором не судили незаконно); (Много таких, кто, не являясь родственником убитого, пользуются корыстно этим и объявляют о начале кровной мести): "ad omnem istam scatimam expellendam mandamus, quod..." (FCFP. 369) (и чтобы не допустить все эти хитрости, повелеваем, чтобы...)) Также с целью рациональной организации исходного материала его составители в нескольких десятках случаев используют в статье прием отсылки к тексту судебника. Делают они это с разной степенью определенности:

путем общей отсылки к тексту: sicut forum est (согласно фуэро), secundum forum preceperit (как предписывает фуэро), secundum forum conchense (согласно фуэро Куэнки), per forum conche (по фуэро Куэнки), habeat forum sicut scriptum est (пусть имеет фуэро согласно записанному), sicut dictum est (как сказано); (один раз) secundum forum et instituciones conchenses(согласно фуэро и установлениям Куэнки);

отсылкой к какой-то части судебника: sicut superius dictum est (как сказано выше), sicut in principio dictum est (согласно сказанному вначале), qualem in sequentibus dicemus (так, как скажем дальше), nisi in quo ipsi profecti fuerint (то, что сказано выше, относится и к другим);

отсылкой (единичные случаи) с указанием на объект предписания в предыдущей статье или на содержание нормы: quod de canibus dictum est superius (то, что сказано выше о собаках); quamuis in precedenti capitulo sit preceptum, in civitate tres vicinos firmare et extra duos (хотя в предыдущем титуле предписано, что в городе свидетельствуют три соседа, а вне его — два...).

Нельзя не отметить также такой, хотя и редко используемый в тексте, технический прием кодификаторов судебника Куэнки, как расширение субъектной сферы действия нормы. Логическая конструкция этого приема выглядит следующим образом: то, что сформулировано для А, применяется и к Б ("Quecumque statuta et iudicata sunt [de] uxore debitoria sit statutum et iudicatum de filiis, et concubina..." (FCFP. 604) (Все, что установлено и решено для жены должника, устанавливается и решается для детей и конкубины...); "Quod dicimus de alcaldibus, dicimus de iudice" (FCFP. 627) (То, что мы говорим об алькальдах, говорим и о судье); "...  si forte ille qui causam defenderit, negare aut concedere noluerit, nec ad cartam appelaverit, cadat a causa. Hoc idem dicimus de eo, qui in placitus ad portam iudicis negare noluerit..." (FCFP. 637) (...и если тот, кто будет оспаривать иск, не захочет его ни признать, ни отрицать, ни апеллировать к грамоте, проигрывает дело; это же самое мы говорим о том, кто в суде у ворот судьи не захочет ни отрицать...))

 

Гражданская община (консехо)

Гражданская община, структура которой отражена в судебниках, во всех отношениях — сложный, многоуровневый организм, включающий сельские общины (деревни), приходы, сейсмос (налоговые округа) и городской центр. Консехо следует рассматривать и как территориально-административную структуру, и как гражданский коллектив. Социализация индивида и приобретение им правоспособности происходили внутри сельских общин (граждане округи) и внутри приходов (граждане городского центра). Соответственно городской центр — это совокупность приходов в территориально-административном отношении и граждан приходов в социально-правовом.

Город. В структуре гражданской общины город — ключевой элемент и центр округи. Главное и определяющее в городском центре Эстремадуры состояло в том, что он, после утверждения за ним сельской округи, т. е. границ собственной [48] юрисдикции, становился структурообразующим поселением. На ранних этапах освоения округи колонистами из самого города и пришельцами город выполнял, прежде всего, военные и судебные функции. Четко выраженных функций хозяйственного центра округи город в этот период не имел. Единство округи и города и неразделенность в хозяйственном отношении делали гражданскую общину аграрным организмом. Ремесло, в отличие от некоторых стран Европы, не было здесь монополизировано цеховым производством, свободно развиваясь в округе.

Город Эстремадуры это еще и ключевой элемент муниципальной организации — городская община, консехо города. Консехо состоял из двух видов собраний. Первое — это собрание, которое до XIII в. включало всех "соседей"-граждан и называлось "весь консехо" (todo el concejo). Наряду с этим Большим советом (или, как его еще называют исследователи, "открытым советом" — concejo abierto) существовал и более ограниченный по составу совет, включавший только магистратов и часть "соседей", которым остальные граждане вверяли либо детальную проработку вопросов, решенных на Большом совете, либо рассмотрение текущих вопросов. (Carie M. Del concejo medieval. P. 105-107.) В фуэро Сепульведы он называется cabildo (капитул, собрание должностных лиц) (FSExt. t.t. 33, 46, 93, 208). Собрание Большого совета происходило по воскресеньям после богослужения. В его компетенцию входило решение вопросов нормотворчества, управления, судебные и экономико-фискальные вопросы.

Что касается нормотворчества, то здесь нужно отметить следующее. Если краткие судебники были в значительной степени продуктом королевской канцелярии или представителей монарха, то работа над пространными судебниками — Бехара, Пласенсии, Сории, Сепульведы — была результатом правотворческой активности этого городского собрания. Со временем эта сфера деятельности сводится к изданию местных уставов (ordenanzas), которые регулировали исключительно хозяйственные вопросы.

В сфере управления Большой совет решал, например, вопросы о заселении округи и об условиях этого заселения, о пожалованиях округ отдельным деревням, об утверждении итогов выборов магистратов и вспомогательного персонала, об участии в военных кампаниях за свой счет или во исполнение обязательств перед королем. Здесь же торжественно совершались [49] различные юридические акты: дарения, продажи, объявлялись завещания, которые нуждались в более твердых правовых гарантиях, подкреплявшихся документами с печатью совета.

В судебную компетенцию общего собрания граждан входили вопросы, касавшиеся, прежде всего, уголовного права. Это было принятие очистительных присяг при подозрении в убийстве, объявления о начале и прекращении кровной мести.

Компетенция Большого совета в экономико-фискальной сфере включала контроль через специальных служащих за правильностью мер и весов, принятие отчетов об использовании имущества совета, раскладка существующих и введение новых налогов. (Martinez Llorente F.J. Regimen juridico. P. 437-441.)

В XIII в. Малый консехо, состоявший из магистратов, городских рыцарей и "добрых людей", расширяет свои полномочия за счет их сужения у общего собрания всех граждан общины. В актовом материале совет города чаще персонифицируется с кабальерос и алькальдами. Таким образом, собрание "соседей"-граждан заменяется советом муниципии. (Valdeavellano L G., d e. Curso. P. 548.)

Совет города в рассматриваемый период являлся владельцем так назыв. bienes comunales и miz del concejo. Появление первого вида имущества — муниципальной собственности связано с характером колонизации. В ее ходе определенная часть земель жаловалась поселенцам, которые и являлись членами совета. Земли, не поделенные после закрепления пахотных участков, находились в общей собственности "соседей. С того времени, когда на передний план стал выдвигаться совет, состоявший из магистратов и ограниченного круга граждан, олицетворяя собой общину в целом, права пользования неподеленным имуществом со стороны "соседей" стали ограничиваться. Совет города приобретает право домениальной в римско-правовом понимании собственности на эти земли. Неподеленные владения общины граждан превращаются, таким образом, в муниципальную собственность. (Nieto A. Bienes comunales. P. 1-16,181-215.) Приращение муниципальной собственности могло происходить и за счет владений отдельных граждан. Судебники Куэнки и Сепульведы, например, предписывают, чтобы "соседи" продавали за двойную цену совету владения, на которых находились каменоломни, залежи гипса, камень, [50]используемый для изготовлении жерновов, или глина, пригодная для выделки черепицы и кирпича (FC. 1, 7, 3; FSExt. t. 167).

Совет имел и свое имущество, принадлежавшее ему как городской общине по праву коллективного собственника (raiz del concejo или propios). Эти земли могли передаваться в держание, во временное владение или в краткосрочную аренду за определенную ренту. И судебник Куэнки, и судебник Сепульведы совершенно запрещают продавать или отчуждать такого рода владения (FC. 1, 7, 2; FSExt. t. 166). Средства от эксплуатации собственных земель городского совета шли частично на оплату услуг должностных лиц, а также на коммунальное обустройство, поддержание в исправности дорог, организацию поездок к королю или на кортесы.

И город, и вся его округа были объединены едиными судебно-административными органами и инстанциями. Округа в плане судебной юрисдикции являлась пространством, где городские магистраты — судья, алькальды, приставы и присяжные выполняют реальные управленческие функции: берут залог, преследуют воров и разбойников (FC. 2, 6, 29; FSExt. t.t.88— 89), следят за прохождением кровной мести (FSExt. t. 50). Жители округи были обязаны по тревоге (apellido) участвовать в поимке преступников (Если кто амбар взломает..., то объявляют о его поимке в округе и захватывают его; и деревня, которая услышит призыв, но не будет преследовать преступника, возмещает весь ущерб" (FMolina. Р. 67—68).) или заявлять о них в городе (FSExt. t. 89). При всем этом городской центр в процессуальном плане имел явные преимущества перед округой, что отражало реальные различия в социально-правовом и лично-правовом статусе жителей города и жителей деревни. Это выражалось, например, в том, что жители деревень были обязаны обеспечивать свой иск против граждан города залогом, процессуальной гарантией в пользу последних (FSExt. t. 78). Назначать сроки явки в суд для граждан города житель округи мог только в присутствии постоянно проживавшего в городе человека (FSExt. t. 216). Штраф за отнятие залога у судебного пристава был в два раза выше в округе, чем в городе (FC. 2, 6, 29). В делах, связанных с причинением ущерба имуществу жителей деревень, они должны были через своих присяжных, а не напрямую обращаться в городской суд (FC. 2, 1, 11), т. е. не могли, по-видимому, прямо выступать свидетелями против "соседей" города (FC. 3, 4, 13; [51] см. также 3, 4, 11). Граждане города пользовались также более почетными средствами доказательства своей невиновности при поджоге или при разрушении дома в сравнении с жителями округи. Так, если первые очищались от обвинения очистительной клятвой или поединком, то вторые подвергались испытанию раскаленным железом (FLed. 227).

Должностные лица консехо. В кастильском консехо, как и, например, в римской муниципии выделяются высшие и низшие магистраты. К первым можно отнести судью, алькальдов и секретаря. Ко вторым — сайона, судебных приставов, альмутасафа, портеро, смотрителя сьерры. Вероятно, ко второй же группе (ее верхнему уровню) необходимо отнести хурадос (присяжных), верных (fieles). Не совсем ясно, к высшим или нижним магистратам относились так назыв. fechizos — временные заместители судьи или алькальдов. Впрочем, если судью замещал один из алькальдов, то в этом случае можно говорить о делегировании полномочий одного высшего магистрата к другому высшему магистрату. Не до конца ясно также положение упоминающихся в судебнике Куэнки майордомов (FC. 3, 8,16). Все должности в консехо были ординарными, чрезвычайных должностей, сосредоточивающих в своих руках высший империй, по судебникам не прослеживается. Магистратуры были годичными, избрание на второй срок, следующий за сложением полномочий за предыдущий год, допускалось как исключение. Напомним также, что параллельную муниципальным магистратам ветвь, представляющую центральную власть, составляли сеньор города, королевский мерино, алькайд (комендант крепости), королевские алькальды, сборщики третий и других платежей, поступавших в казну.

Высшие магистраты

Судья и алькальды. (В § 1 гл. 2 своей диссертации С. Д. Червонов кратко, но очень емко и полно осветил обязанности должностных лиц городского совета. Его данные используются нами в разделах "Высшие магистраты" и "Низшие магистраты".) Главную роль в муниципальной организации играли судья (judex, juez) и алькальды, причем считалось, что судье "присущи более важные дела" (FC. 3, 8, 9). Судья должен был принимать поручительство по гражданским и уголовным делам; собирать штрафы и те деньги, которые консехо должен был выплачивать королю или другим лицам; принимать [53] залоги; осуществлять правосудие для всех желающих (FC. 2, 6, 12). Кроме того, судья должен был руководить задержанием опасных преступников и держать их в заключении в своем доме (FC. 3, 4, 1 — 3). Судья решал имущественные споры между жителями деревень (FC. 1, 2, 11), а также между жителями деревень и горожанами (FC. 3, 2, 4). Только он имел право назначать заседания совета-консехо (FC. 2, 6, 34). Судья был также главой городского войска и ополчения. Нередко судья осуществляет свои функции вместе с алькальдами. Вообще же обязанности судей и алькальдов весьма близки. Алькальды, как и судья, имеют право на взимание штрафов (FC. 1, 1, 10; 1, 2, 3 и т. д.), ведут (вместе с судьей или отдельно) судебные дела (FC. 1, 1, 10; 3, 8, 6) и принимают апелляции (FC. 3, 8, 1—2), организуют, как и судья, судебный поединок (FC. 6, 3, 1—16), задерживают преступников (FC. 2, 4, 25), контролируют деятельность других магистратов, берут залоги (FC. 3, 1, 6).

Положение судей и алькальдов различается в частностях: судья не может быть вызван на судебный поединок, а алькальд — может (FC. 3, 5, 1); к судье можно апеллировать в тех случаях, когда участник тяжбы недоволен решением алькальдов. Алькальды упоминаются в связи с относительно маловажными юридическими процедурами (возвращение долга — FC. 3, 4, 10, оценка земельного участка — FC. 1, 2, 14), в которых, именно в силу их обыденности, участия судьи не требовалось. Кроме того, судья был один, а алькальдов — несколько. Такая близость функций судьи и алькальдов объясняет статью FC. XXIX, 1 (в издании Дж. Аллена), согласно которой именно из числа алькальдов назначается "судья-заместитель" (старокаст. — juez fechizo) в тех случаях, когда выборный судья (juez annal) выбывал из города. Несмотря на первенствующее положение судьи, алькальды располагали средствами для контроля над его деятельностью. Так, если последний не исполнял требования алькальдов и не принимал мер для решения судебного дела, он подвергался штрафу в десять мараведи в пользу алькальдов (FC. 2, 6, 6). В Алькала де Энарес во время судебного заседания судья по требованию алькальдов обязан был покинуть место заседания, что должно было обеспечить независимость их решения (FAlc, 134).

Число алькальдов в разное время было различным. Судя по тексту фуэро Куэнки, в этом городе их было не меньше четырех: ст. FC. 3, 8, 7 предписывает, чтобы они заседали "по двое".[53]

Это соображение подкрепляется и документальным материалом. В документе 1184 г. двое алькальдов названы поименно; в документе 1186 г. упоминаются трое алькальдов "и их спутники", в документе 1189 г. — двое алькальдов "и их спутники". С начала XIII в. утверждается практика, согласно которой число алькальдов в городе было пропорционально числу приходов (как правило, по одному человеку от прихода). В соответствии с этим документ 1231 г. подписали уже 12 алькальдов Куэнки. (Червонов С. Д. Города... Дисс. С. 118.)В Теруэле было 4 алькальда, в Гвадалахаре — не меньше шести, в Пласенсии —6, в Сории — 17, по одному от двух приходов (FTeruel. 58; FGuad. 2, 6; FPlas. 712; FSor. 51). Иногда один из алькальдов считался старшим (mayordomo de los alcaldes), однако особых прав и функций, очевидно, он не имел (FTeruel. 125, 286; FSal. 278, 281). В Сории 17 алькальдов и судья разделялись на три mayordomias по шесть человек в каждой и отправляли свои обязанности четыре месяца в году (FSor. 52). В этом случае положение судьи среди алькальдов как первого среди равных представляется особенно явным.

Таким образом, верховная судебная и распорядительная власть в городе принадлежала коллегии из судьи и алькальдов, которые не только сотрудничали, но и контролировали друг друга. (Там же. С. 119)

Секретарь (нотарий). В судебнике Куэнки говорится, что "секретарь в управлении городом считается вторым после судьи и алькальдов" (FC. 2, 6, 19). В его обязанности входили ведение городской документации (FC. 2, 6, 19), в частности, списков поручителей за безопасность (FC. 2, 5, 2) и налогоплательщиков, а также хранение "книги" — официального текста судебника, "книги судебных решений" (скорее всего специального регистра вынесенных судебных решений по гражданским делам и приговоров по уголовным), отчеты совета, судьи и алькальдов (как мы полагаем — они содержали информацию, прежде всего финансового характера) (FC. 2, 6, 19). Не исключено также, что именно секретарь формировал и нес ответственность за муниципальный архив, составной частью которого являлись и документы, исходившие из королевской канцелярии в адрес муниципии, с особой интенсивностью — при Фернандо III и Альфонсо X: привилегии с конфирмацией предыдущих грамот [54] или фуэро, грамоты дарения, грамоты обмена, так назыв. cartas abiertas — открытые письма короля, cartas desaforadas — грамоты, отменявшие какие-либо привилегии; мандаты — документы, содержавшие судебные распоряжения, освобождения от каких-либо повинностей, налогов. Без сомнения, частью этого архива являлись и договора совета с различными сеньорами (светскими и церковными), а также с другими советами (например, разграничивавшие юрисдикцию на спорных территориях или упорядочивавшие хозяйственное освоение пограничных земель; сюда же можно отнести договора о создании и участии в эрмандадах — союзах муниципий); договора купли-продажи владений или обмена владениями.

Секретарь вместе с судьей и алькальдами берет залоги, переписывая взятое имущество (FC. 3, 8, 10). К нему применимы те же юридические нормы, что и к другим высшим магистратам консехо — судье и алькальдам: освобождение от судебного поединка, повышенный штраф за оскорбление при исполнении служебных обязанностей и т. д. (FC. 3, 5, 1). Секретарь принимает участие и в военных походах, где ведет учет участников и военной добычи (FC. 3, 14, 8 и 32).

Низшие магистраты

Сайон. Сайон обязан был по требованию судьи объявлять о заседаниях совета и судебных заседаниях, а также делать другие объявления по требованию судьи и алькальдов. Он объявлял также обо всех пропажах, участвовал в продаже военной добычи, в судебных заседаниях в качестве судебного исполнителя (FC.2, 6, 34; 3, 8, 13), присутствовал при взятии залога (FC. 3, 1, 3).

Судебный пристав. Судебный пристав (его С. Д. Червонов называет квестором) исполнял поручения судьи и алькальдов. Судебные приставы по их приказу ездили в округу, караулили и казнили преступников, дежурили во время судебных заседаний в палате алькальдов или у ворот судьи с тем, чтобы в любой момент исполнить поручение высших магистратов (FC. 2, 6, 26). В компетенцию приставов (иногда под названием fieles — присяжные) входило также сопровождение ко двору короля участников тяжб, которые апеллировали к королевскому суду (FC. 3, 11, 5 и 7—13). По поручению судьи и алькальдов они могли также брать залоги.

Корредор. Корредор — продавец городских имуществ. Он — единственный магистрат, относительно которого сказано, что [55] им может быть как христианин, так и мавр или еврей (FC. 2, 6, 17). В Сории корредоров было несколько (FSor. 109). Корредор ведал продажей земельных участков, а также рабов-мавров и скота (FC. 2, 6, 33). В последнем случае, по всей видимости, речь идет о реализации военной добычи.

Альмутасаф. Альмутасаф обязан был еженедельно осматривать все меры и веса, которые имелись у горожан (FC. 2, 6, 25), осуществлял контроль над ремесленниками и торговцами (FC. 2, 6, 22). В тексте фуэро Куэнки неоднократно указывается, что альмутасаф обязан взимать штраф за нерадивую, некачественную или несвоевременно выполненную работу с хлебопеков (FC. 1, 2, 20), банщиков (FC. 1, 2, 24), трактирщиков (FC. 4, 12, 13), ремесленников. Он следил также за сроками продажи виноградников, за величиной ростовщического процента, штрафовал за продажу рыбы и дичи вне рынка. Также в обязанности альмутасафа входил надзор за санитарным состоянием города. С. Д. Червонов полагал, что в руках альмутасафа находилась вся торгово-ремесленная жизнь города.

Смотритель сьерры. Во многих судебниках зафиксирована должность смотрителей сьерры (муниципальных пастбищ, лесов и гор). Они должны были следить за тем, чтобы не вырубались леса, не происходили лесные пожары, не нарушались сроки и порядок охоты и рыбной ловли, не запахивались без разрешения городские пастбища. Особой заботой смотрителей было недопущение на городские пастбища чужого скота (FC. Аре. 3. Р. 831, 833).

Портеро. Об этой должности известно немного. Из судебника Куэнки видно, что он находился на службе при алькальдах, присутствовал в пятницу — в дни судебных заседаний, находясь у дверей палаты алькальдов, и следил, чтобы туда не входили посторонние лица, но только приглашенные ?и заседания (FC. 3, 8, 16). Не исключено, что под портеро судебник подразумевает дежурных приставов.

Система муниципальных должностей, функции магистратов, зафиксированные в фуэро Куэнки, в целом характерны для других муниципий Эстремадуры. Отличия заключаются, главным образом, в том, что в некоторых городах вводились дополнительные муниципальные должности. Как правило, это низшие магистраты и служащие, такие, как дневные и ночные сторожа в Теруэле, казначей в Корни, надсмотрщик за городскими укреплениями в Мадриде (FTeruel. 137, 140; FCor. 73; FMadrid. [56] 98). В Саламанке, Корин, Ледесме, Сории существовали должности jurados и justicias, принимавших участие в судебных заседаниях, помогавших алькальдам собирать налоги и т. п. (FSal. 112, 163, 278, 338; FCor. 20, 319; FLed. 267; FSor. 49, 132, 225).

Деревня. Деревня была включена в структуру гражданской общины в качестве ее низового звена. В некоторых случаях ее организация близка к тому типу, который принято называть применительно к Франции и Италии сельскими коммунами. Так как округи гражданских общин в Эстремадуре были неодинаковы по площади (от нескольких десятков до нескольких тысяч кв. км), (См. подробнее: Gonzalez J. Fernando III. Vol. 1. Estudio. P. 513—544.) то число деревень — центров небольших районов (а, следовательно, и самих районов), находившихся в пределах их территории, колебалось от 5 до 4192. (См. Martinez Diez G. Las comunidades. Р. 674—677.) Деревни включались в собственно округу (termino) гражданской общины в строгом смысле слова, т. е. в ту ее часть, которая подчинялась юрисдикции города и состояла из двух секторов: принадлежавшего гражданам последнего (vecinos cibdadanos) и жителям деревень (aldeanos). Деревня всегда имела собственную округу (termino), которая была обозначена межевыми столбами (mojones). (Gautier-Dalche J. Formes. P. 151.) Ей принадлежали владельческие права на леса, луга, водоемы, которые находились в общем пользовании всех жителей данной общины4. (См. Корсунский Л. Р. История Испании. С. 61—62. Автор, правда, предпочел использовать в данном случае термин "право собственности". Исходя из того, что статус различных деревень был неодинаков, мы предлагаем использовать термин "владельческие права".) Те деревни, костяком которых являлись собственники земли или, по крайней мере, ее владельцы с очень широкими правами распоряжения вплоть до передачи ее по наследству, могли образовывать свой совет-консехо (или были организованы в него до включения в округу муниципии), а также иметь своих должностных лиц. Совет деревни-альдеа упоминается уже в судебнике Куэнки (FC. 4, 13, 3). В XIII в. существование сельских консехо отражено актовым материалом и судебником Сепульведы 1300 г. В его компетенцию входили вопросы распашки целины, нарезания участков, располагавшихся в альдеа, размещение новых поселенцев. В последнем случае, если совет сельской общины препятствовал этому, консехо города сам отводил таким колонистам земли для расселения в [57] альдеа (FSExt. t. 106). Совет деревни избирал своих смотрителей пастбищ, водоемов, посевов, виноградников. Совет также мог иметь свои денежные средства. Контроль за правильностью мер и весов, однако, принадлежал одному из должностных лиц города, (Carie M. Del concejo medieval. P. 180-181.) с XIII в. — альмутасафу. К XII в. относятся первые упоминания о должностных лицах совета сельской общины, а в XIII в. у него появляются и свои судьи-алькальды.

В налоговой системе муниципии деревня являлась коллективным налогоплательщиком. Это довольно жестко связывало ее с городом, контролировавшим округу и располагавшим всей совокупностью юрисдикционных прав и средств их осуществления. К XIII в. практически полностью определился весь набор налогов и повинностей, отражавший, кстати, и этапы развития самой гражданской общины в феодальной системе Кастилии. Эти платежи можно подразделить, хотя и не всегда четко, на внутриобщинные, муниципальные и королевские. Ниже мы приводим их перечень из грамоты совета Авилы 1283 г. весино Веласко Веласкесу, основывавшему поселение Сан Адриан. (Юнтерия — гужевая повинность;андадерия — судебная пошлина; квартилья — постой и обеспечение постояльцев; сбор за охрану города; сбор на содержание дорог; комедуриас — подношение лучшей части туши животного; янтар или кондучо — «кормление» короля, его свиты или должностных лиц или денежное выражение «кормления»; мартиньега или инфурсьон — поземельный платеж, которым облагался каждый земельный участок и дом; если он платился в мае, то он назывался марсадга, а если ко дню св. Мартина — мартиньега; налог на жалованье алькальдам и судьям по уголовным делам; сервисьопечо или педидо — прямой поголовный налог, вотируемый кортесами; айюда — разовый не фиксируемый налог по случаю вступления в брак сына или дочери короля; фонсадера — сбор, заменявший непосредственное несение военной службы; фасендера — денежное возмещение отработочных повинностей; коэчас — штрафы за нераскрытые преступления в округе; налог на ведение падрона — списка граждан-налогоплательщиков альдеа или прихода; монеда форера — налог, который выплачивался раз в семь лет всем населением страны в пользу короля (Грамота опубликована в: Sanchez Albornoz С. Investigaciones y documentos. P. 511).) Помимо этого жители деревни должны были платить по приходам церковную десятину. Только изредка они освобождались от отдельных платежей — от таможенных сборов и рыночной пошлины, платы за выпас скота на чужой земле, от маньерии.

Сельские общины были не только территориальными подразделениями и налоговыми округами низшего уровня. Они [58] могли выполнять и более активную роль в сфере управления гражданской общиной. Нередко короли в XIII в. обращаются к "совету города и деревень" — коллегиальному органу, представлявшему всех жителей города и округи.(Желая содеять благо и милость совету Куэнки, как города, так и деревень..." "Пришли ко мне кабальерос и добрые люди совета города и деревень..." (Urena. Ape. Privilegio de Alfonso X de 1256. Р. 861).) В компетенцию этого совета входили, прежде всего, вопросы налогообложения, будь это решение о взимании налогов с кабальерос, имущество и боевое снаряжение которых не соответствовали установленному цензу, (Ibid.) раскладка сервисьо, (CDC. Doc. 30. P. 73-74 (1274).) или же временное освобождение какого-либо селения от налогов с целью его быстрейшего заселения. (Ibid. Doc. 15. P. 50 (1305).) Согласно Ф. X. Мартинесу Льоренте часть деревень, включавшаяся в сферу городских приходов, также могла быть представлена, благодаря этому, в муниципальном совете. (Martinez Llorente F.J. Regimen juridico. P. 167.) Правда, не все сельские общины пользовались подобной привилегией. Это были скорее те деревни, основание которых происходило на ранних этапах колонизации округи, когда значительную роль в ее освоении сыграли именно приходы. Сельские общины могли быть также представлены уполномоченными-персонерос. В грамоте 1303 г. Фернандо IV, в которой сообщается о конфликте между Мадридом и Сеговией из-за Реаль де Мансанарес, спорного владения, в качестве уполномоченных упоминаются четыре человека от деревень. В привилегии 1304 г. говорится об "уполномоченных Сеговии из города и деревень". (Martinez Moro J. La Tierra. P. 118.)

Пример эволюции органов свободной сельской общины мы находим в местечке Эспинар в округе Сеговии. Так, в грамоте 1297 г., основывавшей это поселение, речь идет о "консехо поселенцев Эспинара". Во второй грамоте в 1317 г. сообщается о "консехо и добрых людях Эспинара". И, наконец, в грамоте 1368 г. перед нами уже выступают как единое целое "Совет, судьи-алькальды, и альгвасилы, и добрые люди указанного поселения Эспинар". (Ibid. P. 120.) Таким образом, налицо — самоуправляющаяся сельская коммуна, центр которой находится в поселении Эспинар. [59] По мере демографического роста, формирования экономической базы, возрастания роли собственного совета некоторые сельские общины или их группы становятся носителями сепаратистских начал. Иногда, как в случаях с выделением Пласенсии и Бехара из округи Авилы, такое стремление находило поддержку у короля, в результате чего возникали новые самостоятельные гражданские общины. Эти процессы обострились на рубеже XII—XIII вв., как и пограничные конфликты между самими муниципиями. Свидетельство этому — серийные уставы Фернандо III 1222 г. и грамоты советам Эстремадуры 1250— 1251 гг. В них король требовал от сельских коммун, чтобы они ни под какими предлогами "не отделялись от города"1. ("О деревнях такое установление: чтобы деревня не отделялась от города, Напротив, пусть будет с городом так, как это было во времена короля Альфонсо, доброй памяти нашего деда" (G. F. III. II. Doc. 168. Р. 206).) Он также требовал восстановить положение, существовавшее при Альфонсе VIII, и отменил все грамоты раннего периода своего правления, подтверждавшие случаи такого рода. ("Когда я был ребенком, в некоторых местах отделились многие деревни от городов, и в то время... я не мог этому воспрепятствовать...Полагаю по праву и разумным, чтобы возвратились деревни к городам, как это было во дни моего деда и к его смерти, и пусть то фуэро, и то право, и ту жизнь имеют люди деревень с людьми из городов, и люди из городов с людьми из деревень, которые они имели при короле доне Альфонсе, моем деде и к его смерти". "И приказываю, чтобы все грамоты, которые я дал как городам, так и сельским общинам [в которых говорится], чтобы деревни отделялись от города и город от деревни, считались утратившими силу" (G. F. III. III. Doc. 827. Грамота Калатанясору 1251 г.); также: Procter. Ape. P. 285, 287. Грамота Алькарасу 1251 г.; Urena.Ape. Р. 859-860. Грамота Куэнке 1250 г.).)

Приход. Система разделения сельской местности на приходы в Западной Европе стала формироваться примерно с 800 г. Этот процесс проходил в Италии, Англии, а более интенсивно во Франции, в Германии, а также в Испании. В последних случаях этому способствовали внутренняя колонизация и появление новых деревень. Новые церкви получали в них в XI—XII вв. десятину и с самого начала имели статус приходских. В некоторых городах приходы становились низовым звеном городской системы управления. (Reynolds S.Kingdoms and communities. P. 81—91.)

Городские поселения в Эстремадуре по обе стороны от Центральной горной системы были совокупностью приходов (collaciones), формировавшихся по признаку территориального[60] или этнического происхождения. X. Вальдеон Баруке полагает, что именно с этим связана независимость прихода как автономного организма. (Valdeon Batuque J. Feudalismo y consolidacion. Р. 18; Такого же мнения придерживаются М. Монтеро Вальехо и Ф. X. Мартинес Льоренте. См. Montero Vallejo M. El Madrid medieval. Р. 137; Martinez Llorente F. J.Regimen juridico. P. 209.) Еще более определенно выразился Р. Гиберт, который рассматривал приходы как конституирующий элемент муниципии2. (Gibert R. El concejo de Madrid. P. 92.) Однако не все приходы городского центра могли пользоваться привилегированным статусом административной единицы. Это были скорее те, которые в силу своей древности рассматривались городскими властями как церковные единицы с административными функциями. (Martinez Llorente F.J. Regimen juridico. P. 209.)

Количество городских приходов в разных общинах было неодинаково. По одному приходу было в Усеро, Осме, Андалузе, Монтехо, Кабрехос; по три в Янгуас, Карасене, Искаре; по девять в Бехаре, Калатанясоре, Мадеруэло, Айльоне; по десять в Альмасане, Мадриде; четырнадцать в Сепульведе, Пласенсии и Куэнке; восемнадцать в Куэльяре, девятнадцать в Авиле, тридцать два в Сеговии, тридцать пять в Сории и сорок шесть в Саламанке. (Martinez Diez G. Las comunidades. P. 9; Montero Vallejo M. El Madrid medieval. P. 138; Gonzalez J.Repoblacion de las tierras de Cuenca. P. 196.)

Центром прихода было культовое здание, церковь. Прихожан объединяли совместные религиозные празднества и обряды, а также то, что каждого из них хоронили вокруг одного храма. Приход — это территориальное подразделение церковной администрации и в городском центре — административный район. Все члены прихода вносились в список жителей и налогоплательщиков прихода (падрон). Городской центр в гражданской общине в социально-правовом отношении состоял из граждан приходов. Никакого другого гражданства-"соседства" Эстремадура не знает.

Со временем у прихода появляется собственная юрисдикция, а с начала XII в. приход становится и налоговым округом. С этим связано более точное определение его границ и составление налоговых списков, уточнение числа налогоплательщиков. (Garcia de Cortazar J. A. La sociedad rural. P. 90-91.) Основными налогами, которые платили по приходам, были [61] церковная десятина и королевская третина (2/9 десятины, ее королевская часть), которая взималась одновременно с десятиной ("Из каждого прихода Сепульведы, как города, так и деревни, назначают своих сборщиков третин, чтобы взимать десятины, и они должны назначаться всегда за пятнадцать дней до [праздника] святого Иоанна" (FSExt. t. 205).) и печо. Судебник Сепульведы не признает гражданами тех лиц, кто, хотя и живет в городе "на законном основании", но десятину не платит (FSExt. t. 248).

Что касается муниципальной системы управления, то приход включался в нее двумя путями. Во-первых, его граждане выбирали своих собственных должностных лиц — судей-алькальдов (FC. 3, 14, 5; FSExt. t.t. 175-176) и сборщиков налогов — кохедоров. Во-вторых, приход являлся своеобразным избирательным участком. Согласно судебнику Сепульведы 1076 г. глава совета гражданской общины — судья (juez) избирался по приходам (FSLat. 24). Этот же порядок выбора главы общины существовал и в XII в., когда по приходам стали избирать и городских алькальдов, ("Я, граф Альмерих, жалую вам в фуэро, чтобы вы, совет Молины, всегда назначали судью (juez) и алькальдов ежегодно в каждом из приходов" (FMolina. P. 86).) и в конце XIII в. (FSExt. t. 175). Приход, наконец, представлял собой и самостоятельную боевую единицу городского ополчения.

Приход, вернее, его граждане, играли важнейшую роль при совершении различных юридических актов в гражданском праве. Так, кредитор не мог захватывать залог у должника без свидетеля — члена этого прихода (FMedinaceli. Р. 438; FC. 3, 1, 1). Залог; по каким-либо причинам не возвращенный его владельцу, распределялся между прихожанами (FMedinaceli. Р. 438). Сделки, связанные с продажей земли, также должны были совершаться в приходе покупателя "в воскресенье после обедни". (Ibid. P. 78.) Наследование имущества, недвижимости, как и продажа земли, непосредственно затрагивали интересы прихода. При отсутствии прямых наследников, а также родственников по восходящей и боковым линиям, в наследство вступал приход, выделяя из него вклад "за упокой души". (Ibid. P. 80-81.) Даже при отсутствии завещания и при вступлении в наследство по закону со стороны "ближнего племени" (pariente propinquos) приход все равно [62] получал "пятину из благоприобретенного имущества (del ganado)" (FC. 1, 11, 3). Фуэро Куэнки предусмотрел даже случай получения "пятины" от неграждан, по-видимому, простых держателей земли или батраков приходом их хозяина, или сеньора (FC. 1, 9, 4).

Важнейшую роль прихожане играли в процессуальном праве. Прежде всего, стороной в процессе мог выступать "сосед" как против такого же, как и он прихожанина-"соседа", так и "против любого другого человека" без всяких дискриминационных ограничений (FC. 3, 4, 12). Неграждане-жители (moradores), например, могли быть полноправной стороной в процессе только против жителей (FC. 3, 4, 12), а жители округи должны были искать поручителя, давать в залог дом с имуществом либо подвергаться испытанию менее престижными судебными доказательствами. От двух до четырех соприсяжников-прихожан, как правило, вместе с подозреваемым участвовали в принесении разного рода присяг в исках по поводу рукоприкладства, нанесения ран и в менее тяжких случаях. Это были клятва манкуадра, (FMedinaceli. Р. 536.) очистительная присяга, (FC. 2, 1, 10; 2, 1, 13; 2, 1, 15; 2, 2, 3; 2, 2, 4; 2, 2, 5; 2, 2, 9; 2, 2, 12; 2, 2, 19; 2, 2, 20; 2, 2, 24.) и обычная клятва. (FC. 2, 1, 25; 2, 2, 26;)

Приход имел в своем распоряжении часть имущества, принадлежащего совету гражданской общины. Ответственными за него были должностное лицо прихода — сборщик налогов (кохедор) и два его поручителя. Последние гарантировали своими домами с залоговым имуществом добросовестное исполнение кохедором должностных обязанностей (FC. 3, 12, 2). В тех случаях, когда сам судья (juez) или кредиторы намеревались воспользоваться залогом, брать его они должны были у поручителей или кохедора. В противном случае ответственность перекладывалась на других членов прихода (FC. 3, 12, 2), либо на весь приход в целом (FC. 3, 12, 2—3). Выход "соседа" из гражданства также обусловливался отсутствием долгов по отношению к имуществу или, скорее, к фискальным обязательствам прихода (FC. 2, 3, 20).

Сейсмо (округ). Появление сейсмо, промежуточного звена в административно-фискальной структуре гражданской [63] общины, объясняется практически всеми исследователями особенностями завоевания и колонизации новых земель. Сейсмо могли возникать двумя путями. В первом случае, они появлялись как подразделения округи с целью раздела земель сразу же после завоевания. (Carie M. Del concejo medieval. P. 49—50.) Колонизацией этих сейсмо занимались городские приходы. Земля, подлежавшая разделу, делилась на шесть частей (sexmo — шесть), иногда на три, четыре или восемь. В других случаях, например, в Сории, сейсмо стали возникать исключительно в фискальных целях, чтобы организовать эффективно сбор налогов городом в его округе. На примере Молины видна и сложная структура сейсмо: он делился на двадцатые части, каждая из которых состояла из пятин-киньонов. В целом это давало 600 пятин-киньонов или около 19 тыс. га, если согласиться с оценкой площади пятины, предложенной X. Гонсалесом. Во главе сейсмо обычно находилось должностное лицо городского совета — сейсмеро (ответственный за дела округа) с полномочиями распределять владения и назначать размежевателей. (Valdeavellano L G., de. Curso. P 546.) Двадцатая часть сейсмо также могла иметь своего главу, ответственного за раздел земель. (Carie M. Del concejo medieval. P 50.)

Среди гражданских общин Эстремадуры нетипичный случай представляла собой округа Сепульведы. Впервые она подверглась реформированию в конце правления Альфонсо VIII, когда была поделена на восемь частей. Во главе каждого нового подразделения округи была древняя крепость: Канталехо, Берсимуэль, Прадена, Кастильехо, Педрисас, Наварес, Педраса, а также (до выделения в самостоятельную общину), Фресно. (Martinez Llorente F.J. Regimen juridico. P. 217.)

При Фернандо III и Альфонсо X сейсмо попадают в поле зрения королевской власти, так как сейсмеро были ответственны за сбор налогов, поступавших на нужды и самого совета i общины, и монарха. Из грамоты Эскалоне 1261 г. видно, что город избирал двух сейсмеро из "добрых и благонадежных людей, тех, которых налогоплательщики города выберут сами". Они вместе с городскими судьями должны были собирать кондучо для короля. Деревни, разбитые на четыре группы и входившие [64] в такое же число сейсмо, выбирали четырех сейсмеро, "жителей округи, которые будут влиятельны и богаты (poderosos)". (МНЕ. I. Doc. 47. Р. 187-188.) И сейсмеро, и налогоплательщики, как в городе, так и в округе, имели взаимные обязательства возмещать ущерб, который мог быть причинен обеим сторонам в ходе сбора налогов. (Ibid.)

Заключительные положения. Как уже говорилось выше, цель настоящего издания — познакомить русского читателя прежде всего с впервые публикуемыми текстами судебников. Тексты сопровождаются примечаниями и пояснениями ключевых институтов или неясных мест. Перевод и объяснение значений ряда слов и терминов, параллельные места латинских и старокастильского списков судебника Куэнки и разночтения также помещены в подстрочнике или в комментариях. Учитывая, что оба судебника имеют в некоторой части практически полные текстовые совпадения, комментарии к тексту судебника Куэнки имеют такое же значение и для параллельных мест судебника Сепульведы. В приложении дается развернутая картина распространения судебников семейства Куэнки, а также судебника Сепульведы, который в свою очередь находится во главе самостоятельной семьи Сепульведы-Уклее. Кроме того, в приложении приводится перевод грамоты Сепульведы от 1076 г., сопровождаемый ее источниковедческим анализом, в основном вводной и заключительной частей.

Переводчик стремился в русском тексте сохранить не только смысл, но также форму и ритмику статей оригинала судебников, избегая по возможности перестройки структуры статей и пересказа. Для передачи своеобразия общественных и правовых отношений средневековой Испании используются оригинальные термины, например, когда речь идет о должностных лицах городского совета — алькальдах, сайоне, альмутасафе, или военной организации (адалид, альгара, талаверо), должностных лицах короля (о сеньоре города, алькайде и мерино), или, наконец, тогда, когда речь идет о термине, глубоко укоренившемся в отечественной испанистике (кабальеро — городской рыцарь; сервисьо, печо — налоги). С последним обстоятельством связано также то, что используется русская калька для терминов, обозначающих некоторые категории населения, например, [65] колласо или мансебо, пеоны. Не переводится на русский язык и регулярно встречающийся термин "фуэро", который в зависимости от контекста следует понимать как судебник, устав, правило или закон (впрочем, предметный указатель старается учитывать все эти оттенки).

С другой стороны, мы постарались передавать в русском звучании такие устоявшиеся в российской испанистике термины, как concejo (совет) и villa (город, селение), так как они встречаются настолько часто и в стольких комбинациях, что употребление калек с этих слов затрудняет чтение текста.

Учитывая зачастую скупость языка средневековых кодификаторов, мы включаем в квадратные скобки слова, которые подразумеваются логикой текста (например, "и за ветку [платит] один мараведи"). Этот же прием используется нами и в тех случаях, когда в тексте из-за длительности предыдущих логических периодов статьи, отсутствия личных местоимений не ясно, о ком же или о чем идет речь. В этом случае уточнения берутся одновременно и в квадратные, и в круглые скобки, например: "Алькальды должны решить, чтобы они [(стороны)] дали с каждой стороны двух верных".

Хотелось бы также отметить еще одну особенность перевода со старокастильского языка на русский, связанную с модальностью. Как правило, оригинальные тексты крайне редко для передачи императивности предписаний используют глаголы долженствования (например, debe/en — должен/должны или (h)a de + инфинитив глагола). В подавляющем большинстве случаев это либо — в активном залоге — сослагательное наклонение глагола (modo subjuntivo), либо — в пассивом залоге — глагол ser (быть) в сослагательном наклонении (presente subjuntivo) и participio. Так, в первом случае, например, peche la calonna, переводится, как "пусть он платит штраф"; во втором, например, sea vencidoпереводится, как "пусть он будет побежден". Когда же в статье чередуются одно за другим несколько предложений, в каждом из которых в оригинале долженствование выражено сослагательным наклонением, в русском переводе мы используем глаголы 3-го л. ед. или мн. числа изъявительного наклонения, например: "Пусть является в суд... платит штраф... становится врагом".

В заключение я хотел бы выразить благодарность моему учителю — кандидату исторических наук Денисенко Николаю Петровичу, замечательному испанисту, доценту кафедры Древнего [66] мира и Средних веков Ивановского государственного университета в 1978—1998 гг. Он первым ознакомился с переводом судебника Сепульведы и высказал замечания в отношении ряда статей и отдельных терминов. Не менее ценными для меня оказались сформулированные им принципы перевода таких сложных памятников, как пространные судебники, а также комментарии некоторых публичных и частноправовых институтов средневекового права в королевстве Кастилия.

 

ФУЭРО КУЭНКИ

EL FUERO DE CUENCA

(1189 г.-XIII в.) ВАЛЕНСИЙСКИЙ КОДЕКС

КНИГА ПЕРВАЯ

Титул I

[О пожаловании фуэро Куэнки и ее свободе]

[1]

О свободе Куэнки

Прежде всего, дарую и жалую (do i otorgo) всем людям жителям города Куэнки и всем тем, кто после них придет, а именно: Куэнку со всей ее округой, 1 то есть с лесами, и источниками, и пастбищами, и родниками, солеварнями, рудниками с серебром и железом и всяким [другим] металлом. 2

[2]

О весино 3 Куэнки, который встретит чужака

Если случится, что весино из города Куэнки встретит чужака (estranno) в округе (en termino) Куэнки, который охотится с собаками, с ловчими птицами, сетями или силком (ballesta), или ловящего рыбу, или рубящего дерево, или устраивающего запруду, или [добывающего] соль, или железо, или другой металл, или застанет кого-либо за ловлей, то пусть задерживает его без штрафа (calonna), (См. комментарий к FC. 1, 1, 15.) и пусть он будет задержан до тех пор, пока он не даст возмещение; и если случится, что чужак, защищаясь, ранит весино или убьет, то какое бы преступление он ни совершил, пусть уплатит [штраф] согласно фуэро 4 Куэнки; и если весино чужака ранит или убьет, защищая эту вольность (franqueza), за это он никакой штраф не должен платить.

[3]

О том, кто совершит преступление против весино Куэнки

Если какой-нибудь знатный человек или кабальеро совершит преступление в округе Куэнки и будет ранен или убит, не платится за это никакой штраф; посему повелеваю, чтобы ни[69] за того, кто в Куэнку или в ее округу вступит, совершая бесчинства, или возьмет какую-либо вещь силой и по этой причине будет ранен или убит, не платили в этой связи никакой штраф; и если он убьет или ранит какого-либо весино, то, что бы он ни сделал, платит штраф согласно фуэро Куэнки.

[4]

О скоте, который пригонят на пастбища Куэнки

Также, со всякого скота, который зайдет пастись на пастбища Куэнки, повелеваю, чтобы совет Куэнки брал пятую часть (quelo quinten) и изгонял его из округи без штрафа.

[5]

О поселениях

Все поселения, которые будут основаны в округе вашего совета против воли совета, не должны быть постоянны (non sean estables), но пусть разрушает их совет без штрафа.

[6]

О тех, кто будет держать заселенный дом

Всякий, кто будет держать в городе дом, и если будет держать его заселенным, то он освобождается от всякого платежа (tributo), так что пусть он ничего не платит, исключая [налог] на крепостные стены и башни в вашей округе; но кабальеро, который будет держать в своем доме коня стоимостью свыше 50 менкалей (О монетной системе см. в приложении к судебникам.) и [дом] в городе, никогда не платит [налог] ни на [починку] стен, ни на что-либо другое.

[7]

О графах и рикос омес

Если какие-либо графы, или потестады, или кабальерос, или Инфансоны, 5 то ли из моего королевства, то ли из другого придут поселиться в Куэнку, пусть получают такие же штрафы, "что и другие поселенцы за убийство и другие преступления (asi de muerte como de vida); посему повелеваю, чтобы в Куэнке было не более двух дворцов, [но только] короля и епископа; 6 все другие дома, как богатого и благородного, так и бедного и худородного, все должны иметь одно фуэро и одинаковый штраф (coto). [70]

[8]

О торговой пошлине и пошлине за прогон и выпас, и о свободе

Весино из Куэнки пусть не платит ни пошлину за прогон и выпас 7, ни дорожную пошлину (peaje) по эту сторону [реки] Тахо; всем поселенцам Куэнки жалую следующую милость: всякий, кто придет в Куэнку, чтобы поселиться, какого бы состояния он ни был, будь он христианин, или мавр, или еврей, или франк, или раб 8, пусть приходит без опасения и не отвечает ни за вражду, 9 ни за долг, ни за поручительство, ни за наследство, ни за майордомию 10, ни за мериндадство 11, ни за что-либо иное, что могло бы иметь место до взятия Куэнки; (То есть до 1177 г.) и если тот, кто стал врагом (См. комм, к FC. 2,4,1.) прежде, чем была взята Куэнка, придет поселиться в Куэнку и встретит в ней своего врага, пусть выставят они [друг другу] поручителей за безопасность (fiadores de salvo) согласно фуэро Куэнки и пусть находятся в мире; кто не пожелает дать поручителей, тот должен уйти из города и всей его округи.

[9]

О другой вольности

(В FPFC (XII) и FSFC (1,11) стоит заголовок "О чужаке, который совершит в Куэнке убийство".)

Всякий человек, который совершит убийство в Куэнке, пусть сбрасывается, (Со скалы, с крепостной стены или башни.) и да не будет иметь для него силы [убежище] ни в церкви, ни во дворце 12, хотя бы убитый и был врагом до взятия или после взятия Куэнки.

[10]

О других свободах

Всякий, кто в Куэнке умрет или будет убит, пусть будет погребен в Куэнке, если он будет весино. Также ни за одного чужака, который в деревнях или в округе Куэнки ранит или убьет человека, или с шайкой (banda) придет и будет там убит, не платится штраф; и если чужак, который будет не из округи [Куэнки], ранит или убьет человека [из округи Куэнки], пусть уплатит двойной штраф и также за ущерб [вдвойне]; и если какие-либо весинос будут находиться там и не помогут своему [71] соседу, то пусть каждый из находившихся [там] весинос платит сто мараведи судье, и алькальдам, и истцу

[11]

О том, кто приютит врага своего весино

Если какой-либо весино приютит врага своего весино в своем доме и совет ему даст или помощь [окажет], пусть уплатит сто мараведи. Жалую также совету Куэнки, чтобы [его люди] не шли в поход, но только на границу и с королем [во главе], а не с другим [кем-либо]; и имейте над собой от короля только одного сеньора и одного алькайда 13, и одного мерино 14.

[12]

О весино Куэнки, который не должен быть сборщиком рыночной пошлины

Весино Куэнки не должен быть ни сборщиком рыночной пошлины, ни мерино; также и еврей [не должен ими быть]; и всякий, кто в Куэнке должен стать алькайдом, прежде чем он получит какие-либо платежи [в пользу короля], пусть даст дом с залогом в совете, и пусть получит его судья; и если случится, что алькайд или кто-либо из его людей причинит какой-либо ущерб или совершит преступление [за которое следует платить штраф], то судья берет залог в том доме [и держит его], пока истец не получит удовлетворения согласно фуэро Куэнки; и если алькайд не пожелает дать дом с залогом, то пусть совет его не принимает.

[13]

О том, как судья берет залог за преступления

Судья берет залог за преступления, которые кто-либо совершит против людей дворца, и также за преступления, которые совершат люди дворца против весинос Куэнки; но если судья возьмет в залог имущество у весино по иску дворца и [истец] пожелает дать поручителя (fiador) согласно фуэро Куэнки, а судья не захочет его принять, то пусть отберут у него залог без штрафа 15.

[14]

О том, что дворец не свидетельствует против весино

Дворец не свидетельствует против весино. В каких бы то ни было штрафах, 16 в которых дворец будет иметь право [на [72] долю], пусть совет получает четвертую часть с каждого штрафа, а истец другую четверть, и судья, и алькальды еще одну четверть. Сначала пусть истец получает свою четверть с каждого штрафа, который судья сможет получить или взыскать, и также за мировое соглашение (composicion); и пусть дворец не берет 1/8 (ochavo), исключая убийство, и разрушение дома, и изнасилование женщины. (То есть исключая так назыв. "королевские дела", к каковым и относились перечисленные преступления.)

[15]

В каких случаях дворец получает свою долю [штрафа]

Дворец не должен получать свою долю, исключая следующие штрафы, которые ему причитаются, а именно: в штрафе за убийство, когда владелец дома будет убит, или тяжело ранен с кровоподтеками, или ранен запрещенным оружием (armas defendidas); или [в штрафе] за физическое оскорбление, так как ни в случае, когда толкнут, ни при вызове на поединок (nin en rriepto) 17, дворец ничего не получает; и другие штрафы принадлежат тем, чей хлеб они [(потерпевшие)] будут есть и в чьих владениях они будут находиться, 18 а не другим, за исключением сына или работающего по найму (asoldado); ибо кто бы ни нанимал дом, штраф принадлежит его владельцу и его домочадцам; и дворцу целиком принадлежит штраф за кражу, поскольку если кто будет побежден в краже, тот должен платить дворцу 1/9 и истцу за украденное вдвойне; и имеет [дворец] долю в штрафе, если хозяйку домогались (quebrantada) или она [была] изнасилована, и [в штрафе], если владелец дома был заперт [в доме с использованием] запрещенного оружия, и [в штрафе] за разрушение дома, и за колотую рану (llaga), [нанесенную] владельцу, и за резаную (ferida), и [в штрафе] с того, кто учинит потасовку (pelea) на рынке или в совете, и [в штрафе] за запрещенное оружие в совете, или на площади, или во всем городе, если оно будет вынуто, чтобы ранить, и [в штрафе] за ранение сеньора [города] оружием, и [в штрафе] за [участие] в шайке, и [в штрафе] за вызов на поединок судьи, и алькальдов, и секретаря, если незаконно вызовут их на поединок или оскорбят, находясь в месте заседаний или вне его, из-за тяжбы, которую они будут рассматривать у ворот судьи или в другом месте, и [в штрафе] за заключение (prision) сеньора [73] незаконно или [в штрафе] за нападение (salto) на сеньора, как в безлюдном, так и в другом месте.

[16]

Как должны делиться штрафы

Эти штрафы должны делиться на четыре части, за исключением штрафа за кражу, ибо он целиком принадлежит дворцу. Первую часть пусть берет истец, так же и в мировом соглашении. Вторую часть совет. Третью судья и алькальды. Четвертую часть дворец; и пусть часть, [принадлежащую] совету, берут судья и алькальды; и они проводят все собрания, за исключением всеобщих, поскольку их должен проводить совет; все другие проводят алькальды, как уже сказано; и если этими собраниями будет причинен какой-либо ущерб совету по их вине, то алькальды возмещают весь ущерб вдвойне.

[17]

О том, что никто не должен быть заточен за штраф

Никто, ни сеньор, ни другой [кто-либо] не должны держать человека в заточении за штраф, в котором дворец будет иметь [свою] долю, но только судья; также сеньор не должен держать в заточении весино, хотя бы тот и был бы побежден за свое собственное преступление или свой долг; но судья пусть держит его в заточении в своем доме, пока он не уплатит то, что будет должен.

[18]

О том, кто будет держать мавра, за которого захочет [кто-либо] дать христианина

Если кто-либо купит мавра в Куэнке, за которого захочет дать [кто-либо] пленного христианина, пусть владелец мавра возьмет такую цену, какую он стоит, и десять мараведи сверх того, и отдаст его; и если после того, как будет удостоверено, что мавр был продан [за названную цену], а не за бесценок, пусть владелец мавра освобождает христианина из тюрьмы, получив указанную выше цену.

[19]

О том, что никто не должен брать залог у приходящего с товаром

Повелеваю, чтобы у человека, который придет с товаром в Куэнку, будь он христианин, или мавр, или еврей, никто не брал [74] залог, если только он не будет должником или поручителем; и кто возьмет залог иначе, тот пусть заплатит совету сто мараведи и истцу двойной залог.

[20]

О ярмарках в городе Куэнке

Для процветания и вящей славы города жалую, чтобы у вас были ярмарки 19 и чтобы начинались они за восемь дней до Пасхи (pascua de cincuaesma) и длились восемь дней после этого праздника; и кто придет на ярмарку, будь это христианин, или мавр, или еврей, пусть приходит без опасения, и всякий, кто будет ему препятствовать или причинять ущерб, пусть уплатит тысячу мараведи штрафа королю и вдвойне за ущерб, причиненный истцу; и если не будет ему чем платить, пусть будет сброшен; и если убьет кого-либо, пусть его похоронят заживо вместе с умершим; и если он ранит кого-то, пусть отрубят ему руку; и если он кого-либо ограбит, то пусть уплатит тысячу мараведи королю, как штраф, и вдвойне за причиненный истцу ущерб; и если не будет ему чем платить, то надлежит его сбросить; и кто совершит кражу, надлежит того сбросить.

Титул II

[О постоянстве владений (raiz) и [о том], как их следует охранять]

[1]

О владениях

Жалую также вам, чтобы всякий, кто бы ни имел земельное владение, владел им прочно и постоянно (firme y estable) и навечно законно, так, чтобы с ним и на нем мог делать все, что ему будет угодно, и чтобы имел власть подарить его, или продать, или отдать в аренду, или отдать в залог, или завещать его, находясь в здравии или в болезни, покидая или живя в Куэнке; но только ни монахам, ни человеку из ордена, которые уединятся от мира, никто не может ни подарить земельное владение, ни продать; ибо как орден запрещает им дарить вам земельное владение или продавать, так и фуэро и обычай запрещает вам это же им дарить [или продавать]. [75]

[2]

О том, что каждый в своих владениях делает то, что пожелает

Всякая работа, которую кто-либо в своих владениях сделает, пусть будет прочна и постоянна, чтобы никто ему не мог ни помешать, ни запретить делать какую-либо работу, или [строить] здание, а также [посадить] огород или виноградник, или что-либо подобное; и если случится, что кто-то предъявит иск [о своем праве] на владение его владельцу или назначит срок [явки в суд], и истец будет побежден в тяжбе, пусть он уплатит штраф в десять мараведи владельцу [земельного] владения, и судье, и алькальдам, и в двойном размере возместит расходы согласно присяге владельца и одного весино; посему повелеваю, чтобы всякий, кто кому-либо предъявит иск о владении, пусть сначала предоставит поручителя ответчику, так что если истец проиграет тяжбу, пусть он уплатит ответчику штраф в десять мараведи.

[3]

О том, кто будет защищать владение и проиграет тяжбу

Всякий, кто будет защищать [свое право на] владение и будет побежден в этой связи, пусть уплатит десять мараведи и оставит владение истцу со всеми плодами и обработанной землей; и половину этого судебного штрафа пусть получит истец, а алькальды — другую половину.

[4]

Если двое притязают на одно владение (eredad)

Если двое будут притязать на одно владение, и каждый из них скажет, что получил его после раздела (cuadrilla), то защищает и свидетельствует с двумя соседями или квадрильерос(См. комментарии к главе 14 книги 3.) тот, кто первый его обработал [и пусть говорит], что он получил его после раздела и что оно принадлежит ему; и в этой связи повелеваем, чтобы защищал и свидетельствовал первым тот, кто первый работал на нем, ибо всякий, кто завладеет чужим обработанным полем, должен уплатить десять мараведи штрафа; и если тот, кто будет защищать, не сможет доказать [свое право], пусть оставит владение со штрафом в десять мараведи; и если сможет доказать [свое право], пусть владеет своей землей.[76]

[5]

О свидетелях, которые свидетельствуют о владении

Если свидетели будут свидетельствовать о владении стоимостью до двадцати менкалей, то свидетельствам верить; и от двадцати и выше, если им не поверят, пусть вызовут их на поединок, если это будет угодно истцу; и если они будут побеждены, пусть уплатят за владение вдвойне; и если после того, как будет брошен вызов, [и ответчик] не захочет отвечать на вызов или по существу иска во время второго опроса не приведет свидетельство, пусть тот, кто ответчик, теряет владение со штрафом в десять мараведи.

[6]

О том, кто скажет, что получил по жребию или [как долю] в киньоне

Также, если оба заявят, что получили владение по жребию, или киньону, или квадрилье, 20 тогда тот, кто первый работал на нем, пусть свидетельствует, а защищает тот, кто его [(владение)] держит; и если оба заявят, что они его держат, то защищает и свидетельствует тот, кто будет ответчик.

[7]

Пусть [никто] не отвечает за такое владение

(В FCFP (XXXVIII) и FCFS (11,11) - "De hereditate patrimonii" (О наследственном земельном владении).)

Также всякий, кто после раздела, или из отчины (patrimonio), или от родственника будет держать владение по праву, никому за него не отвечает, если сможет подтвердить со свидетелями, что тот, от кого он его держит и унаследовал, владел беспрепятственно этим земельным владением, и что ему никем не предъявлялся иск; поскольку если к умершему некогда предъявлялся иск в отношении того владения и он не воспользовался правом и фуэро, чтобы доказать на него свое право, пусть тот, кто будет его держать, отвечает согласно фуэро города [Куэнки]; и если [кто-либо] будет защищать [право на него] и в завершение тяжбы будет побежден, должен оставить его [(владение)] с указанным выше штрафом. [77]

[8]

О том, кто завладеет чужим земельным владением

Всякий, кто вторгнется на чужое обработанное поле, или начнет вспахивать его с другого края самовольно (a refierta), теряет право на иск о владении и пусть уплатит десять мараведи, как штраф; и это установлено, чтобы работающие не убили бы друг друга, если один хочет изгнать другого.

[9]

Если кто увидит другого пашущего в его владении, не должен нападать

Если кто-либо увидит пашущего в каком-то владении, которое он считает своим, [то] он не должен нападать, но пусть берет залог у него каждый день, пока тот не явится с ним к присяжным алькальдам или назначенным (fechizos); и пусть эти алькальды вынесут решение, чтобы они шли размежевывать то владение, и пусть назначат им определенный срок в течение трех дней, чтобы они шли размежевывать то владение, и пусть они явятся к воротам церкви и выберут там двух весинос размежевателями, и тот, кто не явится в [назначенный] срок, платит другой стороне пять солидов штрафа. 21

[10]

Как размежевывают владение

Когда наступит день размежевания владения, и явится истец, пусть размежевывают владение шаг за шагом вокруг [него]; и если обработавший его оставит его сразу и там же, пусть истец вступит во владение без штрафа; при этом потому говорим «там же и сразу», чтобы, если оставит его в другом месте, не имело это законной силы, но теряет он владение с [уплатой] штрафа в десять мараведи; и если землепашец не согласится с теми размежевателями, то истец пусть назначит срок на первую пятницу [для явки] в палату алькальдов, и там пусть оба добиваются решения суда (ayan amos fuero); и если одна из сторон тяжбы не явится в [установленный] срок, пусть будет побежденной; и если придет и будет побеждена в тяжбе, оставляет владение с десятью мараведи штрафа.

[11]

Как должны эти алькальды размежевывать

Если стороны тяжбы будут деревенскими жителями (fueren aldeanos), то пусть истец назначит срок ответчику у ворот [78] судьи, и судья пусть вынесет решение, чтобы они шли размежевывать [владение], установив срок, как сказано выше; и следует знать, что если работа произведена плугом или мотыгой и земля обработана от межи до межи (sulco con sulco), то может [совершивший заимку] защищать владение; и другая заимка (presura) не имеет ни для кого [законной] силы. 22

[12]

О том, кто увидит, что кто-то пашет в его владении

Всякий, кто увидит, что [кто-либо] другой пашет в его владении, и не назначит ему срок [явки в суд] до завершения работы, и сможет это доказать землепашец, не отвечает он за работу; также если засеет какое-либо чужое поле, но будет он побежден [в тяжбе] из-за земельного владения и должен будет его оставить, как уже сказано, с [уплатой] десяти мараведи; и для такого случая повелеваю, чтобы владелец земли ничего не получал из урожая; а если посадит [кто-либо] виноградник, или построит дом, или другое что-либо подобное [сделает], и впоследствии будет побежден, пусть оставит их с упомянутым штрафом, но, прежде чем владелец возьмет штраф, пусть он заплатит [за] работу, оценив с двумя алькальдами или весинос, или, если землепашец это предпочтет, пусть сделает истец такую же работу в таком же месте; и если не сможет привести свидетельство [землепашец], как уже сказано, то приносит истец присягу с одним весино, что с того дня, когда он увидел [землепашца] пашущим и до [истечения] девяти дней, он запретил ему это делать, и землепашец отвечает за владение и за работу; и если не захочет принести присягу или не сможет, должен оставить [землепашец] работу, как уже сказано.

[13]

А также о том, кто [будет держать] десятую или пятидесятую часть владения

(В FCFS (11,20) — "О том, кто, держа владение, будет это отрицать".)

Всякий, кто будет держать десятую, или пятидесятую; или подобную часть владения, и будет отрицать это, или, держа ее, потребует ее у кого-либо, пусть уплатит за нее штраф с 1/9(novenas) вдвойне, если присяжные алькальды смогут это доказать. [79]

[14]

О том, кто оценит владение менее чем в двадцать менкалей

Если кто-либо, владение, которое [у него] потребуют, из-за опасения идти к королю или опасения вызова на поединок оценит менее, чем в двадцать менкалей, то пусть его оценят алькальды, если оно будет в городе; если будет в деревне, пусть оценят его весинос; если будет оценено более, чем в двадцать менкалей, пусть идут к королю или вызывают на поединок, если будет необходимо.

[15]

О владении, которое не имеет ни въезда, ни выезда 23

Ко всякому владению, которое не будет иметь ни въезда, ни выезда, как к полю, так и к виноградникам, пусть направятся присяжные алькальды, и там, где они сочтут, что будет меньше ущерба, устанавливают в той части въезд, и пусть он будет постоянным; и всякий, кто дорогу, которую алькальды проведут, уничтожит, или изменит, или закроет, пусть уплатит десять мараведи; поскольку дороги и выгоны, которые сделают или установят алькальды, должны быть прочны и постоянны навечно.

[16]

В каком месте должны строиться поселенцы

Поселенцы, которые придут в Куэнку или в ее округу для поселения, пусть селятся там, где укажет им совет селения; и если совет деревень не пожелает сделать это, то пусть судья и алькальды города отведут тому поселенцу место, где он должен возвести дом рядом с другими домами в подходящем месте; но если кто-либо продаст свой дом и захочет там построить другой, строит его не иначе, как купив участок (solar); и вспашка целины (rrotura) за пределами чужого владения или выгона пусть будет прочна.

[17]

О скотине или быках, которые будут молотить хлеба или пахать

Если кто-либо скотину или быков, которые будут молотить хлеба или пахать, с поля или гумна выгонит, или не будет давать, чтобы они работали, тот пусть уплатит штраф, как за скотину, так и за быков вдвойне, если истец сможет это доказать; если нет, приносит присягу, и присяге верить; и тот, кто быков [80] или скотину под ярмом убьет, платит штраф в пятьдесят мараведи и за ущерб, который из-за этого случится, вдвойне; также, если кто-либо людей, которые будут работать в чьем-либо владении, выгонит или не даст им работать, платит тридцать мараведи за каждого, если будет доказано; если нет, пусть приносит присягу с двумя из четырех названных (conobrados) [соприсяжников] из своего прихода, и присяге верить.

[18]

О тех, кто будет продавать все свое владение или его часть

Повелеваю, чтобы всякий, кто будет продавать все свое владение целиком в городе или в деревнях, вводил покупателя в одну часть владения вместо [обхода его] целиком; и такой ввод пусть будет прочен, если это будет происходить перед собравшимися свидетелями; и если будет продавать только одну часть владения, и одну или несколько будет держать сам, то пусть он вводит покупателя в каждую, обходя вокруг каждую [продаваемую часть владения] перед свидетелями; и такой ввод пусть будет законен и прочен.

[19]

О тяжбе (contienda), которая будет у людей из деревень из-за округи

Повелеваю, чтобы, если у советов деревень будет тяжба из-за границ каждой из них, судья и алькальды шли осматривать границы владений и определяли их согласно установленным межевым знакам; и если увидят, что один совет перешел границы другого, то пусть он уплатит десять мараведи штрафа и оставляет округу, которая была запретна [для него] с плодами и [произведенной] работой, со штрафом в десять мараведи; и делят этот штраф согласно фуэро судья, алькальды и совет, выступивший истцом.

[20]

О печи для выпечки хлеба, хлебопеке и его штрафе

Пусть хлебопек разогревает печь для выпечки хлеба и закладывает вовнутрь хлеб, и если он готов, то вынимает его; и хлебопек пусть получает четверть дохода с печи для выпечки хлеба; но если хлебопек или его жена не встанут утром разогреть печь, то он возмещает ущерб, который из-за этого случится, вдвойне, согласно присяге владельца пекарни; и если печь [81] плохо разогреет и этим [также] будет причинен ущерб, то платит за него хлебопек вдвойне; и хлебопек, который изменит очередность [закладки] в печь для другой женщины, пусть уплатит пять солидов штрафа: половину истице и половину альмутасафу, а за ущерб вдвойне.

[21]

О бане и ее штрафе

Мужчины пусть идут в баню сообща во вторник, четверг и субботу; женщины идут в понедельник и в среду; и евреи идут в пятницу и в воскресенье; ни мужчина, ни женщина не дают больше одного меаха при входе в баню; и слуги как мужчин, так и женщин ничего не дают; и если мужчины в женские дни войдут в баню или в какое-либо из зданий бани, пусть платит каждый десять мараведи; также платит десять мараведи тот, кто будет подглядывать в бане в женский день; также если какая-либо женщина в мужской день войдет в баню или будет встречена там ночью, и оскорбит ее кто-либо или возьмет силой, то не платит он никакого штрафа и не становится врагом; а человека, который в другие дни возьмет силой женщину или обесчестит, надлежит сбросить.

[22]

В каких делах приносят свидетельство женщины

Женщины свидетельствуют [в делах, касающихся] пекарни, бани и источника, реки, их прядения и их ткачества; и пусть свидетельствуют [только] те, которые будут женами весинос и дочерями весинос 24.

[23]

О штрафе для тех, кто моется в бане

Если христиане в дни евреев войдут в баню или евреи в дни христиан, и там евреи христианина или христианин еврея ранит или убьет, то не платят никакого штрафа.

[24] О службе банщика

Владелец бани обеспечивает моющихся вещами, которые им будут необходимы, такими, как вода и другие вещи, которые связаны с баней; и если он не сделает это, пусть уплатит он пять солидов альмутасафу и заявителю; и тот, кто украдет [82] тайно или открыто (furtare o robare) какую-либо из вещей, которые используются в бане, то отрезают ему уши; и если из вещей, которыми моются, что-либо украдет, то за вещь стоимостью в десять менкалей отрезают ему уши, и если свыше десяти менкалей, надлежит его сбросить.

Титул III

[О посевах, как их следует охранять и об их штрафе]

[1]

О смотрителях посевов, и о посевах, и об их штрафе

Если полевой сторож или владелец посевов обнаружит ущерб на ниве, то платит за него полевой сторож, если не назовет изобличенного злоумышленника (dannador manifiesto); и если полевой сторож обнаружит днем в посевах лошадь, или свинью, или мула, или осла, то берет за каждого один алмуд того зерна, которое будет посеяно на той земле; и за двенадцать овец или коз [берет] один алмуд; и за каждого гуся берет один алмуд днем и два ночью, если будет доказано; если нет, пусть приносит присягу подозреваемый с одним весино и присяге верить; но с наступлением мая и до уборки хлебов владелец выбирает между штрафом и ценой ущерба, что предпочтет; и если владелец скота с владельцем посевов не пожелает идти оценивать ущерб, то платит столько, сколько владелец посевов назовет в присяге, если потом будет побежден [владелец скота] со свидетелями; поскольку владелец посевов должен доказывать ущерб и собирать штраф, и где штраф не возьмет или не будет пойман изобличенный злоумышленник, пусть возмещает ущерб полевой сторож.

[2]

О присяге полевого сторожа о залоге

Полевой сторож должен принести присягу об ущербе, держа в руках залог, и пусть владелец берет штраф; и когда владелец посевов не захочет принести присягу, пусть подозреваемый в [причинении] ущерба днем приносит присягу с одним весино, а в [причинении] ущерба ночью — с двумя. [83]

[3]

О том, кто убежит с залогом

Если пастух или другой человек убежит с залогом, то где бы полевой сторож или владелец посевов ни поймали его, отбирают залог без штрафа; и если не сможет его настигнуть, пусть возьмет с одним весино в доме владельца скота залог, который равен двойному ущербу; и если владелец скота залог не даст, то только за это одно возмещает ущерб и платит пять солидов судье и истцу.

[4]

О том, кто не даст залог полевому сторожу

Если пастух, охраняющий скот, не даст залог полевому сторожу или владельцу посевов, пусть уплатит пять солидов и берет за ущерб залог в доме владельца скота, как уже сказано; и если тот, у кого взяли залог, скажет, что не по праву был взят залог, то владелец [посевов] свидетельствует, держа залог в руках, говоря, что по праву он взял залог за ущерб, причиненный скотом.

[5]

О том, кто не даст залог полевому сторожу или владельцу

Когда владелец или полевой сторож обнаружит скот в посевах и пастух или владелец скота не даст залог, то пусть [владелец или полевой сторож] пригонит скот в загон без штрафа; и если кто-либо отберет скот, пусть уплатит вдвойне от стоимости скота; но если пастух или владелец скота лучшие залоги, которые будет иметь, захочет дать по дороге, а полевой сторож или владелец посевов не захочет их получить и запрет скот, пусть уплатит вдвойне.

[6]

О залоге, который берет полевой сторож

Хотя выше и предписано сторожу или владельцу посевов брать залог у тех, кто причинит ущерб, все же запрещается, чтобы полевой сторож или кто-либо иной раздевал человека до исподнего, и кто это сделает, платит десять мараведи, и платят за отнятую одежду вдвойне; но если тот, кто причинит ущерб, не оденет другую одежду, кроме той, которая будет закрывать его чресла, пусть его не раздевают, но возьмут залог в доме, как уже сказано. [84]

[7]

О тех, кто обнаружит скот без пастуха в посевах

Всякий, кто обнаружит скот в посевах без пастуха, пусть приведет его в загон и сразу же объявит об этом; и если владелец потребует его, пусть возместит ущерб и уводит свой скот; и если после объявления никто не потребует его, пусть скот будет заперт до третьего дня и после истечения третьего дня выгоняют его пастись, пока не явится владелец; и когда он явится, платит за ущерб и забирает скот; и если не объявит о скоте [удерживающий его] и он пробудет так ночь в его власти, то он платит вдвойне за ущерб; и если после объявления скот падет от голода, или жажды, или по другой причине, то пусть покажет [задержавший владельцу] шкуру скота и принесет присягу, что скот погиб не по его вине, берет штраф и отдает шкуру владельцу.

[8]

О том, кто скажет, что привел скот не из посевов

Если кто-либо скажет полевому сторожу или владельцу, что скот пригнан из другого места, а не из посевов, пусть полевой сторож принесет присягу [в том], что он пригнал [скот] за ущерб, который тот причинил, и присяге верить; и в этом пусть приносит присягу владелец посевов, если случится, что на него падет подозрение, что он пригнал [скот] не из посевов, и присяге верить.

[9]

О том, кто ранит полевого сторожа

Всякий, кто ранит полевого сторожа запрещенным оружием за залог, пусть уплатит за всякое преступление, которое совершит, вдвойне, если будет доказано; если нет, приносит присягу согласно фуэро; и кто ранит без оружия, [тот] платит штраф за всякое преступление, которое совершит, вдвойне, и если нет, очищается [присягой] согласно фуэро.

[10]

О том, кто проложит дорогу через чужое засеянное поле

Всякий, кто через засеянное поле проложит дорогу, платит штраф в десять солидов; и если кто-либо в засеянном поле будет охотиться с ястребом-перепелятником, платит штраф в[85] десять мараведи; и кто в чужих посевах соберет столько зерен сучком (con la unna), сколько в руке сможет сжать, ничего не платит, если сделает это всего один раз, поскольку, если сделает это дважды, платит пять солидов; и кто серпом, или ножом, или другим чем-либо будет собирать колосья, за исключением сучка, платит один мараведи.

[11]

О том, кто будет жать чужой урожай

Всякий, кто будет жать чужой урожай или вырывать, если его владелец не будет желать этого или не будет знать, как ночью, так и днем, пусть уплатит [штраф] судье, алькальдам и истцу семьдесят менкалей, и за ущерб вдвойне; и если это будет сделано ночью, пусть уплатит штраф вдвойне и также за ущерб; и если дневной ущерб обвиняемый будет отрицать и не сможет это доказать, то за дневной ущерб пусть приносит присягу с двумя весинос, и присяге верить, и за ночной пусть очищается согласно фуэро, если он не будет доказан.

[12]

О том, кто подожжет чужие посевы

Всякий, кто подожжет чужие посевы в поле или [зерно] на гумне, пусть уплатит штраф в триста солидов, если он будет побежден; и если нет, очищается согласно фуэро; и если тот, кто признается в поджоге (fuere manifiesto de encendimiento), скажет, что это произошло неумышленно и не по его вине, пусть принесет присягу с двумя весинос, и присяге верить; и если не сможет ее принести, платит триста солидов, как уже сказано.

[13]

О том, что [никто] не отвечает за ущерб, [причиненный] посевам

Да будет известно, что после праздника святого Михаила никто не должен отвечать за ущерб, [причиненный] посевам; ни полевой сторож, ни владелец не отвечают за залоги, которые до этого дня не будут выкуплены [их владельцами].

[14]

О том, кто подожжет жнивье и причинит ущерб

Всякий, кто свое жнивье подожжет, возмещает ущерб, какой бы ни причинил, после того, как принесет присягу тот, кому [86] он причинит ущерб; и если кто-либо подожжет чужое жнивье или срежет чужую солому, платит за это штраф после принесения присяги владельцем; и также [возмещает] ущерб от пожара.

[15]

О скоте, который причинит ущерб на току

Если чужой скот причинит ущерб на чужом току, какой бы он ни был, владелец скота платит за ущерб или приносит присягу, как сказано о посевах; но до тех пор, пока не выйдет охраняющий [ток] от скота (guardador del ganado), пусть каждый охраняет свой ток и не берет штраф за ущерб, который ему будет причинен; и после того, как выйдет охраняющий, пусть возьмет штраф [владелец тока], как уже сказано; но за курицу, которая зайдет на ток, не берет никакого штрафа.

[16]

О присяге полевого сторожа и его верности

Да будет известно, что всякий, кто должен стать полевым сторожем, должен принести присягу на верность (jurar la fialdad), что он будет охранять добросовестно посевы с начала марта до середины июля; и в оплату от каждого, кто засеет свыше кафиса, пусть получает половину алмуда. 25

[17]

О двух [людях], находящихся в тяжбе из-за одного засеянного поля

Если двое будут находиться в тяжбе из-за одного засеянного поля в пору уборки хлеба, то чтобы посевам и хлебам не причинили ущерба из-за продолжительности тяжбы, алькальды должны решить, чтобы они [(стороны)] дали с каждой стороны двух верных (fieles), и пусть собирают плоды и охраняют их для того, кто докажет свое право на владение.

[18]

Об обязанностях пахаря (yuguero)

Пахарь, который называется boyarizo, пусть жнет, молотит и провеивает со своим господином; и если они сообща наймут работников, пахарь платит свою часть расходов в соответствии с доходом от урожая; и если сообща они не найдут работников, то господин выделяет двух людей и одно животное, и один из [87] тех людей жнет с пахарем, а другой ведет животных со сжатым [хлебом]; и животное они кормят сообща; и наниматель выделяет одну женщину, которая обмазывает глиной ток с женой пахаря; и когда собран хлеб, пахарь должен сделать сарай для хранения зерна и соломы для волов, с которыми он будет работать; и он должен покрыть четыре бруса для укрытия волов; и все эти вещи должен предоставить пахарь, исключая дерево, которое дает господин; как только все это будет сделано, пахарь может уходить, когда захочет.

[19]

О работе пахаря

Следует знать, что, когда пахарь не пашет, он должен собирать солому или расчищать пашню, или делать все, что относится к [его] работе, по приказу господина; и господин должен дать плуг и ярмо со всеми принадлежностями, и фураж для волов; и пахарь пусть охраняет быков и принадлежности и ночью и днем, пока не уйдет от господина; а также пахарь со всего того, что заработает или найдет в походе (hueste), (От лат. hostis — "враг, особенно тот, который ведет войну". В Кастилии это слово также означало место расквартирования или лагерь войска (Coraminas, 1976, II, р. 972).) или в другом месте, дает господину его долю, также, как с урожая, который он соберет.

[20]

Об анафаге (anafaga) пахаря

Владелец дает своему пахарю анафагу в четыре с половиной кафиса, и один алмуд соли, и одну связку (forco) чеснока, и другую лука, и два солида на сыр, и два солида на сыромятную обувь (albarcas), и его долю урожая из того, что будут посеяно, согласно договоренности господина и пахаря, исключая ячмень и кормовую траву (la ierren) для скота, потому что из этого пахарь ничего не должен получать. [88]

Титул IV

[Об охране виноградников]

[1]

О винограднике, стороже виноградника и также о его штрафе (coto)

Тот, кто должен охранять виноградники, должен принести присягу на верность, что он будет добросовестно их охранять и быть верным с того дня, когда он будет приставлен к виноградникам, и до тех пор, пока весь виноград не будет снят; и если после того, как покажет [владелец] виноград [сторожу] с двумя весинос, (То есть покажет сторожу будущий объект охраны.) во время сбора винограда или до этого обнаружит [тот] человек ущерб в своем винограднике, пусть он предъявит иск сторожу виноградника, ибо тот должен возместить весь ущерб, причиненный днем, поскольку за ночной ущерб он не должен отвечать; но если ущерб будет причинен ночью и [до истечения] третьего дня не покажет ущерба владельцу, пусть уплатит за него; также пусть [сторож виноградника] уплатит за дневной ущерб, если не предъявит залог или причинившего ущерб; и если владелец скажет, что ущерб случился не ночью, а днем, то за ущерб, который будет стоить один мараведи, сторож виноградника приносит присягу, и присяге верить, и пусть приносит присягу один; и свыше одного мараведи приносит присягу с одним весино, и если принести присягу не захочет или не сможет принести присягу, платит за ущерб.

[2]

Пусть сторож виноградника приносит присягу, держа в руках залог

Присяге сторожа виноградника о любом ущербе, если он держит в руках залог, верить [при сумме ущерба] до пяти мараведи; [если] свыше пяти мараведи, то пусть он приносит присягу с весино и берет штраф; и всякий, кто вне города не даст сторожу виноградника залог, платит один мараведи, и пусть возьмет он залог в доме не давшего [залог]; и если у него не будет дома, пусть потребует у него поручителя; затем [89] назначает срок явки к воротам судьи и там пусть получает удовлетворение согласно фуэро.

[3]

О том, кто ранит сторожа виноградника

Кто ранит сторожа виноградника как днем, так и ночью, из-за вещей, касающихся виноградников, тот платит за преступление, какое бы ни совершил, вдвойне, если будет доказано; если нет, очищается 26 обвиняемый или подозреваемый согласно фуэро; и если случайно сторож виноградника ранит кого-либо в винограднике или убьет его, не платит за это никакого штрафа и не становится врагом.

[4]

О том, что владелец виноградника должен доказывать ущерб, [причиненный] скотом

Если владелец виноградника сможет доказать причинение ущерба скотом, пусть берет штраф; и если не сможет доказать, пусть принесет присягу подозреваемый за дневной ущерб с одним весино, а за ночной ущерб с двумя весинос.

[5]

О воле или скотине, которая причинит ущерб

Если какой-либо вол или скот причинит ущерб днем, то за три [поврежденных] виноградных куста его владелец пусть уплатит пять солидов; и за двенадцать овец или шесть коз еще столько; но если овцы будут очень маленькие, то штраф платит согласно количеству тех, которые причинят ущерб. (То есть к одному волу при взимании штрафа приравниваются двенадцать овец или шесть коз. Если же это будут молодые овцы, то штраф за причиненный ими ущерб составляет менее пяти солидов.)

[6]

О собаке или свинье, которая причинит ущерб

Если собака или свинья причинит ущерб в винограднике, за каждую лозу пусть ее владелец уплатит пять солидов; но не платит никакого штрафа владелец собаки, которая будет носить намордник (corvo), если он будет длиной в два локтя и локоть в ширину; ибо вместо штрафа должен он [сторож] ранить собаку, но не убить ее; и если она не будет носить [90]намордник, то пусть убьет ее в винограднике; и если не смогут ее [(собаку)] настичь, пусть уплатит владелец собаки, как уже сказано.

[7]

О животном или ином скоте, которое войдет в виноградник

Если животное или иной скот войдет в виноградник, хотя и не причинит ущерб, но только за то, что утаптывает землю и при входе и при выходе, пусть [его владелец] уплатит пять солидов; и за весь ущерб, который будет причинен в винограднике, его владелец берет или штраф или стоимость [ущерба], что из этого пожелает.

[8]

О том, кто войдет в виноградник без разрешения его владельца

Если какой-либо человек без разрешения владельца или сторожа виноградника войдет в виноградник с наступлением января и до завершения сбора винограда, пусть уплатит пять солидов, хотя бы он и не взял там ничего; и если возьмет виноградную гроздь или другой плод днем, платит десять мараведи, и если ночью, то двадцать мараведи, если будет побежден; и если нет, очищается за дневной ущерб с шестью весинос и за ночной ущерб согласно фуэро.

[9]

О том, кто срежет лозу винограда или поднятую вверх лозу (parra)

Если кто-либо срежет куст винограда, платит пять мараведи, и за ветку [платит] один мараведи, и за каждую лозу платит пять солидов; и кто срежет куст с перголы, платит десять мараведи; и за ветку пять мараведи; и за всякую другую виноградную лозу платит пять солидов; и кто возьмет жердь с перголы, платит пять солидов; и кто продаст незрелый виноград, прежде чем виноград будет снят, платит один мараведи, будь он еврей, мавр или христианин; этот штраф делят между собой истец и альмутасаф согласно фуэро.

[10]

О том, кто возьмет розы или лилии в чужом винограднике

Всякий, кто в чужом винограднике возьмет розы, или лилии, или ивовые прутья, камыш, тростник, то за каждую из [91] этих вещей пусть уплатит один мараведи, если будет доказано; и если нет, очищается согласно фуэро.

[11]

Как и когда следует охранять виноградники

Все виноградники следует охранять, как уже сказано, с первого дня января до окончания сбора винограда; и с этого [времени] далее до начала января, если вол, или лошадь, или осел, Или свинья зайдут в виноградник, пусть уплатит [их владелец] Один алмуд пшеницы [штрафа].

[12]

О том, кто возьмет чужой сумах (zumaque)

(Zumaque — от араб, summaq, восходящее, вероятно, к арамейскому ym(m)aqa — "ярко-красный". Южное дерево с ярко-красными плодами, кожица которых использовалась дубильщиками для окраски кож (Corominas, 1976, IV, р. 872). В настоящее время сумах используется как приправа.)

Всякий, кто соберет чужой сумах, платит десять мараведи штрафа, если будет доказано [это]; если нет, пусть очищается согласно фуэро.

[13]

Пусть никто не отвечает [по искам] с этого времени

После праздника Святого Мартина за ущерб винограднику, который был до этого кем-либо причинен, не отвечают; также не отвечает тот, кто залог будет держать за ущерб винограднику после прошедшего праздника.

[14]

О винограднике, который не будет иметь никакого выхода

Если какой-то виноградник не будет иметь выхода, пусть имеет дорогу по борозде других самых близких к дороге виноградников без штрафа.

[15]

О плате сторожу виноградника

Плата сторожа виноградника пусть составит четыре динара за каждого человека, который будет иметь виноградник на общем участке (el pago), 27 который он будет охранять; и столько пусть дадут как те, кто будет иметь много виноградных лоз, так и [те, кто будет иметь] немного. [92]

Титул V

[О штрафе за огороды, а также об их охране]

[1]

Об огородах, огороднике и его штрафе

Если чей-либо скот войдет в чужой огород, то пусть его владелец платит за ущерб, который тот причинит, и платит один мараведи, если это будет днем; и если ночью, пусть платит два мараведи и за ущерб вдвойне, если будет доказано; и если нет, владелец скота приносит лично присягу за дневной ущерб; и за ночной ущерб с одним весино, и присяге верить.

[2]

О том, кто причинит ущерб в чужом огороде днем

Если кто-либо причинит днем ущерб в чужом огороде, платит один мараведи и [возмещает] ущерб, который причинит; и если ночью причинит ущерб, платит два мараведи и за ущерб, который причинит, вдвойне, если [это] будет доказано; если нет, за ущерб днем очищается с одним весино, а за ущерб ночью — с двумя.

[3]

О том, кто будет поливать огороды

Если кто-либо будет поливать огород, лен, или коноплю, или другое растение, после того, как увидит, что прибыла вода, после полива не отведет воду туда, откуда он ее брал, и причинит ущерб, платит за него вдвойне и десять мараведи штрафа, если будет побежден; и если нет, приносит присягу с двумя весинос и присяге верить.

[4]

О том, кто воду возьмет в очередь другого

Если кто-либо возьмет воду в очередь другого, или ее перекроет, (В тексте — "о la tornare" (или вернет ее), в то время как в FCES (V,3) — reciderit, а в Куэнкском фрагменте (R.58) и фуэро Иснатораф (CIV) — "о 1а tajare" (если ее отрежет), т. е. перекроет. Полагаем, что последний вариант точнее отражает логику статьи.) или совершит [какое-либо] насилие из-за нее, или [93] будет удерживать силой, платит два мараведи, если будет побежден; и если нет, приносит присягу, и присяге верить; и если кто-либо в связи с этим нанесет [побои с] кровоподтеками, платит штраф городу.

[5]

О том, кто ранит или убьет огородника ночью

Всякий, кто ранит огородника ночью или убьет на его огороде, платит штраф за преступление, которое совершит, вдвойне; и если огородник ранит кого-либо на своем огороде или убьет, не платит за него штраф и не становится врагом.

[6]

О плате огороднику

Огороднику дают два кафиса в качестве анафаги: одну половину пшеницей, другую — рожью; и семена, и скот, и фураж скоту дает владелец огорода; и получает [огородник] от плодов огорода, сколько договорится (quanto pleyteare) 28 он с владельцем (sennor). 29

[7]

О воде, которая будет бить из ключа в огороде или винограднике

Если вода будет бить из ключа в огороде, или винограднике, или на участке, пусть течет через владение собственников примыкающих борозд (sulqueros) или по удобным местам до впадения в основное русло реки, где никому не причинит вреда; и если кто-либо из собственников примыкающих борозд не захочет принять воду, пусть уплатит десять мараведи и за ущерб вдвойне.

[8]

О том, кто будет иметь огород, или виноградник, или посевы на границе [владений]

Всякий, кто будет иметь огород, или виноградник, или посевы на границе какого-либо выгона, или пастбища, и не огородит изгородью, или стеной, или валом, не должен брать за это ни штраф, [который полагается потерпевшему], ни судебный (calonna); и тот, кто будет делать изгородь, или стену, или вал, должен делать их такой высоты, чтобы не могло никакое животное зайти на чужой обработанный участок; и если [94] кто-либо не захочет закрыть свою границу, как сказано, будь граница обработана или не обработана, (В тексте "si quier sea la frontera labrada, si quier non". В старокастильском языке "labrar" означало еще и пахать (пахарь, крестьянин — labrador). Следовательно, в тексте имеется ввиду, что часть участка, прилегающая к соседнему участку или к дороге, может быть вспахана или не вспахана.) платит один мараведи, и за ущерб, который будет причинен другим, вдвойне, а владелец скота ничего не платит.

[9]

О том, кто разберет или откроет изгородь

Всякий, кто разберет и откроет чужую изгородь, пусть уплатит пять мараведи и вдвойне за ущерб, который будет [причинен], если будет доказано; если нет, приносит присягу с двумя весинос, и присяге верить.

[10]

О том, кто будет иметь дерево на чужом участке

Если на чужом участке будет дерево, владелец участка получает одну четверть плодов с дерева; и если ветки дерева будут нависать над чужим участком, [его] владелец получает четверть плодов, что упадут на землю; и владелец этой земли охраняет то дерево от ущерба.

[11]

О том, кто срубит дерево или срежет ветку дерева с плодами

Всякий, кто срежет чужое дерево, дающее плоды, платит тридцать мараведи, если будет побежден; (В оригинале — si fuere vencido. Глагол "vencer" означает побеждать в сражении, в схватке, в том числе в суде, как в ходе судебного поединка, так и с использованием других видов доказательства чьей-либо вины.) и кто ветку отрежет, платит десять мараведи, если будет побежден; если нет, очищается согласно фуэро; и всякий, кто срежет ореховое дерево или другое дерево, платит десять мараведи, если будет доказано [это]; если нет, приносит присягу с одним весино, и присяге верить; и если кто-либо срежет ветки дерева, несущего плоды, платит пять мараведи, если будет доказано [это]; если нет, то только приносит присягу, и присяге верить; и если кто-либо соберет плоды днем вне виноградника, платит десять мараведи, если будет доказано; и если нет, приносит присягу с шестью [95] весинос, и присяге верить; и за ущерб ночью платит двадцать мараведи, [если будет доказано это]; если нет, приносит присягу с двенадцатью весинос, и присяге верить.

[12]

Если кто соберет листву чужого тутового дерева (moral)

Всякий, кто соберет листву чужого тутового дерева, платит [один мараведи, если будет доказано [это]; если нет, то лично приносит присягу, и присяге верить; и за ущерб ночью платит мараведи, если будет доказано [это]; если нет, очищается с двумя весинос, и присяге верить.

[13]

О том, кто срубит дерево, на котором нет плодов

Если кто-либо срубит дерево, на котором нет плодов, платит пять мараведи, если будет доказано [это]; если нет, приносит присягу с одним весино, и присяге верить; кто срежет каменный дуб (carrasca) или обычный из-за желудей, платит штраф так же, как и за плодоносящее дерево.

 

Комментарии

1 В FC. 1,1,1 и др.; FSExt. 1,2,4,5,6 и еще в 15 случаях: termino — округа, точнее, юрисдикция совета-консехо, сфера (пространственная) действия судьи, алькальдов и уполномоченных ими лиц. Юрисдикция включала не только право суда, сбора налогов, пошлин, право требовать участия в общественно полезных работах (ремонт дорог, мостов, городских стен, башен, замков и укреплений в округе), но и право привлекать население округи к участию в военных действиях под знаменами короля.

2 Уже в первой статье фуэро Куэнки король передает "всем жителям" города и их потомкам всю территорию Куэнки и ее окрестностей и отказывается, таким образом, от прав короны на нее, приобретенных в ходе завоевания города-крепости. Значит ли это, что королевская власть не сохранила за собой никаких прав в городе и городской округе и лишилась прав распоряжаться теми землями, которые передала в собственность совету? С. Д. Червонов полагает, что на этот вопрос следует ответить отрицательно. При этом он опирается на грамоты Альфонсо VIII и Энрике I, которые жаловались с 1177 по 1215 г. Еще до издания фуэро, в первые 12 лет после завоевания города, Альфонсо VIII передал различным светским и духовным особам и корпорациям значительное количество владений и в городе, и в округе. Раздача земель продолжалась и после пожалования фуэро, т. е. после формальной передачи городу собственности на его территорию и землю округи. Кроме того, и после раздач земель, деревень, отдельных домов королевское землевладение в городе и округе сохранялось. В грамотах упоминаются королевские "владения", соляные копи и солеварни, мельницы. Значит ли это все, что кастильские короли нарушали собственное пожалование консехо Куэнки, зафиксированное в судебнике, и дарили земли, находящиеся в собственности города? Или, может быть, короли сохраняли какие-то земли в этом районе, так сказать, в частном владении? Судебник и актовый материал, считает С. Д. Червонов, не дают прямого ответа на эти вопросы; ст. 1 нельзя понимать буквально. Король передал консехо или не всю землю города и округи, или передал ее не на "вечные времена", сохранив за собой возможность ее отчуждения. В любом случае, заключает ученый, пример Куэнки показывает, что земельная собственность города и горожан в пределах юрисдикции консехо не была монопольной, что королевское землевладение и королевские пожалования представляли собой тот канал, который способствовал существованию на территории консехо землевладения феодального типа (Червонов С. Д. О правовой основе. С. 159—161). Точка зрения С. Д. Червонова нуждается, на наш взгляд, в определенной корректировке. У нас не вызывает сомнений, что после завоевания (а может быть, еще и до него, учитывая, что некоторые владения жаловались королем до падения Куэнки) король закрепил за собой часть округи именно на праве частной собственности. Был ли это один документ или несколько взаимосвязанных, нам неизвестно. Но примеры других городов в Эстремадуре, например, Теруэля, дают определенную почву для этой точки зрения. Так, Альфонсо II Арагонский, даровавший 1 октября 1177 г. Теруэлю пространный судебник, в его ст. 2 не только четко указал границы округи Теруэля, но и сделал оговорку: "Но следует знать, что в этих границах я удерживаю (retengo) под своей властью Санта Олалию со всей ее округой и всеми правами (derechos)". Не следует также забывать, что королю по праву участия в завоевании принадлежал в крепости или городе внутренний замок и, как добыча, часть домов и других владений. Все это и являлось имуществом, которое он мог свободно отчуждать в пользу третьих лиц.

Что же касается владений сеньоров различного статуса — орденов, крупных магнатов — в городе и округе Куэнки, то вполне возможно, что в таких владениях существовали элементы сеньориальных отношений между соларьегос-земледельцами и владельцами земли (между "вассалами"-крестьянами и сеньорами). Но в структуре округ гражданских общин Эстремадуры светские или церковные владения, например, в Мадриде и Сеговии, в этот же период были либо эпизодическими фактами, либо являлись частными владениями без прав высшей юрисдикции (Montero Vallejo М. El Madrid medieval. P. 98; Martinez Moro J. La Tierra. P. 46.). У нас не вызывает сомнений тот факт, что и в Куэнке подобного рода владения принадлежали их хозяевам на правах частной (но не феодальной!) собственности, как и любое другое земельное владение. Используемая в грамотах формула пожалования, когда недвижимость предоставляется в "наследственное владение" (por juro de heredad), не равнозначна предоставлению юрисдикционных прав и изъятию из-под юрисдикции гражданской общины соответствующего владения. Высшая юрисдикция, согласно фуэро Куэнки, находилась в руках совета, который обладал, по крайней мере, в начальный период своей истории, безусловными правами на округу.

3 Терминологический анализ показывает, что в фуэро Куэнки, как и в некоторых других муниципальных фуэрос, понятие "vecino" как юридическое определение может употребляться, по крайней мере, в трех значениях:

1. Всякий житель как города, так и деревни, в отличие от чужака.

2. Всякий домовладелец, в отличие от жителя (morador).

3. Такой домовладелец, который платит полную ставку налога и не обладает специально оговоренным статусом (в отличие от кабальеро, полуграждан (atenplantes), арендаторов-издольщиков (medianeros), кабальеро и клириков, получающих ренту (clerigos razzoneros) (Червонов С. Д. Города... Дисс. С. 83).

4 Слово "фуэро" имеет ряд близких друг к другу значений. Так, еще известный испанский энциклопедист XIX в. Мартинес Марина выделял четыре из них: обыкновение и обычай; грамота или привилегия, освобождающая от налогов или повинностей; поселенная грамота; нотариальный документ о дарении или владении частноправового характера, который выдавался физическим лицам, церквям или монастырям. К этим четырем в словаре 1874 г. Каревантес и Галиндо и де Вера добавляется еще пять значений: компиляция или кодекс общего характера (например, Фуэро Хузго или Фуэро Реаль); место суда; юрисдикция (светская или церковная); судебная инстанция, юрисдикции которой подлежит ответчик; округ или территория, на которой судья может вершить правосудие. Современный процессуалист Н. Алькала-Самора и Кастильо полагает, что слово "фуэро" равнозначно более или менее полной компиляции права какого-либо города или территории. В этом смысле муниципальные фуэрос близки к поселенным грамотам (cartas pueblas), так что часто трудно однозначно разграничить одни от других (Alcala-Zamora y Castillo N. Instituciones judiciales. Р. 60, прим. 1). Следует при этом внести поправку к последней точке зрения. К поселенным грамотам действительно близки так назыв. "латинские" или краткие фуэрос IX — первой пол. XII в., например, краткое фуэро Сепульведы 1076 г. или фуэро Миранды де Эбре 1099 г. Однако общее (и то не всегда) в пространных фуэрос с краткими — перечисление границ округи, предоставление личных (поселенцам) или корпоративных (городу) привилегий. На этом сходство заканчивается. Поэтому пространное фуэро, к типу которого относятся тексты Куэнки и Сепульведы, — свод материального и процессуального права, достаточно полно регулирующий соответствующие институты.

5 Также в FSExt. 10. Ricos omes, как правило, принадлежали к слою высшей наследственной знати, в отличие от infanzones, fijosdalgo или cavalleros, которые по своему положению соответствовали западноевропейским рыцарям.

Рикос омес (ricos omes) — букв, "богатые люди"; однако в ту эпоху слово "rico" в титулатуре дворянина указывало не на его богатство, а на родовитость и знатность происхождения. Титул появляется в документах конца XII в., обозначая знатных особ первого ранга. К этой категории относились и графы, и так назыв. потестады (Альтамира-и-Кревеа. История Испании. С. 173—174).

Потестады (potestades) — (букв. "властелины") относились к слою высшей знати (ricos ornes). В XIII в. потестадами назывались высшие должностные лица короны, которые не носили графского титула (Альтамира-u-Kpeвea. История Испании. С. 173—174). Согласно Менендесу Пидалю потестады — рикос омес, назначенные на высокие должности, которые ниже, чем у графов, и были связаны с управлением или держанием частей королевства (Menendez Pidal. Cid. II. Р. 799—800). О. И. Варьяш переводит латинский эквивалент potestad — potestas — как "наместник" с титулом ниже графского, правитель области (Варьяш О. И. Фуэро Толедо. С. 191, прим.4). По-видимому, поселение потестадов в Куэнке и Сепульведе связано с их назначением представителями короля (сеньором города). Так, в Семи Партидах говорится, что "потестадами называют в Италии тех, кого выбирают в качестве правителей селений и больших крепостей" (Partidas. 2,1,13).

Инфансоны (infantiones, infanzones) — знать второго ранга, титул, который часто встречается в документах с X—XI вв. Слово, по-видимому, произошло от латинского выражения "filii bene natorum", т. е. "дети из хороших семей". В XII в. начинает распространяться другое наименование этого слоя знати — fijosdalgos. Согласно Менедсесу Пидалю слово происходит от лат. "filius de aliquod" — "сын того, кто представляет собой нечто" (fijos — на ст.-кастильском языке — сыновья, d — редуцированный предлог родит. пад., algo — нечто). По мнению А. Кастро, algo — составная часть данного термина — происходит не от латинского "aliquod" (нечто), а от арабского algo, что означает "богатство", "добро". М. Карле тоже считает, что algo — это "имущество" или "иметь" (Корсунский А. Р. История Испании. С. 136 и сноска 2 на этой же странице). Впоследствии слово стало звучать, как "идальго". Хотя в узком смысле этот термин соответствует старому термину "инфансон", но им обозначаются все особы знатного происхождения, независимо от звания и титула.

Кабальеро (caballero) — городское рыцарство (в источниках — caballeros villanos), ряд которых восходил к горожанам, плебеям, получившим соответствующие права от королей. См. подробнее о них в прим. 10 к фуэро Сепульведы

Сын дворянина или городского рыцаря-кабальеро, который еще не получил оружия, назывался эскудеро (escudero), т. е. оруженосцем (точнее, щитоносцем). Термин не встречается в судебнике Куэнки, в отличие от судебника Сепульведы. Причина этого в том, что последний судебник фиксирует (ко второй половине XIII в.) начало процесса анноблирования (облагораживания) городской верхушки.

6 Palacio в юридических памятниках этой эпохи следует понимать, во-первых, как здание, резиденцию короля и епископа: "palacio называется то место, где король открыто находится" (Partidas. 2,9,29). Во-вторых, дворец — технический термин, обозначающий определенный круг лиц, представляющих этот palacio. Так, в фуэро Бриуэги (§ 22), пожалованном архиепископом Толедо, говорится следующее: "Под palacio следует понимать: мы, наши люди, наши каноники и клирики, находящиеся в Бриуэге". Выделение как особого объекта дворца также связано, согласно фуэро Теруэля, с запретом входить в него должностным лицам совета для совершения определенных правовых актов: "И в вилье Теруэль не должно быть иного дворца, кроме моего, короля Арагона, и епископа этой вильи, и во все другие дома судья, алькальды, и приставы, и сайон входят брать залог без штрафа" (FTeruel. 3).

Объектом особого налогового обложения являлось отгонное скотоводство. Стада скота, преимущественно овец, но также и крупного рогатого скота, лошадей, коз, свиней сезонно мигрировали под присмотром пастухов и вооруженной охраны с севера на юг и обратно по исторически сложившимся перегонным путям — каньядам. Montadgo, montazgo — прогонная пошлина взималась вдоль каньяд натурой (определенное число голов скота с тысячи) или в денежном эквиваленте. Юридически обосновывалась тем, что на прогоне и на сезонных выпасах стада пользовались коммунальными общинными угодьями, и тем, что корона еще в XIII в., при Альфонсо X, объявила все стада Месты — организации собственников скота, осуществлявшей сезонные миграции, "королевским стадом", распространив на него особое королевское покровительство (Денисенко Н. П. Испанская монархия. С. 33).

Франки — выходцы из преимущественно Южной Франции. Отдельные кварталы, заселенные французами, были в городах на севере Испании, а также в Толедо, Алькарасе и других городах. Рабы (сервы) — несвободное население, наследственно связанное с сеньором. Подавляющее большинство сервов сидели на своих наделах и занимались земледельческим трудом. Посаженные на землю сервы именовались, кроме того, касатос, а также криадос, криасонес (Корсунский. История Испании. С. 105). Существовал также и слой домашних рабов, постоянно пополняющийся за счет пленных арабов.

Согласно королевскому законодательству XIII в. сервы находились во власти своего господина, не имели прав на землю или имущество, могли быть проданы, обменены без земли, с семьей или поодиночке. Тем не менее нередки случаи приобретения сервами земли, превращения их в зависимых держателей. Сервы заключали браки со свободными и с сервами другого господина. В случае дурного обращения господина серв имел право пожаловаться королевскому судье.

Ряд фуэро прямо указывают на освобождение сервов в случае их поселения на отвоеванных землях. К югу от Дуэро и Тахо сервы не играли большой роли в производстве. Количество сервов резко сокращается с севера на юг, по мере осуществления Реконкисты (Варьяш О. И. Крестьянство. С. 161 -162).

9 Enemistad (вражда) — субинститут кровной мести. Понятие гораздо шире, чем обозначение состояния "вне закона": оно покрывает и личную вражду частных лиц, и неповиновение королю, и неплатежи сеньору, и т. п. (Варьяш О. И. Понятие вне закона. С. 309). Именно состояние вражды позволяет мстителям безнаказанно преследовать убийцу или насильника.

10 О майордоме см. комм. к статьям 3,8,6; 3,8,16.

11 Merindad — административно-территориальная единица в Старой Кастилии, которую в Средневековье называли также "страной Мериндадов", во главе которой стояло должностное лицо короля — мерино.

12 Также в FSExt. t. 14. Преступники злоупотребляли правом убежища, либо прикрываясь привилегией иммунитета, предоставленной духовенству, либо отдаваясь под покровительство церкви и монастырей; их порог не мог переступить ни один судья, и, следовательно, преступник, скрывающийся в храме, был недосягаем, хотя бы вина его не вызывала сомнений. Видные лица или горожане (FC. 1,6,5) также часто укрывали в своих домах преступников (Альтамира-и-Кревеа. История Испании. С. 194).

13 AI-kaid — "вождь", в отличие от al-quadi ("судья"). Первоначально алькайдами называли комендантов королевских крепостей и командующих гарнизонами (Font y Riuz J. M. Les villes. Р. 269). В XII в. принимает участие в сборе некоторых королевских платежей и иногда назначает мерино. Кроме того, выступал как судья в тяжбах между знатью (Gorosch M. El fuero de Teruel. P. 442).

14 Мерино (от лат. mayorinus) появляется в структуре астуро-леонского королевского двора не ранее X в. Должностные обязанности и компетенция мерино, по-видимому, были схожи с таковыми у германского шультгейса. Мерино представлял в городе и его округе королевскую или сеньориальную власть (получая в знак своей власти ключи от города), от ее имени взимал некоторые платежи и осуществлял некоторые судебные полномочия. В первом случае это entrada (сбор за посещение мерино округи с целью осуществления правосудия), merindaje (платеж, заменивший собой размещение на постой сеньора или его посланников) и yantar (см. комм, к грамоте Сепульведы 1076 г. — FSLat. 33). Что касается его судебных полномочий, то это было, прежде всего, право в качестве представителя короля преследовать убийц и даже в некоторых случаях даровать грамоту прощения. В случаях, связанных с убийствами, королевский мерино имел, по сути, право свободного входа на территорию любого населенного пункта, независимо от того, насколько широкими правами были наделены сеньории или города (Sinues Я А. El merino. P. 51, 53, 90-91, 99,102).

15 Важнейшую роль среди институтов обычного права вплоть до XIII в. играл залог, как внесудебный, который истец осуществлял по собственной инициативе, так и судебный, но также осуществляемый самим истцом (Lalinde Abadia J. Derecho historico. Р. 541). Залог был средством начать судебный процесс, а также служил процессуальной гарантией, дававшей истцу уверенность, что решение суда будет выполнено ответчиком (Ibid. Р. 543). Попытки ограничить внесудебный залог видны уже в грамоте Сепульведы 1076 г., где говорилось, что истец не может захватывать залог в округе или в торговой экспедиции в земли мавров (arequa) без разрешения судей (FSLat. 5). Запреты осуществлять внесудебный залог встречаются в дальнейшем во многих судебниках Эстремадуры, что косвенно свидетельствует о распространенности практики его применения.

Самые архаические черты этого института, как отметил еще Э. Инохоса, зафиксированы в судебнике Теруэля (Hinojosa E. El elemento germanico... Р. 453—456): должностное лицо совета — сайон, сопровождающий истца к дому ответчика, выполняет скорее роль свидетеля ("...свидетельство сайона, с которым берут залог, или соседей всегда признается законным..." (FTeruel. 141). "Если истец не может найти сайона, — сообщает фуэро, — с которым он берет залог, может его брать вместо сайона с двумя соседями, [живущими] ближе всего к дому..., с помощью которых можно доказать все, что произойдет" (FTeruel. 42). В случае неявки ответчика в суд истец каждый день мог брать в залог какое-нибудь имущество в доме самого ответчика или его поручителя, если таковой имелся, "без штрафа до тех пор, пока ответчик не исполнит предписание фуэро" (FTeruel. 141). Судебник Теруэля также содержит казусы, когда истец является три раза в день к запертым воротам дома ответчика вместе со свидетелями, кричит у дверей, если заметит в доме людей, и только при нежелании хозяев ответить "заявляет об этом судье, и судья открывает ворота, и берет залог в уплату штрафа и для удовлетворения иска" (FTeruel. 153).

Объектом залога обычно были движимость, скот. В последнем случае запрещалось захватывать боевых коней или животных, которые использовались на пашне. Залог, захватываемый истцом, мог сопровождаться символикой, напоминавшей о древности этого института. Так, например, истец в знак вызова в суд ответчика первый раз втыкал пучок соломы в ворота его дома (FTeruel. 141). В конце XIII в. залог все еще продолжает играть роль процессуальной гарантии (FSExt. t. 247) наряду с поручительством, однако возможность получения его частным способом сужается, если не сказать, даже исключается со стороны судей Совета. Жалобы на незаконный захват залога, тем не менее, встречаются во всех петициях кортесов рубежа XIII—XIV вв.

16 Calonna, calona — в строгом смысле слова штраф в уголовных делах, который платили все жители местности, где было совершено преступление, если виновный не был найден (в таком случае все живущие в данной округе рассматривались как коллектив ответчиков). Размер этих штрафов устанавливался в зависимости от характера преступления и положения потерпевшего. Как правило, в подобных случаях сумма штрафа делилась на три части и поступала королю, консехо и истцу (Альтамира-и-Кревеа. История Испании. С. 190).

В судебнике Куэнки, да и вообще в фуэрос этого же семейства значение термина "calonna" неоднозначно. Так, "calonna" используется и как синоним "danno, dano" (ущерб): FC. 1,1,12 — "danno o calonna", FC. 1,6,13 — "peche la calonna de la casa" (платит за ущерб, причиненный дому). Согласно FC. 1,10,7 родители должны держать взаперти или связанным нездорового на голову ребенка, "чтобы он не причинил какой-либо ущерб". В FC. 2,3,1: "Повелеваю, чтобы никто не отвечал ни за совет, ни за ущерб (calonna)"'. В FC. 2,3,9: "Пусть никто не отвечает ни за ущерб, ни за долг без истца". Иногда термин "calonna" обозначает санкцию административного характера, как, например, в FC. 1,2,9 при размежевании владения, когда "тот, кто не явится в [назначенный] срок, платит другой стороне пять солидов штрафа", или в FC. 3,2,2: "Если какая-либо из сторон тяжбы не явится в [назначенный] срок, как уже сказано, пусть она платит пять солидов". В значении дисциплинарного взыскания термин "calonna" использован в FC. 3,8,7: "И если кто-либо из алькальдов скажет своему коллеге: "Ты лжешь", или другое слово оскорбления, платит десять мараведи, и если своего коллегу будет побуждать к поединку или стычке (pelea), платит двадцать мараведи, и эти штрафы получают судья и алькальды".

Что же касается взимания штрафов, то оно находилось в компетенции различных должностных лиц: а) судья (FC. 1,1,3; 1,1,17; 3,3,2); причем в его исключительной компетенции находится взимание штрафов с людей "дворца" или по их искам к жителям Куэнки (FC. 1,1,13), а также в тех случаях, когда алькальд или его люди нанесут какой-либо ущерб истцу или совершат против него какие-либо действия, наказуемые штрафом (FC. 1,1,12); б) алькальды берут штраф с тех, кто построит "новые плотины, и мельницы, и русла, которые будут мешать старым" (FC. 1,8,13); в) выборный судья, алькальды и консехо берут штраф в тех случаях, когда кто-либо не дает или отнимает залог в городе (FC. 3,1,6); г) судья или альбеди в тяжбах христиан и евреев (FC. 3,13,5-6). д) альмутасаф в пределах своей компетенции (FC. 2,3,16; 2,6,23; 4,12,11).

Как правило, за исключением штрафов за кражу (целиком поступает королю — FC. 1,1,15—16) и за оскорбление (его получает потерпевший) все штрафы делились на две, три или четыре части:

1) разделенный на две части штраф получали поровну истец и судья, когда ответчик является в суд без залога (FC. 3,2,2); истец и алькальды в тяжбах, касающихся владений (FC. 1,2,3), режима мельниц (FC. 1,8,13 и 15), или когда кто-либо переходит пограничные вехи поля, где проводится поединок (FC. 3,6,10); одну половину истец и другую судья и алькальды, если кто-либо выводил из города арестованного (FC. 3,7,9); истец-еврей и судья или истец-христианин и альбеди в исках представителей различных религий (FC. 3,13,5—6); истец и консехо, если судья или алькальд не дают ход делу истца (FC. 2,6,14); истец и альмутасаф за причинение ущерба винограднику (FC. 1,4,9); с ремесленников (FC. 4,12,8; 4,12,16—17; 4,12,19); в ряде других случаев (FC. 1,7,6; 2,3,16); явившийся в суд и судья, если не явилась противная сторона (FC. 3,2,2);

2) из разделенного на три части штрафа, который в результате своих инспекций взыскал альмутасаф, треть получают альмутасаф и истец, две другие части — судья и алькальды (FC. 2,6,22 — 23); судья, алькальды и консехо-истец в конфликтах между деревнями (FC. 1,2,19); судья, алькальды и владелец скота, если пастух "пересечет заповедные пограничные вехи" (FC. 4,6,3);

3) на четыре части делится штраф тогда, когда одну из его частей получает "дворец" (FC. 1,1,14 и 16).

17 От reptar — "обвинять", от лат. "reputare" — "считать", "размышлять", "обдумывать". В поздней латыни слово получает смысл "упрекать". В раннем старокаст. смысл слова — "обвинять":

"Si de campo bien salides, grand ondra avredes vos;

e ssi fueredes vencidos, non rebtedes a nos" (Cid. 3565—3566).

["Если поле достойно покинете, то вы будете иметь большую честь,

и если будете побеждены, то не обвиняйте нас"] (Сид. 3602—3603).

(Перевод - Г. С.)

Также часты случаи, когда слово имеет значение "вызывать на божий суд, дуэль":

Dixo el rey Alfons: "Calle ya esta razon.

Los que han reptado lidiaran, sin salve Dios" (Cid. 3390-3391).

[Сказал дон Альфонс: "Пререкаться довольно.

Кто вызвал на дуэль, пусть бьется, и Бог ему в подмогу"]

(Сид. 3426-3427).

Среди 29 случаев, которые ведут, согласно фуэро Куэнки, к вызову на поединок, восемь связаны с убийством — 2,1,13—16. Тринадцать — с насильственными действиями и физическим оскорблением, в том числе женщин - 2,1,27 - 28; 2,2,6 (указаны пять случаев); 2,2,7 (три случая); 2,2,8; 2,2,10; 2,2,28. Два случая связаны со словесными оскорблениями: 2,2,1 (обвинение в предательстве) и 2,3,8 (хвалиться чужой женой). Три — с предательством сеньора: 4,7,2 (наставить ему рога), 4,7,3 (вступить в связь с дочкой) и 4,7,4 (порча молока кормилицы вследствие соития с ней). О проведении самого поединка см. комментарии к статьям главы 6 книги 3.

Вызов на поединок предполагал публичное обвинение человека, сопровождаемое оскорбительными выражениями "лжец", "предатель" или "вероломный" и др.:

Riebtot el cuerpo por malo e per traidor.

Estot lidiare aqui ante rey don Alfons (Cid. 3343—3344).

[На бой тебя зову я, изменник ты и вор!

Пред королем дон Альфонсом здесь биться я готов] (Сид. 3378—3379).

Martin Antolinez en pie se fo levantar;

Calla, alevoso, boca sin verdad!..

Al partir de la lid per tu boca lo diras,

que eres traydor e mintist de quanto dicho has (Cid. 3361—3362; 3370—3371).

[Мартин Антолинес тут на ноги встал:

"Молчи ты, предатель, лживые уста...

Под конец поединка признаешь ты сам,

Что вор ты и предатель и во всем ты солгал"] (Сид. 3397—3398; 3406— 3407).

Essora Muno Gustioz en pie se levanto;

"Calla, alevoso, malo e traidor!

Antes almuerzas que vayas a oracion, ,

a los que das paz, fartaslos aderredor.

Non dizes verdad amigo ni ha senor,

Falsso a todos e mas al Criador.

En tu amiztad non quiero aver racion.

Fazer telo he dezir que tal eres qual digo yo (Cid. 3382-3389).

[Муньо Густиос встал на ноги в ту пору:

"Молчи, предатель, изменник ты подлый!

Раньше ты ешь, чем помолишься Богу;

Коль с кем поцелуешься, рыгнешь ему в морду.

Правды не говоришь ты ни другу, ни сеньору,

Всех оболгал ты, а больше всех — Бога.

Дружбы твоей не ценю я нисколько.

Признать тебя заставлю, что таков ты, как я молвил] (Сид. 3418—3425).

Dixo el rey: "Plazme de coracon.

Dezid, Minaya, lo que ovieredes sabor".

"Hyo vos ruego que me oyades toda la cort,

ca grand rencura he de irantes de Carrion.

Hyo led di mis primas por mano del rey Alfons,

Ellos las prisieron a ondra e a bendicion;

grandes averes les dio mio Cid el Campeador,

ellos las han dexadas a pesar de nos.

Riebtoles los cuerpos por malos e per traidores" (Cid. 3434—3442).

[Ответил король: "Разрешаю вам охотно.

Говорите, Минайя, все, что угодно". —

Послушать прошу я собравшихся баронов.

Велика моя обида на инфантов Карриона:

Им сестер своих вручил я от лица дона Альфонса.

С благословеньем и почетом oim взяли их, как должно,

Много приняли добра от Сида Кампеадора,

Но назло нам отринули дочерей его с позором.

Я в том их обвиняю, как изменников подлых] (Сид. 3470—3478).

В муниципальном праве путем поединка обвинитель также доказывал ложность показания свидетелей (Eguia M. M. El riepto. P. 820 — 823).

18 Судебник четко различает и противопоставляет домохозяев и их "нахлебников" (panyaguados). Представители королевской администрации в городе имеют право на часть штрафа лишь за те преступления, которые совершены против домохозяина. С этой точки зрения все городское население делится на две группы: домохозяева и другие люди, собственного дома не имеющие, живущие в чужом доме или на чужой земле и состоящие под патронатом людей из числа весинос. В судебнике Куэнка также имеются статьи, указывающие на то, что в суде интересы "нахлебника" представлял его господин (хозяин).

19 Крупнейшим событием в торговой жизни города была ярмарка (nundina, feria), проводившаяся ежегодно в течение двух недель. Право на проведение ярмарки жаловалось в судебниках "для процветания и вящей славы города". Ярмарка пользовалась особой правовой защитой: безопасность и имущество всех ее участников — христиан, иудеев, мусульман — охранялась огромным штрафом в 1000 мараведи в пользу короля, а за убийство устанавливалась жестокая казнь — преступника хоронили заживо в одной могиле с жертвой (FC. 1,1,20; FSExt. 22). Покупали товар днем при свидетелях. (FC. 4,9,8). Совокупность установлений по охране порядка во время ярмарок и особые требования к торговым сделкам образовывали "ярмарочный обычай" (Червонов С. Д. Города... Дисс. С. 50 — 51).

20 По-видимому, при наделении колонистов земельными владениями в Куэнке был применен механизм раздела (repartimiento), который своего полного развития достиг в Андалузии. Подлежавшие разделу земельные участки (radix, hereditas) были нескольких видов: "доли, или киньоны, или квадрильи". При определении содержания этих терминов существуют определенные трудности. Hereditas, скорее, это участки, которыми наделялись колонисты сразу после завоевания вильи. "Доли" и киньоны, согласно Ж. Готье-Дальше, являлись владениями, которые распределялись позже (Gautier-Dalche J. Formes. Р. 152.). Киньон — центральная часть земельного надела, который получали колонисты. С. де Моксо полагал, что киньон состоял из равных участков, предназначенных для выращивания зерновых, по краю которых находились огороды и виноградники (Moxo Sde. Repoblacion. Р. 228 — 229). По оценке X. Гонсалеса киньон представлял собой участок в 1 югаду, т. е. около 32 га (Gonzalez J. Repoblacion. Т. II. Р. 189). ). Что же касается "долей", то это были определенным образом нарезанные участки в 1/10,1/50 части более крупных земельных владений. (Gautier-Dalche J. Formes. P. 152.)

21 Сроки и, в первую очередь, процессуальные в судебниках играют важнейшую роль. Так, в фуэро Куэнки объявления о назначении сроков происходили в пятницу и на определенную пятницу, за исключением случаев, когда: 1) они были назначены в момент призыва, тревоги (apellido); в этом случае они переносились на третий день после вступления городского штандарта (senna) в город и 2) если кто-либо находился в экспедиции против мусульман; в этом случае срок переносился на девятый день после вступления городского штандарта в город. В целом же, говоря о сроках или о течении времени, предваряющем какие-либо значимые в юридическом отношении акты, то в судебнике (как и в других памятниках этой семьи) выделим наиболее характерные: 1) три дня; для размежевания владения (FC. 1,2,9); для нахождения взаперти чужого скота, обнаруженного на чужом поле без пастуха (FC. 1,3,7); на третий день судья осматривает руку женщины, подвергшейся испытанию раскаленным железом (FC. 2,1,38); для представления свидетелей, соприсяжников и доказательств у ворот судьи (FC. 3,9,5 и 7); 2) девять дней: для принесения иска, с момента нанесения ущерба собакой или другим животным (FC. 2,1,6); для исполнения обещания уплатить, данного перед алькальдами (FC. 3,3,14); 3) тридцать дней дается для ответа больному должнику или его жене, если он отсутствует (FC. 3,7,5); для того, чтобы адалид заплатил за утраченного в набеге коня (FC. 3,14,37); 4) три девятидневки: а) для уплаты штрафа совершившим убийство (FC. 2,4,23); б) в отношениях, в которых задействованы поручители за безопасность (FC. 2,5,1), поручители (sobrelevadores) (FC. 3,3,6 — 7) или свидетели сделки (otores) (FC. 4,10,7); в) для уравнивания кабальеро или пеона с вызванным на поединок (FC. 3,6,2 и 6); г) для должника, жена которого заявляет, что он покинул город не из-за "боязни" долга (FC. 3,7,1); д) любой, "кто в тюрьме займет место должника признавшего [долг], пусть уплатит долг до [истечения] трех девятидневок" (FC. 3,7,12); 5) до третьей пятницы: дается время вызванному на божий суд (desafiado), чтобы он привел свидетелей, которые доказали бы его непричастность к убийству (FC. 2,4,1); 6) в один год: для избрания на должность судьи необходимо держать в городе дом и коня в предшествующий год (FC. 2,6,1); в процессе осуществления кровной мести обвиненный в убийстве мог стать врагом на год или "навечно" (см. FC. 2,4,4 — 21). 7) год и один день:когда до истечения этого срока кто-либо потребует чье-либо "подтвержденное владение", то ответчик обязан выставить свидетеля сделки (otor'a), "чтобы иметь земельное владение свободным и неприкосновенным" (FC. 1,7,11).

22 Способы занятия пустующих земель и характер прав, возникавших в результате этого — важнейшие стороны колонизации в течение всей Реконкисты. Исследования по раннему Средневековью выявили, что занятие "ничейной" земли происходило двумя путями: посредством частной пресуры — фактическим вступлением во владение пустующей землей и заимкой земель группами земледельцев, получавших поселенные грамоты от короля или сеньоров. Пресура могла осуществляться как отдельными лицами, свободными крестьянами и сеньорами, так и корпорациями, монастырями. Даже короли с ее помощью приобретали свои родовые владения. (Sanchez Albornoz С. Repoblacion. P. 639). Из этого видно, что не всегда владелец пресуры и возделыватель земли совпадали в одном лице. Поэтому, как полагает О. И. Варьяш, целесообразно различать пресуру — занятие пустующих земель с целью ее расчистки, и escalio — распашку целины (Варьяш О. И. Колонизация и крестьянство... С. 328). В науке, однако, до сих пор не решен окончательно вопрос о том, какие конкретно права создавала пресура: было ли это владение (если да, то какие ограничения в отношении него существовали) или же собственность. В отечественной историографии обзор мнений по этому вопросу был проведен А. Р. Корсунским и О. И. Варьяш: см: Kopсунский А. Р. История Испании. С. 54 — 56; Варьяш О. И. Колонизация и крестьянство... С. 328 — 329. Дать окончательный ответ на этот вопрос не решился даже такой авторитетный специалист по колонизации, как К. Санчес Альборнос (Sanchez Albornoz С. Repoblacion... Р. 636, 639.).

Известно, что вестготские монархи, а впоследствии, несомненно, и астуро-леонские короли исходили из римского принципа, что владение без владельца (bona vacantia) принадлежит казне и, следовательно, покинутые земли находятся в распоряжении монарха. Он мог инкорпорировать их в свой домен или же пожаловать для обработки (Valdeavellano L. G. dе.Curso... Р. 239.). В силу этого, по крайней мере, теоретически, совершавший заимку приобретал на земли владельческие права, которые должны были подтверждаться королем. На это указал еще К. Санчес Альборнос (Sanchez Albornoz С. Repoblacion... Р. 633.). Верно и то, что невозможность по чисто техническим причинам (отсутствие у короля материальных средств для эффективного контроля за перемещением собственности), наряду с отсутствием дальнейшего теоретико-правового осмысления bona vacantia, наделяли владельца пресуры подлинными правами собственника. В последнем случае мы согласны с мнением О. И. Варьяш (См.: Варьяш О. И. Колонизация и крестьянство... С. 328—329). Коллективное занятие земли возникало вследствие ее пожалования группе семей "для поселения" (ad populandum) и способствовало появлению значительного числа небольших не зависевших от частных сеньоров сельских общин, напрямую связанных с королем судебными, военными и фискальными узами. Из недр этих общин развилась впоследствии гражданская община-консехо.

В Куэнке для того, чтобы земля превратилась во владение (eredad), необходимо было ее обработать от межи до межи плугом или мотыгой. Sulco con sulco — букв, "от борозды до борозды"; борозда в данном случае означала межу, разделительную линию между обработанным пространством — labor — и всяким другим: пустошью, чужим владением, выгоном, дорогой.

23 Входы и выходы (entradas y salidas, las exidas e las entradas) — совокупность прав сообщинника или гражданина, т. е. общинных сервитутов, приобретаемых вместе с земельным участком (Денисенко Н. П. Испанское общество. Прим. 1 на с. 29). Entradas y salidas в строгом смысле слова означает все ворота огороженного места, но кроме этого — все границы земельного участка. В нотариальных документах эпохи это выражение используется для указания на всю отчуждаемую землю: "Все это мы даруем вам с домами, огородами, с участками, с виноградниками... с входами и выходами и со всем, что имеют те места" (1244 г., Эскалона) (Menendez Pidal. Cid. III. Р. 678).

24 На правовое положение женщины в целом в фуэро Куэнки, полагает С. К Родригес, повлияли вестготская, кельтская и арабская правовые системы. Что же касается преступлений против нее (изнасилование, грабеж, оскорбление, членовредительство) и наказаний за их совершение, то она прочно защищена правом. Причем, как считает С. К Родригес, в судебниках "семьи" Куэнка сохранились элементы германского вергельда и остатки родовой мести (enemistad) (Rodriguez S. С. La mujer. Р. 139-141).

Говоря об имущественном положении жены, здесь следовало бы отметить следующее. С момента вступления в брак имущество супругов делилось на три части: недвижимость мужа, недвижимость жены и совместно нажитое имущество (как движимое, так и недвижимое — ganancia). Свободному разделу подлежало имущество третьей группы, в то время как недвижимость, которая была у каждого на момент вступления в брак, либо оставалась у каждого из них, либо возвращалась к родичам, которые имели право наследовать ее по закону (а не по завещанию). Обычной была практика, когда муж не мог распоряжаться (за некоторыми исключениями) семейным имуществом без разрешения жены. Вместе с тем высока была ответственность жены по долгам мужа, если он скрывался и не появлялся в доме: в ее доме за долги могли взять какую-либо вещь или, при исчезновении мужа вообще, она возвращала долг в двойном размере.

В суде жена почти всегда была представлена мужем. Немногие исключения составляли случаи дачи свидетельских показаний, если речь шла о вещах, связанных с женскими занятиями ("женщины свидетельствуют, если это касается пекарни, бани, и источника, реки, прядения и ткачества; и свидетельствуют те, кто являются женами весинос и дочерями весинос" — FC 1,2,22). Возмещения за ущерб, виры за оскорбление или бесчестье получал либо муж, либо сыновья, либо родичи (см., например, FSExt. 1.186).

25 Так же в FC. 1,10,39. Плата сторожу посевов зависит от количества засеваемого зерна: тот, кто высевает кафис (666 л или ок. 4 центнеров) или более зерна, платит по одной ставке, тот, кто меньше — по другой (FC. 1,3,16). Вдове, согласно FC. 1,10,39, предоставляется право на "поле в один кафис посевов". Очевидно, что поле, засеваемое одним кафисом зерна, было вполне обычным в пригородах Куэнки. Исходя из того, что на засев одного га поля требуется ок. 1 центнера семян, можно предположить, что "поле в один кафис посевов" составляло ок. 4 га. (Червонов С. Д. Города... Дисс. С. 66).

26 Очистительная присяга, так же, как и испытание раскаленным железом и судебный поединок, относилась к категории ордалий, "божьих судов". В судопроизводстве она служила средством открытия истины и решения спорных дел и поэтому может рассматриваться как суррогат судебного решения. Но так как она использовалась при отсутствии или недостаточности доказательств и заменяла их, имея с ними равную силу, то и сама она считалась судебным доказательством. В Пространных судебниках очистительная присяга — одна из архаичных форм судопроизводства, ведущая свое начало от родового строя. При отсутствии доказательств у истца ответчик использовал присягу, которая его полностью оправдывала (Gibert R. Estudio historico-juridico. P. 531). Ее приносил сам подозреваемый в убийстве или ранении при поручительстве безопасности с соприсяжниками. Соприсяжники присягали при этом не в истинности факта, а в том, что тот, кому они служили помощниками, приносил истинную присягу. Эта подтвердительная присяга имела важное значение, так как являлась судебным доказательством. Соприсяжничество, как свидетельствует судебник Сепульведы, сохраняет свое значение в муниципальном праве до конца XIII в. Наибольшее число соприсяжников — одиннадцать вместе с двенадцатым обвиняемым — требовалось предоставить при отсутствии прямых улик при убийстве, насилии над женщиной, членовредительстве или ранении (когда нарушено было поручительство за безопасность), поджоге дома, краже, при посягательстве на личность ("бесчестии тела") (FSExt. t. 32, 35, 45 - 53, 59, 157,160,194, 218, 240).

От пяти до одного соприсяжника требовалось при снятии обвинений с подозреваемого в менее значительных делах: при укрытии "врага, при отдельных видах краж, при рукоприкладстве, при вторжении в дом, ранении рабочего скота господина или при препятствовании для его использования на пашне, при убийстве охотничьих птиц или собак (FSExt. t. 16a, 49, 56, 57, 81, 100, 107b, 187-193), при различных хозяйственных правонарушениях. Соприсяжниками в значительном числе случаев выступали граждане общины, что было проявлением внутриобщинной солидарности и принципа взаимной поддержки.

В судебнике Сепульведы сохраняется также личная очистительная присяга (salvo por su jura) в делах и вовсе незначительных. В целом, примечателен в очистительных присягах также пережиток родовой эпохи — участие в качестве соприсяжников родственников подозреваемого, обычно составлявших половину из общего числа присягающих.

27 Pago — это, безусловно, крупный земельный участок, отведенный под виноградник. Друг от друга участки отдельных владельцев отделялись канавами. Dehesa — отгороженный изгородью, стеной, валом участок, отведенный под сад, виноградник, хлебное поле или необработанный участок (FC. 15,8). Сочетание в пригородах pagos и dehesas свидетельствует, вероятно, о постепенном складывании структуры обрабатываемых площадей. Возможно, что pagos — это давно, еще при арабах освоенные участки, a dehesas устраивались на вновь поднимаемых землях (Червонов С. Д. Города... Дисс. С. 66).

28 В тексте оригинала — "quanto pleyteare". Термин "pleito", а также глагольная форма "pleytear" используются в тексте судебника в двух разных смыслах, хотя они и могут быть объединены посредством контрактуального характера процесса. В первом случае "pleito" соответствует римскому pacta, соглашению как, например в FC. 1,5,6: "и получает [огородник] от плодов огорода, сколько договорится (quanto pleyteare) он с владельцем" (а также см. FC. 1,7,1; 3,7,1; 3,13,11; 4,2,2; 4,5,2; 4,11,11). Во втором случае, когда речь идет о "caida del pleyto" (букв, "утрата (потеря) тяжбы"), имеется ввиду проигрыш в судебной тяжбе: FC. 2,1,11; 3,3,13-14; 3,4, 2-4 ("утрата иска (demanda)"); 3,4,7 ("потеря права (derecho)"; 3,6,8; 4,9,1; 4,913 и 15.

29 Слово "sennor" в судебнике используется в зависимости от контекста для обозначения домовладельца (sennor de la casa), владельца земельного участка, поля, тока, виноградника, огорода (sennor de la mieses; sennor de vinna; sennor de huerto), владельца скота (sennor del ganado). Даже когда речь идет о sennor de la cibdad (сеньоре города Куэнки) в FC. 1,1,11; 2,1,14; 2,6,2; 2,6,8-9; 3,2,3; 3,8,12; 3,14,22, или когда он стоит во главе ополчения (3,14,6 — 7), не следует говорить о связи феодального характера, так как сеньор города в realengo, королевском домене, представляет королевскую власть, в орденских владениях — магистре, в муниципиях, находящихся в епископальных владениях, как, например, Сеговия, — епископа.

30 Кастильское право различает, по меньшей мере, три вида поручителей: sobrelevador, fiador и fiador de salvo. Первый — sobrelevadov ~ от средневек. лат. superleuator —гарантировал, между прочим, освобождение лица обязанного (должника) от заключения. Такими поручителями могли быть только домовладельцы, чьи дома расположены в городе. Не могли быть sobrelevado'ами замужние женщины, дети, находящиеся во власти отца, судья, присяжные алькальды, секретарь совета, клирики, не получившие соответствующих полномочий от своего епископа, архидьякон. Однако "судья, и алькальд, и секретарь, и клирик могут поручаться за тех, кто ест их хлеб и исполняет их приказы" (FC. 3,3,5). Обязанности sobrelevador'a зависели от лица, за которого он поручался; 1) если это был должник, признавший долг (debdor manifesto), поручитель, обязавшийся его доставить, должен был являться три раза каждые девять дней для принесения присяги о том, что ищет должника, чтобы привести его в суд; в противном случае он "платит вместо должника за то, за что поручился" (FC. 3,3,7); 2) если речь шла о должнике, не признавшем долг (debdor по manifesto), то поручитель, в случае невозможности его доставить в суд, выступает ответчиком со всеми правами, предоставленными должнику (FC. 3,3,12); 3) поручившийся за "вора, или убийцу, или предателя, или преступника", если нахождение их неизвестно и они не являются в суд, подлежал такому же наказанию, что и перечисленные выше преступники (FC. 3,3,14; также см. 2,4,24). Иногда требование предоставить поручителя носит превентивный характер, если кредитор опасается того, что должник сбежит или не исполнит решение суда (FC. 3,3,15). Оставить поручительство, например, sobrelevador мог, предъявив ответчика истцу и двум алькальдам или трем весинос. Поручитель, отрицающий ручательство за кого-либо, если кредитор его докажет, должен был платить истцу двойную стоимость иска (FC. 3,3,13). Сбежавшего поручителя (как и должника) кредитор мог безнаказанно (sin calonna) где угодно задержать (FC. 3,4,4).

Поручителей, которых судебник называет во множественном числе fiadores — лат. fideiussor, должен был предоставить истец, требующий по суду уплаты долга. Поручители возвращали присужденное вдвойне, если впоследствии требование о возврате долга признавалось необоснованным (FC. 2,3,9).

Наконец, fiador de salvo (поручитель за безопасность) появляется тогда, когда речь идет о кровной мести. Как правило, он гарантировал, что сторона, за которую он ручается, не будет покушаться на жизнь другого лица, не будет совершать над ними какого-либо насилия, влекущего причинения физического вреда. См. об этом также титул пятый книги четвертой.

 

ФУЭРО КУЭНКИ

EL FUERO DE CUENCA

(1189 г.-XIII в.) ВАЛЕНСИЙСКИЙ КОДЕКС

КНИГА ПЕРВАЯ

Титул VI

[О штрафе для того, кто запрет другого с использованием запрещенного оружия]

[1]

О том, кто запрет другого с использованием запрещенного оружия

Повелеваю, чтобы всякий, кто запрет человека [под угрозой] запрещенного оружия, платил триста солидов, и сколько людей запрет, пусть столько [раз] платит по триста солидов; и всякий, кто станет разрушать чужой дом, тот должен платить пятьсот солидов; и сколько людей будет в доме, пусть столько [раз] платит по пятьсот солидов, и за ущерб вдвойне; и если он ранит или убьет человека, пусть уплатит за преступление, которое совершит, вдвойне, и платит [судебный] штраф вместе с другими штрафами; эти штрафы платит каждый из пособников, которые будут во время разрушения, если будет доказано [это]; если нет, каждый из пособников пусть очищается с [96] двенадцатью весинос, и присяге верить; и если кто-либо из них не сможет ее принести, платит штраф, как сказано выше.

[2]

О том, кто подожжет дом

Всякий, кто подожжет дом, платит пятьсот солидов, если будет доказано это; если нет, очищается с двенадцатью весинос или сражается на поединке; и если внутри сгорит человек, должен уплатить [поджигатель] четыреста мараведи и стать врагом, если будет доказано это; если нет, очищается еще с такими же весинос, сколько бы людей ни сгорело в доме, за каждого с двенадцатью весинос, и присяге верить; или пусть лично приносит присягу и сражается на поединке, и пусть это будет по выбору истца; и это же самое мы говорим о том, кто подожжет лес.

[3]

О том, кто войдет в чужой дом, несмотря на запрет его владельца

Всякий, кто, несмотря на запрет владельца дома, войдет в него, платит штраф так же, как за разрушение дома; и если владелец дома того злоумышленника в своем доме ранит или убьет после запрета, или выставит с позором (echare desonradamente) из своего дома, не платит за это штраф и не становится врагом.

[4]

О том, кто будет находиться в доме, несмотря на запрет его владельца

Если кто-либо будет находиться в чужом доме и не захочет из него уйти по приказу владельца, платит штраф как разрушитель (quebrantador) дома; и если владелец дома выставит его с позором из него, или ранит, или убьет, то не платит он за это штрафа и не становится врагом; и если тот злоумышленник владельца дома или кого-либо из домочадцев ранит или убьет, платит, какое бы преступление ни совершил, вдвойне.

[5]

О должнике или присужденном к уплате штрафа (calonnador), который не захочет выйти из чужого дома

Если случится, что кто-либо совершит преступление (fizierc calonna), или будет должником и будет находиться в чужом [97] доме и не захочет дать поручителя (sobrelevador), 30 будучи защищен иммунитетом дома (fiando del coto de la casa), [владелец] дома или изгоняет его из своего дома, или дает разрешение истцу схватить его без штрафа; и если он не сделает это, пусть отвечает от имени должника или преступника, и если будет побежден [владелец], то платит, как если бы он совершил [преступление].

[6]

О том, кто возьмет дерево или камни

Всякий, кто украдет дерево, камень или кровлю с крыши какого-либо дома, платит штраф как вор (ladron) или очищается согласно фуэро, если будет доказано [это].

[7]

О том, кто будет опасаться падения дома или падения стены одного из своих соседей

Всякий, кто будет опасаться падения дома или стены, или бревна, или загорания от одного из соседей, пусть увещевает владельца с судьей или с двумя алькальдами, чтобы тот следил или сделал подпорку, дабы не причинить ущерб; и если после увещевания стена или та вещь, по поводу которой увещевали, причинит ущерб, пусть [ее владелец] платит за ущерб вдвойне; и если после увещевания убьет кого-либо, платит штраф вдвойне становится врагом навсегда; и поэтому говорим, что "после увещевания", так как никто, если его не увещевали, не должен платить штраф за человека или за животное, которых стена, бревно или дом ранит или убьет, или [если] он в яму, или в колодец упадет, или случится другое что-либо несправедливое; и за всякий другой ущерб, который дом причинит другому водой или другой вещью, если после увещевания сразу не было исправлено, пусть уплатит штраф вдвойне [тот, по чьей вине случилось], как [уже] сказано.

[8]

О том, кто взберется на чужой дом

Всякий, кто взберется на чужой дом, платит десять мараведи ущерб вдвойне; и если запрещенное оружие из какого-либо дома будет брошено и причинит ущерб, и истец не будет винить причинившего ущерба, пусть владелец дома приносит [98] присягу за себя и за всех тех, кто будет есть его хлеб согласно фуэро.

[9]

О том, кто воду выльет на человека

Всякий, кто из окна выльет воду или плюнет на человека, пусть уплатит десять мараведи, если будет доказано это; если нет, то очищается, как за физическое оскорбление.

[10]

О том, кто испражнится на чужие ворота

Кто испражнится на чужие ворота, платит два мараведи, и пусть его самого измазывают этой нечистотой, если будет доказано это; если нет, приносит присягу с одним весино и присяге верить.

[11]

О том, кто бросит камень в чужую дверь

Всякий, кто бросит камень в чужую дверь, платит триста солидов, если будет доказано это; если нет, очищается с двенадцатью весинос, и присяге верить; также всякий, кто повесит рога на чужие ворота, или кости, или метнет их в дом, пусть уплатит пять мараведи, если истец сможет доказать это; и если нет, очищается [подозреваемый] с одним весино, и присяге верить; и этот штраф установлен для тех, кто не осмеливается оскорблять человека прилюдно, но только таким образом.

[12]

О том, кто бросит камень в чужой дом или окно

Кто бросит в чужой дом или окно камень, платит десять мараведи и за ущерб вдвойне, если будет доказано это; если нет, очищается с двумя весинос и присяге верить.

[13]

О том, кто, следуя за своей вещью, в чужой дом войдет

Да будет известно, что всякий, кто в чужой дом войдет, следуя за своей вещью, не платит никакого штрафа, если войдет через открытую дверь; ибо, если кто войдет через другое место, платит пятьсот солидов штрафа так же, как за разрушенный дом; но никто не должен туда входить за взятым в залог [99] скотом; и если кто-либо освободит скот без ведома взявшего его в залог, платит за ущерб дому (la calonna de la casa) и за скот вдвойне.

[14]

О том, кто захочет построить дом или стену

Всякий, кто захочет построить дом, пусть поднимает его в высоту так, как ему будет угодно; и всякий, кто захочет приблизить свой дом к чужой стене или возвысить его над ней, должен дать, прежде всего, половину стоимости стены, затем пусть поднимает [строение] над стеной (arme sobre la pared), но только если его владение будет на общем участке; ибо если не будет участок общим, то никто не может надстраивать над [чужой] стеной, если владелец не захочет.

Титул VII

[О том, кто будет делать работу на выгоне совета]

[1]

О тех, кто будет обрабатывать землю на выгоне или улице совета

Всякий, кто на выгоне или улице, принадлежащей совету, как города, так и деревни, будет обрабатывать землю, пусть уплатит тому самому совету семьдесят менкалей и оставит владение освобожденным и свободным (quita y libre); 31 если кто-нибудь выступит против этого и будет там ранен или убит, то не получают за это штраф.

[2]

О том, кто продаст земельное владение совета

Если кто-либо продаст земельное владение, принадлежащее совету, пусть уплатит вдвойне владением такой же стоимости и такого же качества тому самому совету; и тот, кто купит его, теряет деньги, которые он отдаст за него, и пусть оставит владение, как уже сказано, поскольку никто не может владение совета ни подарить, ни продать, ни заложить, ни подтвердить [отчуждение] (robrar), ни очистить (fazer la salua). (См. комментарий 33 к настоящей книге.) [100]

[3]

О каменоломнях и о залежах гипса и камня для жерновов

Все залежи камня, и залежи гипса, и камня для жерновов, и глины, и не пересыхающие источники пусть находятся в общем владении совета; и кто в своем владении будет иметь камень для жерновов или что-либо из вышеназванного, пусть продаст его совету за другое владение такого же качества, [но] вдвое [большее], и пусть оно будет общим; и если кто-либо выступит против его [передачи] кому-либо из совета, платит сто мара-веди.

[4]

О том, кто будет держать эти запрещенные вещи

Также всякий, кто камень для жерновов, или гипс, или черепичную глину, или строительный камень будет тайно держать свыше тридцати дней, тот теряет работу (pierda la labor) и берет ее тот, кто первый ею завладеет; и если кто-либо не отдаст ее, платит десять мараведи.

[5]

Об источнике совета

Всякий источник, [принадлежащий] совету, должен иметь в окружности три стадии.

[6]

О тех, кто делает деревянные скамейки

Если кто-либо сделает деревянную скамейку на улице совета, пусть принадлежит она ему, альмутасафу и совету, и служит всем, и не может быть сдана кому-либо в найм; если кто-либо отдаст ее другому в найм, платит семьдесят менкалей альмутасафу и истцу.

[7]

О том, кто устроит пастбища в деревне

Всякий, кто устроит пастбище в деревне, пусть устраивает его на окраине деревни; и если не [сделает так], то [это] не имеет [законной] силы; и кто бы ни захотел устроить пастбище на границе выгона (exido), или улицы (carrera), пусть его огородит вокруг, и если он не сделает этого, то не должен брать [101] штрафа с тех, кто причинит ущерб; и если он возьмет штраф, платит один мараведи истцу и возвращает двойной залог. (Имеется в виду залог, который владелец пастбища незаконно возьмет за проникновение в свое не огороженное владение.)

[8]

О пастбище совета города

Пастбище совета города должно быть запретно [для выпаса] любого животного или скота, за исключением коня, и мула, и осла; и за ущерб от кобылы владелец платит половину менкаля; и от быка — одну четверть; и от пятидесяти овец — пять солидов; и от пяти гусей — одну восьмую; и кто скосит на пастбище траву, тот платит пять солидов; и за всякий ущерб, который будет причинен ночью, пусть уплатит двойной штраф; но за скот, бредущий по дороге и щиплющий траву, [никто] никакого штрафа не платит; и должно быть запрещено, чтобы в округе Куэнки устраивали какие-либо выгоны для кроликов, или

[ для диких животных (venado), или для выпаса. (В FCFP (CLVII) FCFS (VII,9) говорится о "piscium" - рыбной ловле, тогда как в Codice Valentino используется слово "pasto" (пастбище).)

[9]

О том, кто будет законно (robrado) держать земельное владение год и день

(Вообще roborar означает "подтверждать" (грамоту, судебник). В тексте судебника "rrayz rrobrada" означает земельное владение, право собственности на которое доказано тем или иным законным способом.)

Всякий, кто будет держать законно земельное владение, по прошествии года и дня никому не должен отвечать за него, если это не владение города или церкви, которые нельзя ни подарить, ни продать, и за исключением владения пилигрима, давшего обет (professo), и плененного, и сироты, который не достиг полнолетия; ибо за любое такое владение следует отвечать [по искам] в любое время, приводя доказательства [того], где он его приобрел; но если кто-либо сделает такой грех, за который, если бы он был схвачен, он подлежал бы по приговору смертной казни (avia de aver capital sentencia de muerte), и после года и дня вернется и найдет свое владение занятым, он не должен его получить; все другие владения в любое время пусть будут возвращены обратно, когда истец захочет предъявить иск. [102]

[10]

Кто продаст свое владение, пусть подтверждает [законность продажи]

Всякий, кто продаст владение, после того, как будут уплачены деньги, пусть подтверждает [законность продажи], когда будет угодно покупателю в своем приходе в субботу в вечерню или в воскресенье после службы [в церкви]; и если продавец не захочет подтвердить [законность продажи], платит столько раз по пять мараведи покупателю, сколько минет воскресений после просьбы [сделать это], пока [продавец] не подтвердит [законность продажи] владения; и после того, как была подтверждена [законность продажи] владения, покупатель земельного владения пусть составит об этом грамоту и запишет в ней пять весинос или сыновей весинос из того прихода; и когда будет необходимо, свидетельствует с теми пятью, которые будут записаны [в грамоте], что уже год и один день прошел после подтверждения [законности продажи], и пусть побеждает [в тяжбе]; и если записанные [в грамоте] свидетели умрут, пусть покупатель приносит присягу с двумя соседями, которые присутствовали при подтверждении, и слышали, и видели то подтверждение, и что грамота подлинная, и имеет это [законную] силу.

[11]

О том, кто будет держать законно владение, и ему предъявят иск до [истечения] года

Всякий, кто будет держать законно владение, и кто-либо захочет ему предъявить иск до того, как минет год и день, пусть он [(держащий владение)] представит свидетеля сделки (otor) 32 согласно фуэро; и после представления свидетеля сделки пусть держит земельное владение свободно и неприкосновенно; и если он не представит свидетеля сделки, пусть оставит владение со штрафом в десять мараведи; и если он представит свидетеля сделки и свидетель сделки будет побежден, (То есть его свидетельство будет опровергнуто другим свидетельством.) платит таким же владением и такого качества в двойном размере и десять мараведи. [103]

[12]

О продавце земельного владения, который не выступит свидетелем сделки

Если продавец земельного владения не выступит свидетелем сделки (non saliere otor) и покупатель победит его со свидетелями, пусть свидетель сделки уплатит покупателю таким же владением и такого качества вдвойне со штрафом в десять мараведи; и если продавец земельного владения не сможет его очистить (non la pudiere saluar), 33 пусть уплатит владением вдвойне со штрафом в десять мараведи; также, всякий, кто владение продаст, а потом откажется от сделки, возмещает то, что будет получено, вдвойне; и если покупатель откажется от сделки, пусть возвращает деньги, которые будут уплачены за него [(владение)].

[13]

О том, кто должен представить свидетеля сделки для [подтверждения законности приобретения] владения

Если кто-либо должен представить свидетеля сделки для [подтверждения законности приобретения] владения, пусть дает его [для подтверждения законности приобретения] владения, и пусть подтвердит свидетель сделки, что он его продал, или заложил, или подарил, и пусть это имеет силу (i cumple); и если он предоставит поручителя-весино, то должен тот иметь дом с имуществом, достаточным для [взятия] залога, чтобы исполнить [все] согласно фуэро Куэнки и дать владение вдвойне, если он будет побежден.

Титул VIII

[О мельницах и водоводах]

[1]

О мельницах и их штрафах

Мельница, которую кто-либо захочет построить в своем владении, пусть имеет дорогу шириной в три шага и вокруг мельницы девять шагов; если нет, то не имеет [законной] силы [ее сооружение]; и если кто-либо захочет посреди главной протоки поставить мельницу, пусть поставит ее без штрафа, и пусть [104] она стоит вечно, если будет иметь свои собственные вход и выход, о чем мы сказали выше.

[2]

О том, кто поставит новую мельницу

Всякий, кто поставит новую мельницу, пусть следит, чтобы она не мешала никакой другой мельнице, которая построена раньше, с какой бы стороны она ни была, выше или ниже [течения], справа или слева; ибо, если случится, что новая мельница будет мешать или сузит [протоку] мельницам, которые будут [построены] раньше, она должна быть разрушена и не имеет [законной] силы; также пусть новые плотины будут разрушены, если в чем-то будут мешать старым, будь они выше или ниже [по течению], слева или справа.

[3]

О том, кто сделает новое русло

Если кто-либо сделает новое русло, то никто не должен строить мельницу так, чтобы она мешала или сужала русло для мельниц того, кто сделает русло; и кто сделает русло, ставит столько мельниц, сколько сможет в лучшем месте, которое он выберет; и как старые мельницы должны разрушить новые, которые будут им мешать, также и старые русла должны разрушить новые по этой самой причине; и кто сделает русло или водовод, пусть сам же построит мост для совета, если будет необходимо.

[4]

О тех, кто ставит мельницы выше старых

Так как очень часто ведут тяжбу обыкновенно из-за того, что находящиеся ниже мельницы (molinos fondoneros) мешают находящимся выше [течения] большим количеством воды, то в связи с этим повелеваем, чтобы, когда не будет хватать воды в конце августа, установили палку от углубления, в котором крутится мельничное колесо находящейся ниже мельницы, до девяти шагов между одной и другой мельницами, и сделают на ней одну метку, и после этого, если по вине расположенной ниже мельницы вода поднимется над меткой, владелец мельницы уплатит истцу десять мараведи за каждый из дней после увещевания, когда по его вине вода поддалась над меткой; но если место будет такое, что нельзя будет[105] установить палку, пусть сделают метку в другом месте, где им будет угодно.

[5]

О том, кто строит ложные мельницы

Так как те, кто строит ложные мельницы, [строят их для того], чтобы свободно получить владения, повелеваем, чтобы всякий, кто захочет поставить мельницу, делал это так, как те из людей, к которым обычно приходят и дают зерно для помола; если нет, [(не сделают так)], пусть не имеет [законной] силы.

[6]

О воде, которая польется с плотины или мельницы

Если вода польется с плотины, или с мельницы, или из русла и повредит какое-нибудь чужое владение, пусть владелец плотины, или мельницы, или русла уплатит за весь ущерб, который причинит вода; после этого пусть он следит, чтобы вода не причинила ущерб в другой раз; и если [владелец] не сможет это предотвратить, пусть покупает владение по цене, установленной двумя алькальдами, или дает другое такое же владение и такого же качества и в таком же месте вдвойне, и это пусть будет на выбор истца.

[7]

О двух [людях], которые являются владельцами долей в одной мельнице или в другом каком-либо земельном владении

Если двое людей будут владельцами долей в одной мельнице или в другом каком-либо земельном владении, то когда один из них захочет работать, [тогда] пусть работают все; и тот, кто не захочет работать, сколько дней будут убыточными, пусть [столько раз] он платит двенадцать динаров или расходы вдвойне согласно подсчету, который сделают другие владельцы долей, нанимая работников для работы на мельнице; и если владельцы долей не смогут его заставить [поступить] таким образом, пусть его доход будет в залоге, пока он не возместит вдвойне расходы, которые на него лягут.

[8]

О том, кто не прочистит границы своих [проток]

Всякий, кто не прочистит границы и свои протоки, платит два мараведи за каждую неделю, когда причинит ущерб. [106]

[9]

О том, кто умышленно подожжет мельницу

Всякий, кто умышленно подожжет чужую мельницу, платит триста солидов и за ущерб вдвойне, если будет доказано это; и если нет, очищается согласно фуэро; и кто разрушит чужую мельницу, платит как за разрушенный дом; и если помольщик подожжет мельницу по неосторожности, пусть возместит ущерб и не более; и если ему не поверят, [что он сделал это неумышленно], то, возместив ущерб, пусть очищается с двенадцатью весинос, и [этой] присяге верить.

[10]

О том, кто повредит колесо или другую часть мельницы

Всякий, кто колесо, или жернов мельницы, или желоб, или шестерню жернова, или вал умышленно разрушит, пусть уплатит десять мараведи, если будет это доказано; и если нет, очищается, как за кражу.

[11]

О том, кто разрушит колесо мельницы

Кто колесо мельницы, или огорода, или бани, или колодца разрушит умышленно, платит десять мараведи и вдвойне за ущерб, если будет побежден; если нет, очищается, как за кражу; и кто эти вещи украдет, платит, как вор, или очищается, как за кражу, если не будет доказана [его вина]. (Последний абзац в Codice Valentino находится в следующей 12-й статье. Однако по смыслу он никак с ней не связан. Напротив, параллельная статья CLXIX фуэро Истнатораф (скорее основывающаяся на общем с Codice Valentino источнике) с аналогичным содержанием содержит полностью статью 11 Codice Valentino и недостающий в статье 11-й абзац, который начинается со слов "и кто эти вещи украдет". Поэтому мы даем структуру статьи 11 Codice Valentino так, как она изложена в статье CLXIX фуэро Истнатораф и исключаем его из статьи 12 Codice Valentino.)

[12]

О том, кто умышленно разрушит чужую плотину

Всякий, кто умышленно разрушит чужую плотину, платит десять мараведи, и вдвойне за ущерб, если будет побежден; если нет, пусть приносит присягу с двумя весинос и присяге верить. [107]

[13]

О плотинах, мельницах и руслах

Пусть все новые плотины, и мельницы, и русла, которые будут мешать старым, тот, кто их сделает, немедленно разрушит до [истечения] третьего дня после того, как будет [в отношении него] принято решение суда (jucio); 34 и если он не захочет сделать это, платит десять мараведи, половину — истцу, а [другую] половину — алькальдам, и за ущерб вдвойне за каждый день, пока не разрушат то, что должно быть разрушено; и [чтобы получить] эти штрафы, алькальды берут залог, пока он не уплатит.

[14]

О воде, которая необходима для огородов

Если вода, благодаря которой мельницы мелют, будет необходима для огородов, то пусть получают ее огороды два раза в неделю — во вторник и в пятницу, будь эта вода из русла или из реки; и воду пусть берут и ведут по тому месту, где, по мнению алькальдов, будет меньше ущерба одним и другим.

[15]

Согласно какому уставу мелют мельницы

От праздника святого Хуана и до праздника святого Михаила пусть мелют мельницы до пятнадцати [раз в день]; и в другое время до двадцати; и кто нарушит этот устав, тот платит один мараведи алькальдам и истцу; и мельник берет четверть от помолов.

[16]

О том, кто проломит дом или мельницу

Всякий, кто дом или мельницу проломит, платит такой же штраф, как и за разрушение дома, хотя оттуда ничего и не вынесет; и если причинит в них ущерб, платит, как вор.

Титул IX

[О помолвках и завещаниях]

[1]

О помолвках

Повелеваю, чтобы всякий, кто помолвится с девицей из города, давал ей двадцать мараведи как брачный дар (arras) 35 или [108] оцененное [в двадцать мараведи] имущество, или залог в двадцать мараведи; и вдове из города — десять мараведи; и тот, кто помолвится с сельской или деревенской девицей, дает десять мараведи и вдове — пять мараведи; и необходимо знать, что после смерти мужчины никто не должен платить брачный дар; и хотя женщина будет держать залог, не имеет это [законной] силы, так как перед смертью мужчины она не потребовала у него брачные дары; и оценка [имущества для брачного дара] имеет [законную] силу навечно.

[2]

О том, кто откажется от жены или жена от мужа

Если случится, что после вступления в брак муж откажется от жены или жена от мужа, то пусть поручители отказавшегося уплатят сто мараведи и вдвойне ущерб; и если муж сойдется в постели с женой и после откажется от нее, пусть уплатит сто мараведи и становится врагом; и если женщина перед свадьбой или вступлением в брак умрет, то мужчина берет одежду и все, что было [ей] подарено; и если мужчина умрет, женщина берет всю свою одежду; и если после вступления в брак женщина будет лишена девственности, пусть одежда принадлежит супруге или новобрачной, когда бы муж ни умер.

[3]

О том, кто умрет без завещания (sin lengua)

За того, кто перед бракосочетанием или после него умрет без завещания, не платят ничего дворцу; и если кто-либо из вас не будет иметь ближайших родичей (parientes propinquos), [тот] пусть делит все свое имущество по своему усмотрению, как движимость, так и недвижимость, если составит завещание; и если кто-либо умрет без завещания и будет иметь ближайших родичей, следует дать пятину его приходу скотом, а не другое [имущество], то есть от овец, волов, коров и от всех животных и скота, за исключением оседланного коня; и другие вещи пусть получат ближайшие родичи, и с телом умершего пусть делают то, что пожелают.

[4]

О том, кто умрет, не оставив завещания (testamento)

Если кто умрет, не имея родичей, и без завещания, то следует дать пятину из его скота в приход его владельца или [109] господина (de su sennor), и все, что останется, остается господину или владельцу. 36

[5]

Что не может муж завещать (otorgar) жене

Тот, кто составит завещание, не может завещать жене какую-либо вещь против воли наследников или в их отсутствие [при его составлении], ни жена мужу; и если кто-либо из вас своих мавров окрестит и они не будут иметь ни сыновей, ни дочерей, то господин наследует все их имущество; и если господина этих или других обращенных не будет в живых, пусть дети господина наследуют их имущество; и за ваших мансебос, (О мансебо см. комментарий в сноске 1 к книге IV.) и обращенных, и за детей, и за всех тех людей, что в ваших домах умрут, владелец дома, где бы они ни были, пусть берет их долю во всех штрафах, которые там будут, а не другие.

[6]

О случаях, когда дворец должен брать виру (omezillo)

Дворец не берет виру, исключая убийство владельца дома; (Имеется в виду только часть виры, которая причитается королю.) и кто бы в чужих домах или владениях ни находился, пусть будут вассалами господина владения и перед ним отвечают за печо и фасендеру. 37

Титул X

[О разделе между родителями и детьми]

[1]

О наследовании отцами и сыновьями

Каждый сын наследует имущество своего отца или матери, как движимость, так и недвижимость; и отец или мать из имущества сына [наследуют] движимость, ибо ни мать, ни отец не должны наследовать недвижимость, которая ему достанется из отчины (que le viniere de su patrimonio); всякое другое земельное владение, которое вместе приобретут отец или мать, должны наследовать отец или мать, который [из них] будет жив, по [110] праву своего сына во все дни своей жизни, если сын проживет девять дней; и после смерти отца или матери корень возвращается к корню (rayz torne a la rayz); посему повелеваю, что, хотя отец или мать, кто будет жив, должны наследовать эту недвижимость и [держать] всю жизнь, но чтобы она вернулась к отчине, пусть они дадут поручителей, что будут охранять недвижимость от ущерба; и недвижимость, которую сын получит из отчины, возвращается к корню в тот день, когда он умрет.

[2]

Пусть самые ближние родичи наследуют имущество умершего

Повелеваю, чтобы родичи, которые будут [и] самые близкие [по крови], и по жительству (mas gercanos x mas vezinos), наследовали имущество ближайшего умершего родича; и если вдруг придет более близкий из них родич, который явится из другого селения наследовать с другой стороны, пусть наследует имущество умершего, но сначала должен предоставить законных поручителей (fiadores valederos) [в том], что он в Куэнке поселенец, по меньшей мере, десять лет; и если не сделает этого, то не наследует [умершему].

[3]

О том, кто вступит в какой-нибудь [монашеский] орден

Всякий из вас, кто вступит в орден, пусть возьмет с собой только пятую часть движимости, и то, что останется, со всей недвижимостью (rayz) переходит его наследникам; ибо несправедливо и противно разуму будет лишить наследства своих детей, подарив свое имущество монахам, движимое и недвижимое; ибо обычай таков, что никто не может лишить наследства своих детей.

[4]

Пусть дети будут во власти отца

Пусть дети будут во власти отца и матери, пока не вступят в брак и не станут хозяевами над домочадцами дома; и до того времени, что бы сыновья ни приобрели или не нашли, все принадлежит их отцу или матери; и не должны они иметь власти держать от своего имени какую-либо вещь против их [(родителей)] воли. [111]

[5]

Пусть родители отвечают за преступления детей

Пусть отец и мать отвечают за преступления, совершенные их детьми, будь те здоровы, или душевнобольны, или здравомыслящи; и если кто-либо войдет в чужой дом с каким-либо преступлением, будь он колласо 38 [в том доме], или не будет из этого дома, владелец дома не отвечает за него, если он только не будет его защищать, ибо если он его будет защищать, отвечает за него или приводит его в суд; но если он не вернется в дом владельца или владелец не будет его защищать, отвечает за него не кто иной, как отец или мать; но если сын совершит убийство, хотя он и будет получать плату, отвечает за него не кто иной, как отец или мать, так как [именно] они должны платить [судебные] штрафы, но они не становятся врагами, если только они не будут обвинены в убийстве; ибо, если они будут виновны в убийстве и будут побеждены, они должны стать врагами.

[6]

Пусть отец отвечает за ребенка до тех пор, пока не выделит ему долю [имущества]

Если сын будет лишен либо отца, либо матери, то тот, кто будет жив, отвечает за него до тех пор, пока не выделит ему долю из всего имущества умершего отца или матери, и после раздела не имеется больше оснований отвечать [за него]; но ни отец, ни мать не отвечают за те вещи, которые будут энкомендированы (fueren encomendadas) детям или вверены (acreydas). 39

[7]

О том, кто будет иметь душевнобольного ребенка

Если у отца или матери будет душевнобольной или озорной ребенок и будут они опасаться уплаты штрафа за ущерб, который он нанесет, пусть держат его взаперти или связанным, чтобы он не причинил какого-либо ущерба (calonna), пока он не станет кротким или не выздоровеет, ибо за любой ущерб, который он причинит, должны отвечать отец или мать; и не имеет законной силы, если кто-либо откажется от сына в совете; и это предписание установлено для того, чтобы не говорил кто-либо, что его сын душевнобольной или озорник, и [чтобы] не оттолкнул его от себя в совете с той целью, чтобы под [112] прикрытием злого умысла заставить его кого-либо убить, или поджечь, или [причинить] какой-либо другой ущерб, за который он должен будет понести наказание.

[8]

О том, когда муж и жена должны совершить раздел

Когда муж или жена по какому-либо случаю должны совершить раздел, пусть делят между собой все вещи, которые они приобретут совместно, а не другое [имущество]; и пусть разделят между собой работу, которую сделают во владении одного [из них]; и после того, как один из тех, с кем будет произведен раздел при жизни, умрет, пусть тот, кто будет жив, не берет ничего из его имущества, но наследники умершего все его имущество делят между собой.

[9]

О разделе

Всякий раздел, который будет совершен перед тремя весинос и закреплен грамотой, пусть будет прочен, если как раздел, так и свидетели будут в ней записаны; и если кто-либо из свидетелей умрет или все [умрут], приносит присягу [заинтересованная сторона] с двумя весинос [в том], что та грамота подлинная, и присяге верить, если случится, что кто-то из наследников будет отрицать раздел; так же пусть будет прочен тот договор, который отец или мать, будь они здоровы или больны, заключат со своими наследниками в присутствии и с подтверждением всеми наследниками, ибо другим образом раздел, совершенный отцом или матерью, не имеет [законной] силы; и дарение, которое здравствующий отец или мать подтвердит под присягой, и она будет истинна, пусть будет постоянно.

[10]

Пусть грамота раздела будет составлена следующим образом

Договор о разделе должен быть составлен следующим образом: да будет известно как присутствующим, так и тем, кто будет в будущем, что я, такой-то, предчувствуя смерть плоти, поскольку рождается человек, чтобы умереть, перед тем, как отдать долг естеству, разделяю и даю моим наследникам, которые по закону и по отчине после моей смерти являются законными наследниками, все мое имущество, которое я добыл в поте лица до сегодняшнего дня, как движимость, так и недвижимость; и [113] даю моему такому-то старшему сыну виноградник, который в таком-то месте, с огородом и такими вещами, которые я купил; и даю другому моему младшему сыну такому-то поле, что находится возле такого-то места и такого-то виноградника с его частью, положенной ему по праву; и этому свидетели дон Педро, и дон Фернандо, и дон Родриго; такая-то эра; (Для определения года согласно исчислению от Рождества Христова от даты, согласно испанской эре, необходимо отнять 38 лет (эра 1300 г. — 1262 г.).) король Фернандо; сеньор Куэнки N; мэрино N; сайон N.

[11]

Как должны совершать раздел

Также, если супруги (casados), которые будут иметь детей, не будут разделены при жизни, и каждый будет иметь детей от другого брака, то когда один [из них] умрет, после уплаты долгов, которые они сделают сообща, и раздачи милостыни дети и наследники делят между собой все имущество умершего, как движимость, так и недвижимость; и если умрет сын, то отец или мать, которые будут живы, наследует все имущество, как уже оказано; и если сын будет иметь сына, пусть он наследует все его имущество, но ни отец и ни мать.

[12]

О разделе

Когда отец или мать, которые будут живы, умрет, то после уплаты всех долгов и [раздачи] милостыни и [раздачи] одежд, как уже сказано, дети или наследник пусть делят все имущество, как движимость, так и недвижимость.

[13]

О том, кто умрет без детей

Также, если кто-либо умрет без детей, ближайшие родичи умершего наследуют все его движимое и недвижимое имущество; также сын не делит недвижимость живущего отца, которую он приобрел до женитьбы или которая ему досталась из отчины (patrimonio); также ни дети, ни наследники не дают ни живущему отцу, ни матери долю в недвижимости умершего, которую он имел до брака или из отчины; ибо, чтобы в день свадьбы каждому из них или одному из них не было обещано в браке или подарено, все пусть будет общим как при жизни, так и после смерти; и если после раздела останется [114] [неуплаченным] какой-либо долг, пусть оставшийся в живых [родитель] уплачивает его с наследниками согласно доле, которую каждый получил из имущества умершего; и хотя у умершего наследникам нечего будет наследовать, они должны отвечать за тот долг, который он сделает; и муж или жена, который [из них] будет жив, если не будет иметь детей, платит по любому долгу, который сделают совместно, но не другие [долги платят сообща].

[14]

О вдовце, который захочет жениться и будет иметь детей

Вдовец, который будет иметь детей и захочет жениться, прежде всего пусть даст своим детям долю, которую они должны получить по праву от матери, и после женится; также, если от второй жены он будет иметь детей, и та жена [тоже] умрет, и захочет [отец] жениться на третьей, пусть сначала разделится с детьми второй жены и затем, отдав им то, что по праву они должны иметь от матери, женится; и также со всеми другими, на которых будет жениться; и это же самое пусть совершит вдова, которая захочет выйти замуж.

[15]

О вдовце, который женится и до этого не разделится с детьми

Если случится, что вдовец по неведению или из-за корыстолюбия не разделится с детьми от первой жены прежде, чем женится, то когда бы дети от первой жены ни захотели разделиться, пусть они возьмут половину всего имущества, как [из] движимости, так и недвижимости, которое после смерти их матери или до этого он приобретет, за исключением владения из отчины (rrayz de patrymonio) мачехи и тех вещей, которые будут известны, как ей [принадлежащие]; и, совершив это, делят [имущество] с детьми второй жены, и после с детьми третьей, если они будут после ее смерти; и так от степени до степени [родства], и раз за разом делят [имущество] со всеми детьми умерших матерей.

[16]

О разделе [детей с мачехами]

(Слова в квадратных скобках приведены по текстам FCFP (CCXXI) и FCFS (X, 18).)

Также, если отец умрет и будет здравствовать вторая жена, или третья, или четвертая, то, хотя у нее будут дети, пусть ни [115] мачеха, ни ее дети ничего не берут, пока дети от первой жены не получат половину всего состояния, которое отец с их матерью приобрел до или после [ее смерти]; после этого пусть дети второй жены получат вторую половину из всего состояния, что останется; и после того, как дети умерших матерей получат свои доли, жена [отца], которая будет жива, пусть возьмет половину состояния, которое останется; после этого все дети умершего, как умерших жен, так и здравствующей, делят все то, что останется, поровну между собой; это же самое мы говорим и о вдовце, который будет иметь детей от нескольких жен, и когда умрет последняя из них и не будет произведен раздел.

[17]

Еще о разделе

(В тексте FCFP (CCXXI) и FCFS (X, 18) - "О разделе наследников с мачехой или отчимом".)

Также если муж от нескольких жен будет иметь детей, и жена также [будет иметь] детей от нескольких мужей, и дети каждого из них захотят произвести раздел со своими родителями, пусть дети от первой жены и дети от первого мужа возьмут половину всего состояния, как движимого, так и недвижимого, и делят его между собой; затем дети от второй жены и от второго мужа пусть возьмут половину другой половины, которая останется, как движимость, так и недвижимость; и также другие [пусть так делят]; но, если кто-либо из указанных детей какую-либо из вещей своего скончавшегося отца или матери узнает, пусть заберет ее для себя и не подлежит она разделу.

[18]

Еще о разделе

Также если кто-либо из состоящих в браке будет иметь детей от другой жены, и жена будет иметь только одного сына от другого мужа или кого-либо другого, когда [дети] захотят произвести раздел со своими родителями, то тот, который будет один [у матери], пусть с другими берет половину всего состояния отца и матери, как движимость, так и недвижимость; затем тот, кто будет один, пусть возьмет половину из того, что останется, и половину другой половины остальные братья делят равными долями между собой, ибо тот, который один [у матери], по праву своего отца должен получить [одну] половину, [а [116] другие — половину] половины по праву своего отца и матери, и не более того; и другую такую половину пусть держит здравствующий отец и мать до конца жизни вместе с детьми, которые у них будут общими; и после его [(родителя)] смерти как те [дети], которые у них будут общими, так и те, кто получит [свою] долю, делят все то, что останется.

[19]

О тех, кто будет бездетен (marineros) 40

Если муж и жена будут бездетны и сообща совершат обмен или куплю, несмотря на то, что на земле одного из них они построят дома, или мельницы, или другую работу сделают, или посадят что-либо, пусть делят все это вместе, когда будет необходимо как при жизни, так и в связи со смертью; и когда один из них умрет, пусть здравствующий получит половину той работы, и ближайшие родичи умершего — другую половину, но другой корень возвращается к корню (la otra rayz torne ala rayz).

[20]

О том, что отец или мать подарят своим детям

Когда отец или мать устроят бракосочетание своим сыновьям или дочерям и подарят им что-либо, пусть они имеют это прочно, если другие братья могут получить то же самое каждый; ибо когда они явятся в день раздела, пусть получат равные доли в том, что наследуют от умерших отца и матери; и если в день совершения раздела не найдется имущество, из которого им смогут дать [такой же дар], возвращают для раздела столько, насколько они [(другие братья и сестры)] получат больше от своего отца и матери, чем другие, для того, чтобы всем досталось поровну; но сначала пусть будут уплачены все долги, как сказано выше.

[21]

О детях, которые будут подозревать отца или мать

Если дети будут подозревать отца или мать в том, что что-то утаивается из вещей, которые они должны разделить совместно, то пусть отец или мать принесет им присягу, что никакой вещи они не утаивают от них из подлежащих разделу; но если после присяги наследники узнают что-либо о вещах, которые должны были разделить и которые не были предоставлены, [117] пусть возьмут ее [(вещь)] без штрафа и разделят между собой; и отец или мать, которые будут отрицать, не получает никакой доли.

[22]

О подозрении, [падающем] на мачеху

Если наследники будут подозревать мачеху или отчима в том, что от них что-то утаивают из вещей, которые должны подлежать разделу, до пяти менкалей пусть принесет [он или она] присягу, и присяге верить; от пяти и до десяти пусть принесет присягу с одним весино, и свыше десяти приносят присягу с двумя [весинос], и присяге верить; также, если дети будут подозревать отца, или мать, или мачеху, или отчима, что те ложно говорят, что должны что-либо, доказывают это согласно фуэро, и свидетели сражаются на поединке.

[23]

Когда должен совершаться раздел

Раздел должен совершаться после смерти отца или матери, когда будет угодно одному из наследников; и если кто-либо не захочет совершить его, платит каждый день по десять мараведи алькальдам и истцу до тех пор, пока не разделится, если со свидетелями не сможет доказать [обратное].

[24]

О том, что [родитель] не может дать своим детям

По указанным [выше] причинам повелеваем, чтобы ни отец, ни мать не могли подарить кому-либо из своих детей [какую-либо вещь] ни здоровым, ни больным; но все [дети] в равных долях получают как движимость, так и недвижимость.

[25]

О том, что отказывают в своем завещании

Все, что кто-либо в своем завещании прикажет дать [на поминание] души, пусть будет прочно, исключая случаи, если наследники не будут присутствовать [при составлении завещания] или не захотят [дать согласие на это], и жена не может подарить ничего мужу, ни муж жене. [118]

[26]

О тех, кто оспорит завещание

Если случится, что наследники будут оспаривать завещание, пусть свидетельствуют душеприказчики (cabezaleros) [о его подлинности], и свидетельству верить; ибо душеприказчиков достаточно для свидетельствования и нотариуса [maestro] с одним весино.

[27]

О том, кто умрет и не будет иметь детей

Если умрет муж и не будет иметь детей, и оставит беременную жену или сожительницу (concubina), пусть она держит все вещи умершего с перечислением в грамоте каждой вещи и поручителями [в том], что она будет сохранять имущество без ущерба; и если через девять месяцев она родит, пусть сохранит [имущество] для ребенка и живет между тем за счет доходов (frutos); и если случится, что ребенок не проживет девять дней, пусть все имущество она предоставит для раздела наследникам умершего; и если он проживет девять дней [и умрет], то пусть мать по праву наследства (por juro de eredad) получит всю движимость, а корень в день, когда умрет ребенок, возвращается к корню.

[28]

О завещании, которое составит сын

Всякое завещание, которое составит сын до того, как вступит в брак, не имеет [законной] силы и пусть будет признано ничтожным (sea dado por ninguno); так как, поскольку он находится во власти отца, он не может ни дарить какую-либо вещь, ни составлять завещание, ибо все имущество, которое перейдет к нему со стороны отца или матери, все принадлежит родителю, который остался в живых, исключая земельное владение, которое он будет иметь со стороны отчины (que dela parte del patrimonio oviere), как сказано [выше], и всякая другая недвижимость, которую приобретет сын, должна принадлежать родителю, который остался жив, как и движимость.

[29]

О той [женщине], которая притворно забеременеет

Если случится, что жена или сожительница притворно забеременеет, возвращает вдвойне все то, что будет истрачено [119] для доказательства [ложной беременности] наследникам умершего.

[30]

О ребенке, который [после смерти отца или матери] останется маленьким

Ребенка, который после смерти отца или матери останется маленьким, пусть возьмет здравствующий родитель согласно грамоте, где перечислено поименно его имущество, до [наступления] двенадцати лет, и пусть каждый год он дает отчет о личном имуществе ребенка (peguijar) (В FCFP (ССXXXVII) и FCFS (X, 34) - peculio) ближним родичам сироты (huerfano); и тогда, если родичи увидят, что личное имущество [ребенка] прирастает добросовестно (en buena fe), (В FCFP (CCXXXVII) и FCFS (X, 34) - bona fide) пусть держит его [здравствующий родитель] до указанного времени; и если случится, что родичи сироты обнаружат, что личному имуществу наносится ущерб или оно не прирастает, пусть опекуном (tutor) станет один из тех [родичей], который будет самый ближний, получив и ребенка, и его имущество под опеку; и он также дает отчет каждый год об имуществе сироты другим ближним родичам; и если из отчета увидят, что он, скорее, растратчик, а не умножающий имущество, пусть отберут у него сироту и имущество его и передадут их тому, кто пользуется доброй славой (que es de buena fama), чтобы он умножал его имущество.

[31]

О том, кто причинит ущерб имуществу сироты

За любой ущерб, кто бы ни причинил его имуществу сироты, платит вдвойне; и после того, как ребенку исполнится двенадцать лет, он имеет власть свободно идти и находиться с кем ему будет угодно.

[32]

О плате той, которая будет кормилицей

Если ребенок будет грудным, его кормилица получает до трех лет двенадцать менкалей в год и кровать, чтобы они спали; и по истечении трех лет забирают его у кормилицы, ипусть еду и одежду ребенок получает за счет своего [имущества]. [120]

[33]

О союзе супругов (De la unidad de los casados) 41

Хотя выше сказано, чтобы после смерти мужа или жены наследники с тем, кто останется в живых, совершали раздел, но если муж и жена заключат союз согласно фуэро при жизни обоих, то ни один наследник, ни сын не могут совершить раздел с тем, кто останется [в живых], пока он будет жить; фуэро о союзе таково, чтобы союз был заключен в совете или в приходе и чтобы его подтвердили все наследники; и в связи с этим говорю "все", чтобы их было не меньше, и если кто-либо из наследников будет отсутствовать, или один из них оборвет [заключающих союз], или будет возражать, то не имеет [законной] силы союз и пусть будет признан ничтожным (sea dado por ninguno).

[34]

О сыне, который проявит почтение к отцу или матери

Если сын, побуждаемый почтением, своих обедневших отца или мать возьмет в свой дом и умрут они там, пусть никто не требует у него раздела за отца, исключая те вещи, которые отец принес с собой; но если сын те вещи, которые отец принес с собой, использует для их совместных нужд или на его [(отца)] собственные, не отвечает за них; но, если его будут подозревать другие наследники, пусть он принесет личную присягу в том, что он не взял для себя ни одну вещь из имущества отца; и это самое решение мы выносим в отношении сына, который останется [жить] с отцом или матерью и для их дел что-либо продаст, по поводу чего другие сыновья будут его подозревать.

[35]

О сыне, который не проявит почтения ни к отцу, ни к матери

Если богатый сын не проявит милосердия к обедневшему отцу и тот отец пожалуется судье и алькальдам, пусть возьмут в залог все его [(сына)] имущество и передадут во власть отца; и отец или здравствующая мать пусть за счет имущества живет подобающе всю свою жизнь, но так, чтобы не имели права продавать его за бесценок, ни дарить, ни продавать, ни завещать его, но [имели право] только жить за счет этого имущества временно; и после смерти отца или матери сын имеет господство и власть над тем, что останется. [121]

[36]

О том, кто отправит сына или дочь в заложники (rrehen)

(Rrehen от арабского вульг. rahan - "залог", классич. - rahn (Corominas, 1976, III, р. 1071).)

У всякого, кто отправит своего сына вместо себя в заложники в землю мавров и в течение трех лет не освободит его, судья и алькальды пусть возьмут в залог все его имущество и отправляют его вместо [сына] в землю мавров, и освобождают сына из неволи; и посему повелеваем, чтобы всякий, кто своего сына заложит (empennare) без дозволения совета или отдаст в заложники маврам, за исключением названного [порядка], умирал смертью лишенного мира (enamistado); а дочь ни в связи с отправкой заложников маврам, ни залога, не пристало отдавать; и если кто-либо ее отдаст, того пусть сожгут; и если судья и алькальды не совершат такое правосудие, то пусть совет возьмет у них залог для освобождения пленного или отданного в заклад; и то, что мы говорим о дочери, относится ко всякой женщине, которая будет отдана в залог или в заложники маврам; и такое установление дано для того, чтобы мавры не угнетали христиан, ибо, как подтверждают знающие, мавры никоим образом не будут угнетать христиан, за исключением дерзости христиан, которые с ними находятся, а дочерей христиан они держат как жен.

[37]

О том, что приобретет сын

Какую бы вещь сын ни получил как плату или другим образом, пусть она принадлежит отцу или матери, как сказано [выше]; ибо, поскольку обычно они страдают от невзгод, то таково право, чтобы из доходов и имущества они что-то использовали; и более того, что бы ни приобрел сын вне дома своего отца или матери, пусть все это представит для раздела с его братьями, если они не будут женаты; так как после того, как они поженятся, не должны они давать какую-либо вещь из того, что они приобретут.

[38]

О том, как сын может быть лишен наследства

Хотя и запрещено, чтобы отец или мать могли лишать наследства сына, но, повелеваем, пусть лишают наследства того, [122] кто ранит своего отца или мать, и поэтому пусть он будет врагом всех [своих] братьев навечно.

[39]

О тех, кто захочет поддерживать вдовство

Если вдовец или вдова захочет поддерживать вдовство, следующие вещи пусть им будут оставлены без раздела: вдовцу — его конь, и оружие, как из железа, так и из дерева, и кровать, на которой он сначала спал со своей женой, и ястребов, как перепелятников (gavilanes), так и azores; и с вдовой пусть не делят ложе, которое она обычно делила со своим мужем, и пусть дадут ей также поле в один кафис посевов, и одну упряжку волов, и одну арансаду виноградника, но не запущенный виноградник; и эти доли вдовцов (bifdedades) им дают из того, что они совместно приобретут, но не другие вещи; и если случится, что в день раздела не будут иметь какую-либо из этих вещей, то те, которые будут иметь, пусть возьмут, и никакие другие.

[40]

О тех, кто не захочет поддерживать вдовство

Если вдовец или вдова не захочет оставаться во вдовстве и пребывать в чистоте, пусть все вещи, которые им будут даны для вдовства, возвращают наследникам для раздела, когда им будет угодно.

[41]

О братьях, которые сообща что-либо приобретут

Все, что бы ни приобрели братья после раздела своей отчины (patrimonio), пусть будет общей собственностью, если они приобретут его совместно, как по случаю смерти, так и при жизни.

 

Комментарии

31 Устойчивая формула "quita y libre" в данном случае означает наличие или восстановление прав собственника на свое имущество в полном объеме, а также отсутствие права на него со стороны третьих лиц.

32 Свидетель сделки или поручитель-гарант (otor) — лат. auctor. У римлян среди прочих значений — "гарант, поручитель" (гарантирующий правомерность своей продажи); поручитель, удостоверяющее (подтверждающее) лицо (Дворецкий И. X. Латино-русский словарь. 5-е изд. М., 1998). М. Бартошек среди прочих дает следующее значение: "предшественник, отчуждатель, который передал свое право другому лицу... и обязан гарантировать правомерность этого акта" (Бартошек. Римское право. С. 52). В кастильском праве термин, по-видимому, не претерпел значительных изменений. В глоссарии к Старому Фуэро он переводится, как "тот, от кого получена вещь или от которого получено право" (См. Los Codigos Espanoles. Vol. 1). Atorgar, otorgar означает "стать гарантом сделки". В грамотах XII и XIII вв. обычной является клаузула, в силу которой тот, кто совершает сделку, обязывается согласиться с ней — "auctoricare", "dare auctorem", т. е. гарантировать ее исполнение, например, когда идет речь о продаже, — гарантировать отчуждение. Otor, следовательно, — поручитель. Обычной была практика использования глагола otorgar (в значении "жаловать") при пожаловании судебников и привилегий. Например, пролог к фуэро Теруэля начинается следующим образом: "В эру MCCXIIII был заселен Теруэль. Этот дар и эту милость даровал и пожаловал (dio et otorgo) сеньор король Альфонсо". Только один раз судебник Куэнки использует в качестве синонима otor'a словосочетание fiador de salvo (FC.1,1,2) обозначающее, как правило, поручителя за чью-либо безопасность (См. комм. 30 к настоящей книге).

33 Глагол salvar в судебнике используется практически всегда в связи с принесением присяги, когда кто-либо "очищается" от каких-либо обвинений при недостаточности улик против подозреваемого. В FC. 1,7,2 имеется в виду, что никто не может выступать гарантом- otor'ом в случае отчуждения или обременения владения, принадлежащего городу. В FC. 1,7,12 акцент несколько иной: предавший земельное владение, он же — otor, должен "очистить" его, что означает "снять обвинение в незаконности его приобретения", подтвердить легальность происхождения объекта права. Возможно, что в таких случаях требовалась присяга-очищение, может быть, даже и с участием соприсяжников.

34 Термин "jucio" в тексте судебника, в отличие от лат. "judicium", используется преимущественно как синоним слова "sentencia" (приговор, решение), а не в смысле "процесс": FC. 2,6,18 и 27; 3,2,1; 3,3,14; 3,5,3; 3,8,1 - 3; 3,8,8 и 19; 3,10,7 и 9; 3,11,2 и 12; 3,13,1 и 20; 4,13,15. О "jucio" в смысле "процесс" говорится, например, в FC. 3,7,1: "i que quiere que el querellosopleyteare con ella en jamo, sea firme i valedero" (и все то, о чем истец будет судиться с ней в суде, пусть будет прочно и законно). Безусловно, как "решение" о jucio говорится в FC. 2,6,18: "пусть их решение не имеет силы"; FC. 3,2,4: "и тот, кого не удовлетворит решение судьи, пусть подает апелляцию"; FC. 3,7,6: "Все, что будет установлено и решено в отношении жены должника, должно быть установлено и решено в отношении детей и сожительницы". О "смертном приговоре" (sentencia capital de muerte) говорится в FC. 1,7,9 и 2,5,2. Наконец в FC. 3,8,4 и 5 "jucio" можно понимать в обоих смыслах: и как акт суда, и как процесс.

35 Arras — имущество, передаваемое мужем жене, которое являлось ценой покупки власти над нею (Font Rius. Instituciones medievales. Р. 147), т. е. мундиума в германском праве. В кастильское право термин пришел из латыни и связан со словом "arrae" ("то, что дают в залог контракта"), которое, в свою очередь, является краткой вульгарной формой греческого, слова семитского происхождения (Coraminas. 1976. II. Р. 277). В римском праве arrae означало "задаток". В классическую эпоху задаток имел целью подтвердить, подкрепить факт заключения договора (arrae confirmatoria). Это была денежная сумма или ценность, например, кольцо, которое одна сторона, чаще всего покупатель, иногда наниматель, вручал другой стороне в момент заключения договоре (Римское частное право. С. 335) Семь Партид дают следующую характеристику arras: "и то, что мужчина дает женщине по причине женитьбы, на латинском называется donatio propter nuptias, которым хотят назвать дар, который мужчина дает женщине в связи с тем, что он женится на ней; и такой дар, как этот, в Испании называют собственно arras" (Partidas. 2,23,8).

36 Статьи 3 и 4 регламентируют три различные ситуации, связанные с переходом имущества. В FC. 1,9,3 второе предложение ("и если кто-либо из вас не будет иметь ближайших родичей...") предусматривает свободу завещания лица, когда нет прямых (дети) наследников или наследников по праву представительства, а также родичей по боковым линиям. Третье и четвертое предложения в FC. 1,9,3 (со слов "и если кто-либо умрет без завещания..."), напротив, отражают право наследников по закону на открывшееся наследство в случае отсутствия завещания, за исключением той части наследственной массы, которая дается приходу умершего. Наконец, FC. 1,9,4 предусматривает переход имущества умершего к господину, у которого он работал как слуга, пахарь, огородник и т. д., или к домовладельцу, предоставлявшему кров умершему, или же к собственнику владения, в котором умерший проживал.

37 Печо (pecho) — первоначально сбор в 4 солида, введенный в XI в., который платил каждый житель королевской земли, когда король набирал войска (Альтамира-и-Кревеа.История Испании. Т. 1. С. 190). С конца XII в. — прямой поголовный налог, вотируемый кортесами. Из Уставов 1222 г., которые были введены для муниципий Эстремадуры Фернандо III, видно, что этот налог собирался по приходам (G. F III. II. Doc. 168. Р. 205—207. Грамота Пеньяфьелю). Фасендера (fazendera) или serna - служба по ремонту дорог и мостов (Корсунский А. Р. История Испании. С. 90) или денежный эквивалент отработок, заменяющий сельскохозяйственные повинности (Альтамира-и-Кревеа. История Испании. Т. 1. С. 190).

38 Колласо (кольясо), хуниорио, соларьего в Кастильском обществе XI—XIII вв. — зависимое население сеньории, "полусвободные". Крестьяне этих категорий имели наделы, обычно на праве наследственного держания, но могли приобретать землю и в собственность. Они имели право уйти от сеньора, хотя уход и был затруднен (Варьяш О. И.Крестьянство. С. 162). В тексте же судебника Куэнки скорее под колласо подразумевается слуга, возможно, подросток.

39 В FCFP (CCVIII) и FCFS (Х,9) последнее предложение - "[Sed tamen] parentes non respondeat pro [his] hiis que a[c]com[m]odata, uel credito filiis fuerint suis". В латинском языке одно из значений accomodare — предоставлять, давать, например, a. possessionem (во владение). В средневековой Испании в XI—XIII вв. энкомьенда (encomienda — accomodare)представляла собой особую форму сеньории, когда происходила передача тех или иных владений, поселений, монастырей, замков под защиту лиц, располагающих достаточной властью, — короля, магнатов, орденов. Сеньор, оказывавший покровительство, именовался "комендеро" (comendero) (См.: Корсунский А. Р. История Испании. С. 151). В фуэро Куэнки, скорее всего, речь идет о разновидности обязательства, возможно, хранении. Другой термин — credita обозначал в римском праве ссуженную или переданную в залог вещь, т. е. возмездную сделку. Такое же значение сохранилось и в кастильском праве, когда в тексте судебника говорится, что вещь или что-либо encreyda — credita.

40 Maneria — право короля или сеньора наследовать своему подданному при отсутствии прямых наследников (сыновей). Бездетный — mannero, manero. Институт в своем развитии прошел, по меньшей мере, два этапа. Первый, когда бездетный человек не мог оставить свое имущество ни родичам, ни чужакам и оно переходило к королю или сеньору. Второй, когда переход имущества к родителям или к родичам по боковой линии обусловливался уплатой сбора, который в строгом смысле слова и назывался maneria. Сам сбор был не обременителен и никогда не превышал пять солидов. Освобождение от него рассматривалось скорее как освобождение от повинности сеньориального происхождения, как знак повышения общественного положения лица (Sinues R. A. El merino. P. 8.7).

41 Unidad — право "единства". Некоторые судебники, включая фуэро Куэнки, предоставляли супругу-вдовцу (если он только не вступал во второй брак) право пользоваться всем имуществом, приобретенным в браке. При этом родственники умершего не имели права требовать долю покойного (Альтамира-и-Кревеа. История Испании. С. 201).

 

ФУЭРО КУЭНКИ

EL FUERO DE CUENCA

(1189 г.-XIII в.) ВАЛЕНСИЙСКИЙ КОДЕКС

КНИГА ВТОРАЯ

Титул I

[Пусть никто не платит виру за человека, который будет убит во время игры или прыжка]

[1]

Пусть никто не платит ни виру, ни [судебный] штраф

Повелеваю, чтобы никто не платил ни виру, ни [судебный] штраф за человека, который во время [военного] турнира (bofordo) 1 в совете, или во время игры на свадьбе, или толчком лошади, или древком копья, или щитом, или каким-либо другим образом будет ранен или убит вне стен города; и если внутри города и стен будут участвовать в [военном] турнире и человека ранят или убьют, пусть уплатят [судебный] штраф и ущерб, который причинят.

[2]

О том, кто метнет камень

Всякий, кто камень, или стрелу, или древко, или другую какую-либо вещь метнет и ранит человека или другой ущерб причинит, пусть уплатит штраф и [возмещает] ущерб, который также причинит.

[3]

О тех, кто будет участвовать в [военном] турнире вне стен

Кто будет участвовать в [военном] турнире вне стен, и камень, или стрелу, или древко, или другой какой-либо предмет метнет играючи, и человека ранит или убьет, или другой ущерб причинит, не платит никакого штрафа; но если его [(ранившего или убившего)] будут подозревать, что он умышленно причинил ущерб, пусть очищается согласно фуэро Куэнки. [124]

[4]

О животном

Если какое-либо животное ранит кого-либо или убьет, пусть уплатит владелец животного за причиненный ущерб согласно присяге истца и весино, или отдаст животное в руки истца, если будет доказано [причинение ущерба]; если нет, очищается с одним весино, и присяге верить; и если животное боднет или ранит человека до крови, пусть владелец животного даст лекарю цену, сколько бы ни стоило лечение; и это же самое [пусть уплатит] за поврежденную руку или ногу.

[5]

О животном, которое убьет человека

Если животное убьет человека, пусть уплатит владелец животного триста солидов или выдаст животное; и следует знать, что владелец животного должен выбирать между уплатой штрафа или выдачей животного, как в случае смерти [человека], так и за другой ущерб.

[6]

Пусть не отвечают за ущерб, [причиненный] собакой

Повелеваю, чтобы не отвечал никто за ущерб, [причиненный] собакой или другим животным, если до [истечения] девяти дней со дня [причинения] ущерба ему не был предъявлен иск; но если животное будет испугано быком и причинит какой-либо ущерб, его владелец ничего не платит и не выдает животное, так как [владелец] испугавшего [животного] должен платить штраф или ущерб, который вследствие этого будет причинен.

[7]

О лошади, которая плохо укрощена

Также, если плохо укрощенная или взнузданная лошадь убьет человека или причинит какой-либо ущерб, ни тот, кто будет находиться на лошади, ни владелец не платит за это штраф и не становится врагом; но если он будет подозреваться, пусть принесет присягу с двенадцатью весинос, и присяге верить; и это же самое решение (juyzio) мы выносим для того, кто во время метания копий, или во время игры на свадьбе, или при метании древка, или камня, или стрелы, убьет человека или другой ущерб причинит; такое же решение мы выносим и [125] испугавшему [животное], который скажет, что сделал это по неведению, а именно: пусть очищается так, как повелевает фуэро, и будет присужден к штрафу по иску.

[8]

О тех, кто ранит запрещенным оружием

Всякий, кто ранит запрещенным оружием или ранит до крови, платит триста мараведи; и если кость повредит, платит шестьдесят мараведи; и если оружием ранит и не ранит до крови, платит двадцать мараведи; и если вынет оружие, хотя и не ранит им, платит десять мараведи.

[9]

Какие виды оружия являются запрещенными

Запрещенные [виды] оружия, которые ни в одной части города не следует никаким образом в гневе вынимать и ранить ими, а если [кто] сделает это, подлежит наказанию согласно фуэро, суть таковы, а именно: всякое из железа, всякое из дерева, и всякий камень, и всякая вещь, которой человек может убить или нанести кровоточащие раны.

[10]

О тех, кто собирается в шайку (banda)

Всякий, кто придет в шайку, и вынет оружие, и убьет или нанесет раны до крови, платит вдвойне, какое бы преступление он ни совершил, если будет побежден; и если нет, очищается с двумя из четырех названных из его прихода [весинос], и присяге верить.

[11]

Как следует очищаться

За всякое физическое оскорбление (В оригинале Codice Valentino используется слово "аuer" (имущество), тогда как и FCFP (CCLXI), и FCFS (XI, 11) используют слово "corporis" (тело).)жителя деревни, которое будет причинено, называют присяжных, исключая только убийство; и те названные пусть явятся принести присягу в палату алькальдов в день пятницы; и тот, кто не явится, согласно решению, которое будет принято, пусть будет побежден в тяжбе. [126]

[12]

О том, кто предъявит иск и получит [тайно] возмещение

Всякий, кто алькальдам вручит иск и затем, минуя их, вступит в сговор (fiziere cohecho) [с обвиняемым] или не явится в срок, платит по иску полностью; и если он будет подозреваться в связи с присужденным штрафом в том, что он вступил в сговор, пусть принесет присягу с одним весино и присяге верить.

[13]

О том, кто соберет самозваный совет (banda)

Всякий, кто в городе соберет самозванный совет, 2 платит за преступления, которые совершит, вдвойне, как и все другие соучастники; также, если он вынет запрещенное оружие, платит двадцать мараведи; и если ранит [кого-либо], платит сорок мараведи; и если [кому-либо] нанесет рану до крови, платит пятьдесят мараведи; и если убьет [кого-либо], платит четыреста мараведи; кто будет отрицать [содеянное] и не сможет доказать, приносит присягу с двенадцатью весинос или сражается в судебном поединке с равным себе (responda a su par); всякий, кто [кого-либо] кулаком ранит, или дернет [за волосы], или оскорбит, пусть удвоит штраф, и если будет отрицать, приносит присягу с двумя из четырех названных [присяжных] из его прихода; и если судья или алькальд будут в той шайке, пусть также удваивается [штраф] [и лишается должности, которую он будет занимать]. (Взятый в квадратные скобки фрагмент содержится в FCFP (CCLXIII) и FCFS (XI, 13).)

[14]

О том, кто пригласит человека в дом

Всякий, кто человека пригласит в свой дом поесть, или попить, или для совета и убьет его, пусть его похоронят заживо с умершим; и этому же самому наказанию подвергается тот, кто убьет своего хозяина, чей хлеб он будет есть, или чей приказ будет выполнять, или предаст его в руки врагов, чтобы они делали с ним то, что им будет угодно; также всякий, кто убьет своего доверившегося ему в дороге товарища, пусть будет похоронен заживо с умершим; и если кто-либо из этих [подозреваемых] будет отрицать [содеянное] и не сможет доказать [127] [невиновность], очищается каждый с двенадцатью весинос, и присяге верить; и если не сможет очиститься, надлежит его сбросить, как сказано [выше]; но пусть будет на выбор истца, принять очищение или чтобы подозреваемый отвечал в судебном поединке с равным себе; также всякого, кто ранит сеньора города, или убьет его, или крепость сдаст, пусть рассекут на части.

[15]

О том, кто совершит нападение на человека, который не вызван на божий суд (non desanado)

Всякий, кто в пустынном месте, или в заселенном, как днем, ; так и ночью, на человека, не вызванного на божий суд, или [с которым] примирился, или из-за поручительства за безопасность (fiadura de salvo), бросится или нападет, платит семьдесят менкалей; и если ранит или что-нибудь отберет, платит, какое бы преступление ни совершил, вдвойне, и ущерб вдвойне с [судебным] штрафом в семьдесят менкалей, если будет доказано [преступление]; и если нет, очищается с двумя из четырех названных из его ^прихода, и присяге верить; и если убьет, надлежит его сбросить, если его схватят; и если убежит, теряет все, что будет иметь, за штраф в четыреста мараведи, и пусть его дома разрушат, и в дальнейшем не принимают его в городе, и навечно он изгоняется, если это будет доказано; если нет, очищается с двенадцатью весинос и присяге верить, или отвечает в судебном поединке с равным себе; и пусть выберет истец, что он захочет.

[16]

О том, кто будет побежден в [тяжбе о] краже

Всякого, кто в [тяжбе о] краже (furto) или в разбое (ladronico) будет побежден, надлежит сбросить; и если он будет побежден и будет отрицать [в иске] до пяти менкалей, приносит присягу лично, и присяге верить; и от пяти до десяти приносит присягу с одним весино; и от десяти до двадцати приносит присягу с двумя весинос, и свыше двадцати пусть выбирает истец, чтобы либо принес подозреваемый присягу с двенадцатью весинос и присяге верить, либо принес присягу лично и отвечал на вызов на поединок; и если он будет сражаться в поединке и будет побежден, платит по иску и 1/9 штрафа дворцу. [128]

[17]

О том, кто схватит вора вне города

Всякий, кто схватит вора вне города, пусть приводит его в совет и там его судят; и если он [(схвативший вора)] не сделает этого и вне города его будет мучить, платит сто мараведи судье и алькальдам.

[18]

О том, кто ранит чужого мавра

Если кто-либо ранит чужого мавра, платит за него пять солидов; и кто его убьет, платит не более пятнадцати мараведи; и если будут за него давать выкуп и господин будет иметь уже поручителей за обещанный выкуп (atajo), и сможет это доказать согласно фуэро, пусть убийца уплатит цену [обещанного] выкупа; с другой стороны, буде [убитый] слуга или нет, платят не более пятнадцати мараведи, как сказано [выше]; и всякий, кто мавра во время мира убьет или ранит, платит за него, как за христианина; и если мавр во время мира ранит христианина или убьет его, за ранение платит штраф согласно фуэро Куэнки, и за убийство отдают его в руки истца, чтобы тот получил с него штраф и затем сделал с ним то, что захочет.

[19]

О том, кто изнасилует чужую мавританку

Всякий, кто изнасилует чужую мавританку, пусть уплатит брачный дар (arras), как за невесту-девицу из города; также всякий, кто от чужой мавританки будет иметь ребенка, пусть будет [ребенок] рабом (siervo) хозяина мавританки, пока его отец не вызволит; и, кроме того, говорим, чтобы такой ребенок не участвовал в разделе [наследства] со своими братьями по отцу, пока он будет находиться в рабстве, и после того, как он станет свободным, пусть получит долю из имущества своего отца.

[20]

О том, кто изнасилует или ограбит женщину

Всякий, кто изнасилует чужую женщину или ограбит ее против желания ее родичей, платит триста солидов и становится врагом; как сам разбойник, так и его пособники платят каждый по триста солидов и становятся врагами; и если затем она [129] сойдется с этим разбойником, (В FCFP (CCLXXV) — concesserint (от concedo — покоряться; прощать; переходить). В редакции FCFS (XI, 24) — consenserit, а в Codice Valentino — consintiere. Полагаем, что в статье речь идет именно о том, что потерпевшая, прощая своего насильника, уходит к нему и, может быть, сожительствует с ним. На это указывает особенность конструкции в FCFP (CCLXXV) — in suum raptorem concesserint, схожая с конструкцией классической латыни concedo in matrimonium (вступить в брак).) пусть лишится наследства и станет врагом со своим разбойником; и того, кто замужнюю женщину изнасилует или ограбит, надлежит сжечь; и если не смогут его [(разбойника)] задержать, пусть все его имущество отойдет мужу женщины, и он [(разбойник)] станет врагом навечно; и если она отдастся ему добровольно и в городе или в его округе будет с ним схвачена, надлежит сжечь обоих.

[21]

Об изнасилованной или оцарапанной женщине

[Если] женщина, которая будет истицей в [деле об] изнасиловании, и со дня изнасилования и до [истечения] третьего дня судье и алькальдам заявит об этом, явившись с расцарапанными щеками, то пусть [обвиняемый либо] принесет присягу с двенадцатью весинос, либо отвечает в судебном поединке с равным себе, так, как предпочтет истица; и если он проиграет, то становится врагом навечно, а его пособники — на один год, уплатив каждый за себя по триста солидов штрафа.

[22]

О том, кто изнасилует женщину из ордена

Всякого, кто изнасилует женщину из ордена, надлежит сбросить, если он будет схвачен; и если нет, пусть уплатит пятьсот солидов из вещей, которые будет иметь.

[23]

О том, кто обнаружит свою жену с другим

Всякий, кто свою жену обнаружит с другим в постели и убьет ее, не платит за убийство и не становится врагом, если убьет с нею [и] любовника, или нанесет ей колотую рану, или она убежит раненной; и если другим образом ее убьет, платит штраф и становится врагом; также, если он убьет любовника [130] или нанесет колотую рану, а жену нет [(не тронет)], платит штрафы.

[24]

О том, кто оскорбит чужую жену

Всякий, кто оскорбит чужую жену, назвав ее распутной (puta), или клячей (rrogina), или прокаженной (malata), платит два мараведи и приносит присягу, что не знает у нее этого порока; и если не захочет принести присягу, становится врагом; но если кто-либо изнасилует распутницу, открыто оказывающую услуги (puta publica), или оскорбит ее, то ничего не платит.

[25]

О том, кто возьмет женщину за волосы

Всякий, кто возьмет женщину за волосы, платит десять мараведи, если сможет [она] доказать это; а если нет, пусть принесет присягу обвиняемый с двумя [весинос] из своего прихода; также, если кто-либо оскорбительно толкнет женщину, платит пять мараведи; и если от силы толчка она упадет, хотя и не ударится до синяков, платит [обидчик] десять мараведи; и если нанесет ей колотую рану, платит тридцать мараведи.

[26]

О том, кто украдет одежду женщины, которая будет мыться в бане

Всякий, кто у женщины, которая будет мыться, украдет одежду или отнимет, платит триста солидов; если он будет отрицать [содеянное] и истица не сможет доказать, пусть он принесет присягу с двенадцатью весинос, и присяге верить, исключая распутницу, открыто оказывающую услуги, которая не получает штрафа, как сказано [выше].

[27]

О том, кто отрежет груди у женщины

Всякий, кто отрежет груди у женщины, платит двести мараведи и становится врагом; и если будет отрицать,) пусть выбирает истица либо присягу двенадцати весинос, либо вызов на поединок (rriepto), то, что она предпочтет. [131]

[28]

О том, кто отрежет подол женщине

Всякий, кто отрежет у женщины подол одежды без приказа судьи или алькальдов, платит двести мараведи и становится врагом; и если будет отрицать, очищается с двенадцатью весинос, и присяге верить, или отвечает в судебном поединке равному себе.

[29]

О женщине, которая бросит своего ребенка

Всякую женщину, которая бросит своего ребенка в каком-либо месте, пусть накажут плетьми и принуждают растить ребенка.

[30]

О том, кто будет иметь законную супругу и сожительницу (varragana) 3

Также всякого, кто в одном месте будет иметь законную жену, и она будет жива, и тайно возьмет другую, надлежит сбросить; также, если женщина будет иметь мужа в одном месте и в Куэнке выйдет замуж за другого, пусть ее сожгут; если она присвоит себе власть господина, пусть накажут ее плетьми на площадях и на всех улицах города и так изгоняют ее из города.

[31]

О том, кто будет иметь сожительницу (concupina)

Если человек, у которого будет законная жена в Куэнке или 1в другом месте, будет открыто иметь сожительницу пусть свяжут их обоих и накажут плетьми.

[32]

О той, которая бросит ребенка у отца

Всякую женщину, которая своего ребенка бросит у отца, дав ему восемь менкалей на каждый год, пусть накажут плетьми; посему, согласно фуэро, повелеваем, чтобы, если женщина забеременеет от кого-либо, она растила своего ребенка и мужчина давал ей восемь менкалей каждый год до трех лет, согласно другому фуэро о кормилицах; и если отец не пожелает дать ей деньги, пусть она отдаст ему ребенка без штрафа. [132]

[33]

О той, которая вытравит имеющийся у нее плод

Женщину, которая умышленно сделает аборт, надлежит сжечь, если она сознается (si fuere manifesta); если нет, очищается раскаленным железом (fierro caliente); также женщина, которая скажет, что забеременела от кого-либо, и мужчина не поверит этому, пусть она берет раскаленное железо; и если обожжется, то не верить ей; и если будет здорова, пусть отец принимает своего ребенка и растит его согласно фуэро.

[34]

О тех, кто будет ворожить (ligare) на мужчин

(Ligar — от лат. ligare — "привязывать". В XIII в. употребляемся также в форме legar со значением "делать неспособным производить потомство с помощью ворожбы" (Corominas, 1976, III, р. 89).)

Также, [если] женщина на людей, или на животных будет ворожить, или на другой скот, [чтобы они не могли дать потомство], надлежит ее сжечь; и если нет [(не сознается)], очищается она раскаленным железом; 4 и если мужчина будет ворожить, пусть остригут его, бьют плетьми и изгоняют из города; и если он будет отрицать, повелеваем, чтобы очищался поединком.

[35]

О женщинах, которые являются знахарками

Также, если женщина будет знахаркой (ervolera) или колдуньей (fechizera), надлежит ее сжечь или пусть очищается [раскаленным] железом; и женщину, которая убьет своего мужа, надлежит сжечь или пусть очищается [раскаленным] железом; и в этом случае каждая женщина должна брать железо, и ни в каком другом случае не должна она брать железо, если только она не распутница, которая будет иметь соитие с пятью мужчинами, или распутница, открыто оказывающая услуги (puta paladina).

[36]

О сводницах

Если будет доказано, что [женщина] является сводницей или посредницей, надлежит ее сжечь; и если она будет под [133] подозрением и будет отрицать [содеянное], очищается раскаленным железом.

[37]

О том, каким должно быть железо

И железо для осуществления правосудия пусть будет четыре пяди в высоту, и это для того, чтобы та, которая должна будет очищаться, могла положить внизу руку, и пусть оно имеет одну пядь в длину и ширину в два пальца; и та, которая должна будет брать железо, пусть несет его девять шагов и медленно кладет его на землю, но сначала пусть благословит ее священник, прочитав молитву.

[38]

Как раскаляют железо

Судья и клирик пусть раскаляют железо, и между тем пусть никто не приближается к железу, чтобы не совершить ничего преступного; и ту, которая должна будет брать железо, сначала обыскивают, чтобы она не имела чего-либо незаконного, и затем пусть она моет перед всеми руки и, вымыв руки, берет железо, и после того, как железо будет пронесено, пусть покроет судья ее руки воском и поверх воска накладывает паклю или лен, затем перевязывает ее полотном; и, сделав это, отводит ее судья в свой дом и через три дня осматривает руку; и если рука будет обожжена, надлежит сжечь [женщину] или подвергнуть наказанию, к которому ее присудят; и только та женщина берет железо, которая будет изобличена как посредница или которая с пятью мужчинами сойдется, но если ее будут подозревать в краже, или в убийстве, или в поджоге, пусть она приносит присягу или дает бойца для поединка (о de lidiador) coгласно фуэро.

[39]

О том, кто продаст христианина

Также мужчину или женщину, продавших христианина, надлежит сжечь, если будет доказано это; если нет, пусть мужчина участвует в судебном поединке, а женщина берет [раскаленное] железо; и если кто-либо продаст христианина и убежит, пусть никогда его не принимают в совете; также, если женщина с евреем или мавром будет поймана, то надлежит сжечь обоих. [134]

[40]

О том, кто убьет беременную женщину

Всякий, кто убьет беременную женщину, платит двойную виру, если истец сможет это доказать; если нет, очищается, как за двойное убийство; и если ранит ее и из-за этого у нее будет выкидыш, платит штраф за ранение и за убийство, если это будет доказано; если нет, очищается согласно фуэро об убийстве, и за ранение — согласно другому [фуэро].

[41]

О том, кто будет подозревать свою жену

Если муж будет подозревать свою жену [в том], что она наставляет ему рога (que le pone los cuernos), и не сможет доказать истину, пусть жена доказывает [невиновность], принеся присягу с двенадцатью женами весинос, и присяге верить; и если не сможет это доказать, он может ее бросить без штрафа.

[42]

О нездоровом молоке кормилицы

Если кормилица даст своему вскормленнику нездоровое молоко, то после уплаты штрафов пусть становится врагом, если по этой причине ребенок умрет.

Титул II

[Об оскорблении людей и многих ранениях]

[1]

Об оскорблении людей

Всякий, кто мужчину назовет в лицо вероломным (alevoso) или предателем (traydor), платит десять мараведи, если тот грех не сможет доказать со свидетелями; обвиняемый в предательстве пусть очищается поединком; если он победит, то отказываются от обвинения против него на поле (derrieptenlo en campo), и пусть он получит штраф из указанных мараведи; если он будет побежден или не захочет сражаться, изгоняют его из города и в связи с этим разрушают его дома; но если обвинение будет в предательстве крепости, или в убийстве сеньора, или в ранении, то подлежит он наказанию, указанному выше. [135]

[2]

Если кто назовет другого прокаженным или сыном педераста

Всякий кто назовет другого прокаженным, или рогоносцем, или педерастом, или сыном педераста, платит два мараведи, если [это] будет доказано; и в связи с этим [оскорбивший] приносит присягу с двумя весинос, что не знает в нем указанного порока, и если не захочет принести присягу, становится врагом; и если вдруг будет отрицать [оскорбивший] и не сможет доказать, приносит присягу с двумя весинос, что он не говорил этого, и присяге верить.

[3]

О том, кто наложит руки на волосы

Всякий, кто наложит в гневе руки на чьи-либо волосы, платит пять мараведи; и если свалит его [(человека)] на землю, платит десять мараведи, если истец сможет это доказать; если нет, очищается с двумя из четырех названных [присяжных] из своего прихода; всякий, кто другого в гневе толкнет, платит два мараведи; и если от силы толчка упадет [человек], платит десять мараведи, и если будут из-за этого синяки, платит тридцать мараведи, если будет побежден со свидетелями; если нет, очищается с двумя из четырех названных [присяжных] из его прихода согласно фуэро и присяге верить.

[4]

Если кто другого ранит кулаком или тыльной стороной ладони

Всякий, кто другого ранит кулаком или тыльной стороной ладони, за каждый [удар] платит десять мараведи; и если будут синяки, платит двадцать мараведи, если признается; если нет, очищается с двумя из четырех названных [присяжных] из своего прихода; и кто наружной частью кулака или тыльной стороной ладони ранит, за каждый [удар] платит два мараведи, в какое бы место, негодуя, ни ударил; и если будет отрицать, очищается с двумя из четырех названных [присяжных] из своего прихода и присяге верить.

[5]

Если кто поцарапает чье-либо лицо

Всякий, кто расцарапает чью-либо шею или лицо, платит два мараведи; если будет отрицать, очищается с двумя из [136] четырех названных [присяжных] из своего прихода и присяге верить.

[6]

Если кто выбьет другому глаз

Всякий, кто другому выбьет глаз, платит сто мараведи, и если будет отрицать это, очищается с двенадцатью весинос или отвечает в судебном поединке равному себе; и кто зуб выбьет другому, платит двадцать мараведи; и если будет отрицать это, очищается с двенадцатью весинос или сражается в судебном поединке с равным себе; и кто другому отрежет палец, платит двадцать мараведи; и если будет отрицать это, очищается с семью весинос или отвечает в судебном поединке равному себе; и кто отрежет большой палец руки, платит пятьдесят мараведи, и если будет отрицать это, очищается с двенадцатью весинос или отвечает в судебном поединке равному себе; и кто руку отрежет, платит сто мараведи; и если будет отрицать это, очищается с двенадцатью весинос или отвечает в судебном поединке равному себе.

[7]

Если кто повредит кому-то ногу

Кто повредит другому ногу, платит пятьдесят мараведи; и кто ступню отрежет, платит сто мараведи; и если будет отрицать это, очищается с двенадцатью весинос или отвечает в судебном поединке равному себе; и всякий, кто отрежет другому ухо, платит десять мараведи, и если оба отрежет, платит двадцать мараведи; и если будет отрицать это, очищается с .двенадцатью весинос или отвечает в судебном поединке равному себе; и всякий, кто ноздри вырвет у другого, платит пятьдесят мараведи; и если с губой их вырвет, платит сто мараведи; и если будет отрицать это, очищается с двенадцатью весинос или сражается в судебном поединке с равным себе.

[8]

О том, кто кастрирует кого-либо другого

Всякий, кто мужчину кастрирует, платит двести мараведи и становится врагом; и если будет отрицать это, очищается с двенадцатью весинос или отвечает в судебном поединке равному себе; но если он будет схвачен с женой или дочерью кого-либо и кастрируют его [муж или отец], то ничего они не платят. [137]

[9]

Если кто острижет другого

Всякий, кто мужчину острижет, платит ему десять мараведи и содержит его в своем доме как себя самого до тех пор, пока борода или волосы не отрастут; если будет отрицать [обидчик], очищается с двумя из четырех названных [присяжных] из своего прихода и присяге верить.

[10]

О том, кто дернет чужую бороду

Всякий, кто у другого дернет бороду, платит двести мараведи и становится врагом, если истец сможет это доказать; и если нет, очищается с двенадцатью весинос, и присяге верить, или отвечает в судебном поединке равному себе.

[11]

О том, кто совершит преступление в этих местах

Всякий, кто на площадях, или у ворот судьи, или в палате алькальдов, или в совете, или на рынке совершит преступление, платит за него вдвойне; также, если вынет запрещенное оружие, платит двадцать мараведи, и если ранит, то сорок мараведи, и если нанесет кровоточащую рану и будет повреждена кость, платит сто мараведи; и если убьет, платит четыреста мараведи; и тот, кто будет отрицать [содеянное], приносит присягу с двенадцатью весинос и присяге верить.

[12]

Если кто ранит кулаком или дернет [бороду] другого

Кто кулаком ранит, или дернет [за бороду], или оскорбит, пусть удваивает штраф, и если будет отрицать это, очищается вместе с четырьмя названными [присяжными]; таким же образом пусть платят судья или алькальды, которые в палате своего товарища ранят или оскорбят его.

[13]

О том, кто ранит или убьет захваченного человека

За любого, кто будет захвачен за грех (рог pecado), за который надлежит умереть, перед тем как будет вынесен приговор советом, если кто-либо его ранит, платит сто мараведи судье и [138] алькальдам, и если не будет их чем платить, пусть отрежут у него правую руку.

[14]

О том, кто совершит преступление

(В FCFP (CCLXXIII) и FCFS (XII, 21) - "De eo qui aliquem reptaverit" (О том, кто бросит кому-либо вызов на поединок).)

Всякий, кто в совете, или на рынке, или у ворот судьи, или на ярмарке без приказа алькальдов кого-нибудь вызовет на поединок, платит сто мараведи, и сколько [людей] будет с вызвавшим на поединок (rrebtador), столько пусть платят по пятьдесят мараведи [каждый]; и в связи с этим вызвавший на поединок прежде, чем покинет одно из указанных мест, отказывается от обвинения против него [(вызванного)], и если не захочет сделать это, пусть судья закует его в оковы и не снимает их, пока тот не откажется от обвинения против него [(вызванного)] и не уплатит штраф.

[15]

Какие слова являются оскорбительными (de denuestos)

Оскорбительные слова, которые имеют такую же силу, как и вызов на поединок (que valen tanto commo rriepto), суть следующие: "ты приносишь ложную присягу", или "ты [ложно] свидетельствуешь", или если его назовет "лживым", или "предателем", или если скажет: "я докажу тебе это или буду с тобой сражаться в поединке"; эти и другие вещи, которые подобны этим, [также оскорбительны].

[16]

О том, кто поднятыми руками схватит повод

Кто поднятыми руками схватит поводья лошади или узду, платит триста солидов, если всадник сможет доказать это; если нет, очищается с двенадцатью весинос и присяге верить.

[17]

О том, кто кабальеро стащит силой

Также тот, кто кабальеро стащит с лошади, платит пятьсот солидов, если сможет это доказать [кабальеро]; если нет, очищается с двенадцатью весинос и присяге верить. [139]

[18]

О том, кто кого-нибудь ранит шпорами

Также всякий, кто человека ранит шпорами или палками для погонки волов, платит триста солидов, если истец это докажет; если нет, очищается [обвиняемый] с двенадцатью весинос и присяге верить.

[19]

О том, кто ранит другого на земле ударами

Всякий, кто ранит человека на земле ударами, платит десять мараведи, и если ударит до синяков, платит двадцать мараведи, если истец докажет это; если нет, очищается с двумя из четырех названных [присяжных из своего прихода]; и если вставшего ранит, то за каждый удар платит один мараведи, если сможет доказать это [пострадавший]; если нет, очищается [обвиняемый] с двумя из четырех названных [присяжных] и присяге верить.

[20]

О том, кто нанесет другому удары в седалище

Всякий, кто другому нанесет удары в седалище, за каждый уплатит пять солидов, если истец сможет доказать это; если нет, очищается [обвиняемый] с двумя из четырех названных [присяжных] и присяге верить.

[21]

О том, кто возьмет другого за уши

Всякий, кто человека возьмет за уши, платит такой же штраф, о каком мы сказали выше [в статье] о волосах; и если кто-либо в игре ранит [кого-либо] игральным камнем (con la соc) или другим образом, ничего не платит, если только раненый не докажет, что он выбыл из игры; ибо если кто-либо [кого-либо] после выбытия ранит, то он должен уплатить за всякое преступление, которое совершит, согласно фуэро Куэнки.

[22]

О том, кто будет уличен в содомском грехе

Всякого, кто будет уличен в содомском грехе, надлежит сжечь; и всякий, кто скажет другому: "я тебя е... в зад", если может быть доказано, что тот грех является правдой, то [140]надлежит сжечь обоих; если нет, пусть сожгут того, кто сказал о таком грехе.

[23]

О том, кто подставит зад в лицо

Всякий, кто другому подставит зад в лицо или ударит ступней в лицо, уплатит триста солидов и становится врагом, если будет доказано это; если нет, приносит присягу с двенадцатью весинос и присяге верить.

[24]

О том, кто кого-либо ранит яйцом

Всякий, кто ранит другого яйцом, или огурцом, или другим чем-либо, что может измарать человека, платит десять мараведи, если истец сможет доказать это; если нет, очищается [обвиняемый] с двумя из четырех названных [присяжных] и присяге верить.

[25]

О том, кто заставит другого есть грязную вещь

Если кто-либо заставит есть другого какую-либо грязную вещь обманом, или силой, или будет совать ее в рот или в лицо, платит триста солидов и становится врагом, если сможет доказать это; если нет, очищается [обвиняемый], как при убийстве.

[26]

О том, кто сложит о другом непристойную песню

Также, кто сложит о другом непристойную песню, платит десять мараведи, если будет доказано это; если нет, пусть принесет присягу с двумя из четырех названных [присяжных] и присяге верить.

[27]

О том, кто ранит у другого какой-либо член

Всякий, кто ранит у другого человека какой-либо член, если по этой причине потеряет член силу, платит штраф, который указан [в статье] об отрезанном члене. [141]

[28]

О том, кто метнет палку в седалище другому

Всякий, кто другому вне его дома метнет палку в седалище, платит двести мараведи и становится врагом, если будет доказано это; и если нет, очищается [обвиняемый] с двенадцатью весинос и присяге верить, или приносит присягу лично и отвечает на поединке, что истец предпочтет.

Титул III

[Пусть никто не отвечает за совет]

[1]

Пусть никто не отвечает за совет

Повелеваю, чтобы никто не отвечал ни за совет, ни за ущерб (calonna); но пусть отвечает тот, кто даст совет продать христианина; и повелеваю еще, чтобы каждый платил штраф за себя, хотя бы он явился помогать другому и тяжба (varaja) 5 была бы чужая.

[2]

О том, кто явится на помощь шайке

Всякий, кто явится к кому-либо в шайку на помощь, платит за всякое преступление, которое совершит, вдвойне, хотя будет это сын или брат, за исключением жены; так как жена хотя и явится в шайку своего мужа или муж в шайку своей жены, никто из них не должен платить штраф [по отдельности], ибо штраф у них один на двоих.

[3]

О том, кто не передаст мужу его жену

Всякий, кто чужую жену не передаст [ее] мужу, платит триста солидов и становится врагом.

[4]

О том, кто отправит или продаст оружие маврам

Всякого, кто оружие или провиант продаст маврам или отправит их, надлежит сбросить, если будет доказано это; если нет, очищается с двенадцатью весинос и присяге верить, или[142] приносит присягу лично и отвечает на брошенный вызов, что совету будет предпочтительнее; и мы называем провиантом хлеб, сыр и всякую вещь, которую человек может есть и жевать, исключая живой скот.

[5]

О серве, который убьет человека или ранит его

Также, если раб (siervo) или чей-либо мавр ранит человека или убьет его, пусть его господин уплатит за преступление, которое тот совершит, или отдаст злоумышленника в руки истца, [и] пусть господин раба выберет то, что предпочтет.

[6]

Дворец не имеет доли в штрафе за оскорбление (denuesto)

Кроме того, повелеваю, чтобы ни дворец, ни алькальды не имели доли в штрафе за оскорбление, ни за толчок, ни за волосы, ни в штрафе за вызов на поединок, если только это не будет совершено в совете, или на рынке, или в палате [алькальдов], или у ворот судьи; все другие вышеназванные штрафы принадлежат тому, кто будет оскорблен; но четвертую часть штрафов должны требовать алькальды и беречь их для [ремонта] стен и давать в этом случае отчет [об их использовании].

[7]

О штрафах для того, кто выкопает [мертвого] человека

Повелеваю, чтобы всякий, кто выкопает [мертвого] человека, платил пятьсот солидов, так как он [мертвого], с позором извлек из его дома; и если кто-либо украдет надгробные камни или возьмет их иным способом, обязан их вернуть или отвечает [на обвинение] в краже; и всякий, кто одежду мертвого возьмет, платит пятьсот солидов за то, что разрушил склеп; и за каждую из этих вещей очищается с двумя весинос и присяге верить.

[8]

О том, кто похвастается (alabare) чужой женой

Всякий, кто похвастается чужой женой, платит триста солидов и становится врагом, если будет доказано то; если нет, очищается с двенадцатью весинос или отвечает в судебном поединке равному себе; также женщина, которая выйдет замуж [143] против воли родичей, отца и матери, лишается наследства и становится врагом отца и матери.

[9]

Пусть никто не отвечает ни за ущерб, ни за долг [без истца]

Пусть никто не отвечает ни за ущерб, ни за долг без истца, если только требующий долг не даст поручителей для того, чтобы, если кто-либо впоследствии потребует долг, поручители уплатили ответчику тот долг вдвойне.

[10]

О том, кто пожалуется или возьмет в долг по делу братства (cofradia) 6

Всякий, кто пожалуется алькальдам или судье и [затем] возьмет залог в тяжбе братства, дает двойной залог судье и алькальдам и, сверх того, платит десять мараведи.

[11]

Если кто обнаружит ремесленника (menestral) в округе Куэнки

Всякий, кто обнаружит ремесленника из чужой округи в округе Куэнки за работой, захватывает его без штрафа [и удерживает], пока он не даст возмещение; и это мы делаем для того, чтобы ремесленники [наши] весинос получали больше и чтобы все жители деревень приходили на рынок города.

[12]

О том, кто убьет человека, у которого не будет никаких родичей

Всякого, кто убьет человека, у которого не будет ближайших родичей, вызывает на божий суд и берет с него штраф хозяин, во владении которого будет находиться [убитый]; и если не будет [убитый] находиться в чьем-либо земельном владении, вызывает на божий суд за него тот, кого убитый [до этого] назовет ближним [родичем] и прикажет ему брать штрафы; и если он умрет без завещания и не будет находиться в чьем-либо земельном владении, пусть за него вызывает на божий суд и берет штрафы тот, кто его похоронит и окажет ему большие почести. [144]

[13]

О том, кто даст свое животное исполу

Если кто-либо животное отдаст исполу и получивший его (rrecebidor) потеряет его, платит половину [стоимости] животного и не более; и если животное умрет, ничего не платит получивший, но только пусть принесет присягу [в том], что оно умерло не по его вине.

[14]

О том, кто потеряет вещь, которую будет держать

Всякий, кто будет держать вещь от другого кого-либо и ее потеряет, пусть даст за нее вдвойне, как вор, тому, кто ее потребует, и дворцу — у9 штрафа, если только держатель вещи ее не купит у другого.

[15]

Если кто не вернет данную в займы вещь

Всякий, кто вещь, которая ему была дана в займы, такую, как плуг, вилы или лопату, не отдаст, когда ее потребуют, платит за любой ущерб, который это повлечет, согласно присяге заявителя до пяти менкалей; и от пяти до десяти — согласно присяге истца и одного весино; и свыше десяти — согласно присяге истца и двух весинос.

[16]

Об отхожем месте и штрафе за него

Всякий, кто будет иметь отхожее место открытым рядом с какой-либо улицей, платит каждый день пять мараведи, пока не накроет его; ибо [если] зловоние из ямы, которая будет распространять запах на улице или по соседству, в течение трех дней после увещевания не будет хозяином устранено, пусть он платит каждый день один мараведи; и эти штрафы взимает альмутасаф и делит их с истцом согласно фуэро.

[17]

Если кто будет иметь стену напротив чужого двора

Если кто-либо, у кого стена дома будет выходить в чужой двор, захочет сделать в стене окно, пусть поднимет его и делает от уровня груди владельца стены, и ширина окна пусть будет от запястья до кончиков пальцев (una mano) и не больше; и если кто-либо сделает его ниже или шире, платит каждый день [145] владельцу двора один мараведи, и судье, и алькальдам, пока не закроет его.

[18]

О том, как один дом должен принимать воду от другого

Также повелеваю, чтобы один дом принимал водосток от другого согласно указаниям алькальдов, пока вода не вытечет на улицу или к месту, где она должна выливаться.

[19]

О навозных ямах

Пусть никто не делает навозные ямы в чужом земельном владении, но только на общинном выгоне (exido); также всякий, кто захочет ее сделать, пусть возьмет участок (solar) на выгоне совета; и всякий, кто предписание этого закона (ley) 7 нарушит, платит каждый день пять мараведи, пока не исправит согласно установленному.

[20]

Пусть приход не отвечает за такого весино

Повелеваю, чтобы приход не отвечал за весино, который не будет принят в него, ни за тех, кто не будет записан в приходскую книгу (padron); также весино пусть никогда не выходит из прихода, если не заплатит за свою долю платежей прихода за то время, сколько он будет его весино; и после выхода он не должен отвечать за обязательство прихода, которое было принято, или за долг; и выход пусть будет в субботу в вечерню или в воскресенье на обедне.

Титул IV

[Пусть каждый убийца платит двести мараведи и 1/8 часть из трехсот солидов и становится врагом]

[1]

Об убийцах

Повелеваю, чтобы всякий, кто совершит убийство, платил двести мараведи, как [судебный] штраф (calonna), и мне 1/8 часть [146] из трехсот солидов, и то, что остается от этих солидов, оставляю вам из божьей любви и за вашу привязанность; ибо эти триста солидов принадлежат мне по праву, чтобы я делал с ними то, что мне будет угодно; и убийца, после того, как будут выплачены штрафы и 1/8 часть виры, пусть становится врагом; но до того, как он уплатит и станет [врагом], он должен быть вызван на божий суд (deue ser desafiado) 8 в воскресенье в совете следующим образом: ближайшие родичи убитого в тот день в совете всех тех, кто ранит, или убьет, или прикажет ранить, пусть вызовут на божий суд до пяти [человек] и не более; и если четверо, или трое, или двое только будут участниками убийства, то вызываются на божий суд только они, а не другие; также, если только один будет убийцей, пусть только он вызывается на божий суд и никто другой; посему повелеваю, чтобы не вызывали на божий суд тех, с которых будет снято обвинение в убийстве, ни из-за ненависти, ни из-за корыстолюбия; кто бы ни был вызван на божий суд, если будет отрицать убийство, то пусть смотрят алькальды и расследуют (epesquiran) 9тщательно, имеет ли обвиняемый вину в убийстве или не имеет; и если будет виновен, платит [штрафы] и становится врагом; но если не будет виновен, не платит и не становится врагом; однако, если вызванный на божий суд пообещает доказать со свидетелями, что не имеет он вины в убийстве, пусть предоставит доказательства до третьей пятницы и отвечает на брошенный вызов; если нет, не имеет это [законной] силы.

[2]

Об убийствах

Поскольку много тех, кто, не являясь родней убитого, но, желая [получить] штрафы, становятся родичами, и еще может случиться, что тот убийца, чтобы выговорить лучшие условия, бывает вызван на божий суд каким-либо неизвестным родичем, постольку, чтобы избежать всех этих уловок, повелеваю, чтобы всякий, кто не будет известен, и весино вызовет на божий суд или захочет [вызвать], пусть даст сначала в совете законных поручителей (fiadores valederos) в том, что вся родня [убитого] будет удовлетворена тем решением, которое он получит в суде, и что в связи с этим никто ему не предъявит иск; если он не сделает так, то нельзя одному вызывать на божий суд, а другому отвечать по праву; и как только будут даны поручители, пусть он приносит присягу с двумя весинос, что у [147] убитого в ближайшей округе не имеется более близкого родича, [чем он]; и, сделав это, пусть отвечает подозреваемый. Также повелеваем, чтобы всякий, кто захочет примириться с врагом (saludar), 10 примирялся бы в воскресенье в совете, а не в другом месте; и никого не вызывают на божий суд за убийство более одного раза, и только в совете.

[3]

Пусть в воскресенье вызывают на божий суд своих врагов

После того, как истец в воскресенье, как уже сказано, вызовет на божий суд своих врагов, пусть даст им мир (atreguelos) сразу же в первую пятницу; и если в эту пятницу он [(вызванный)] не явится (В оригинале — "non vinieren" {они не явятся), в то время как далее по тексту речь идет о том, что убивают одного "врага" (matelo). Следует, на наш взгляд, принять вариант FCFP (CCCLXVI) и FCFS (XIV, 6): "SL.non venerit... occidat eum" (если... не явится,... убивает его).) отвечать в суде, пусть вызывавший убьет его [(вызванного)] без штрафа; но он [(вызванный)] не проигрывает тяжбу, пока не пройдет третья пятница со дня, когда его призвали на божий суд, о чем мы скажем дальше.

[4]

Об одном вызванном на божий суд

Если только один [обвиняемый] будет вызван на божий суд и в пятницу он сознается (fuere manifiesto) 11 перед алькальдами, пусть он уплатит штраф и становится врагом навечно; и если будет отрицать [убийство], пусть он очищается с двенадцатью весинос, и примиряются с ним, или приносит присягу лично, и вызывают его на поединок; и пусть это будет по выбору истца; и если он будет вызван на поединок и проиграет на поле, платит штрафы и становится врагом навечно; и если победит, то отказываются от обвинения против него на поле и примиряются с ним в совете.

[5]

О двоих вызванных на божий суд

Если двое будут вызваны на божий суд и в пятницу оба сознаются, пусть оба уплатят штрафы; после этого истец выбирает, кто из вызванных на божий суд становится врагом на год, а кто навечно. [148]

[6]

Об одном, который сознается

Если один сознается, а другой нет, пусть сознавшийся уплатит половину всех штрафов и становится врагом навечно, а другой приносит присягу с двенадцатью весинос и объявляется невиновным или приносит присягу лично и отвечает в поединке, что истец предпочтет; и если он будет сражаться и победит, отказываются от обвинения против него на поле и примиряются с ним в совете; и если он будет побежден, пусть уплатит половину штрафов и становится врагом на год; и если оба [обвиняемые] будут отрицать [свою вину], выбирает истец того, кто из них будет сражаться в поединке, и если [обвиняемый] победит, отказываются от обвинения против него на поле и примиряются с ним в совете; и если будет побежден, платит половину штрафов и становится врагом на год, и другой очищается с двенадцатью весинос и примиряются с ним; и если он не сможет это исполнить, платит половину штрафов и становится врагом на год.

[7]

О троих вызванных на божий суд

Если трое будут вызваны на божий суд и все сознаются в пятницу, все вместе пусть уплатят штрафы; затем истец выбирает, кто из них станет врагом на год и кто навечно, и с третьим примиряются; и если один из троих сознается, а другие нет, пусть он уплатит половину штрафов и становится врагом навечно; затем истец выбирает, который из двоих оставшихся сражается в поединке, и если будет побежден, платит половину штрафов и становится врагом на год; и если победит, отказываются от обвинения против него на поле и примиряются с ним в совете; и третий очищается с двенадцатью весинос, и с ним примиряются; и если он исполнить это не захочет, пусть станет врагом на один год; и если двое сознаются, а третий не сознается, сознавшиеся платят все штрафы; затем истец выбирает, который из них станет врагом на год, а кто навечно; и третий очищается с двенадцатью весинос и примиряются с ним; и если не сможет это исполнить, пусть станет врагом на один год. [149]

[8]

О четверых вызванных на божий суд

Если четверо будут вызваны на божий суд и все в пятницу сознаются, все штрафы пусть платят вместе; затем выбирает истец, кто из вызванных на божий суд станет врагом на год, а кто навечно, и с двумя оставшимися примиряются; и если один сознается, а трое нет, то сознавшийся платит половину штрафов и становится врагом навечно; затем выбирает истец, кто из трех оставшихся сражается в поединке, и если победит [обвиняемый], отказываются от обвинения против него на поле и примиряются с ним в совете; и если он будет побежден, платит половину штрафов и становится врагом на один год; и каждый из двух оставшихся очищается с двенадцатью весинос и с ними примиряются; и кто не сможет очиститься, пусть станет врагом на один год; и если двое сознаются, а двое нет, то сознавшиеся платят все штрафы; затем выбирает истец, кто из сознавшихся станет врагом на один год, а кто навечно; затем каждый из оставшихся очищается с двенадцатью весинос и с ними примиряются; и тот, кто не сможет очиститься, пусть станет врагом на один год; и если трое сознаются, а один нет, сознавшиеся платят все штрафы; затем выбирает истец, кто из тех троих станет врагом на год, а кто навечно; и с третьего сознавшегося снимают обвинение; и четвертый, который отрицал вину, очищается с двенадцатью весинос, и с ним примиряются; и если он не сможет очиститься, пусть станет врагом на один год.

[9]

О пятерых вызванных на божий суд

Если пятеро будут вызваны на божий суд и все в день пятницы сознаются, пусть вместе уплатят все штрафы; затем выбирает истец, кто из вызванных станет врагом на год и кто навечно, и с другими оставшимися примиряются; и если один сознается, а оставшиеся четыре нет, то сознавшийся платит половину штрафов и становится врагом навечно; затем выбирает истец, кто из оставшихся сражается в поединке; и если победит, отказываются от обвинения против него на поле и примиряются с ним в совете; и если проиграет, платит половину штрафов и становится врагом на год; и каждый из оставшихся очищается с двенадцатью весинос и с ними примиряются; и кто не сможет очиститься, пусть станет врагом на год; и если двое сознаются, а другие нет, пусть сознавшиеся платят все [150] штрафы; затем выбирает истец, кто из сознавшихся станет врагом на год, а кто навечно; и каждый из оставшихся очищается с двенадцатью весинос и с ними примиряются; и кто не сможет очиститься, пусть станет врагом на год.

[10]

О троих сознавшихся

Если трое сознаются, а двое нет, сознавшиеся платят все штрафы; затем выбирает истец, кто из сознавшихся станет врагом на год, а кто навечно, и с третьим сознавшимся примиряются; и каждый из тех, кто будет отрицать [вину], очищается с двенадцатью весинос и с ним примиряются; и кто не сможет очиститься, пусть станет врагом на год.

[11]

О четверых сознавшихся

Если четверо сознаются, а один нет, сознавшиеся платят все штрафы; затем выбирает истец, кто из сознавшихся станет врагом на год, а кто навечно; и с двумя сознавшимися, которые останутся, примиряются, и еще один пусть очищается с двенадцатью весинос, и с ним примиряются; и если он не сможет очиститься, пусть станет врагом на год.

[12]

Об одном вызванном на божий суд

Если один будет вызван на божий суд и в день пятницы не явится дать удовлетворение (conplir de derecho), уже только поэтому платит все штрафы и становится врагом на один год; и если двое будут вызваны на божий суд, и никто не явится в срок, выбирает истец, кто из них станет врагом на год, а кто навечно, и платят они все штрафы согласно фуэро; и если явится один, а другой нет, и тот, который явится, сознается, платит все штрафы и становится врагом на год; и если он будет это отрицать, пусть тот, кто не явится, уплатит половину штрафов и становится врагом навечно; и тот, кто не сознается, очищается с двенадцатью весинос или приносит присягу лично и отвечает в поединке, что истцу будет предпочтительнее; и если он будет сражаться в поединке и победит, отказываются от обвинения против него на поле и примиряются с ним в совете; если он будет побежден, пусть уплатит половину штрафов и станет врагом на год. [151]

[13]

О троих вызванных на божий суд

Если трое будут вызваны на божий суд и один явится в срок, а двое нет, пусть те, кто не явится, платят все штрафы и становятся врагами, один на один год, а другой навечно; и тот, кто явится, пусть очищается с двенадцатью весинос и с ним примиряются; и если он не сможет очиститься, пусть станет врагом на год; и если двое явятся, а третий не явится, пусть тот, кто не явится, платит половину штрафов и становится врагом навечно; и из [тех] двоих, которые явятся, выбирает истец, кто [из них] будет сражаться в поединке; и если победит, отказываются от обвинения против него на поле и примиряются с ним в совете; если он будет побежден, пусть уплатит половину штрафов и станет врагом на год; и третий очищается с двенадцатью весинос и с ним примиряются; и если он не сможет очиститься, пусть станет врагом на год.

[14]

О троих вызванных на божий суд, которые не явятся

Если не явится в срок ни один из троих вызванных на божий суд, пусть они вместе платят все штрафы; затем выбирает истец, кто из них станет врагом на год, а кто навечно; и когда третий явится, если будут уплачены все штрафы, с ним примиряются.

[15]

О четверых вызванных на божий суд

Если четверо будут вызваны на божий суд и один из них явится в срок, а другие нет, те, кто не явится в срок, пусть платят все штрафы и один из них станет врагом на один год, а другой навечно; и когда третий явится, если будут уплачены все штрафы, с ним примиряются; и четвертый, который явится, очищается с двенадцатью весинос, и с ним примиряются; и если он не сможет очиститься, пусть станет врагом на год; и если двое явятся, а двое нет, те, которые не явятся, становятся врагами, один на один год, а другой навечно и платят все штрафы; и двое, которые явятся, очищаются каждый с двенадцатью весинос и с ними примиряются; и тот, кто не сможет очиститься, пусть станет врагом на год. [152]

[16]

О троих, которые явятся

Если трое явятся, а один нет, тот, кто не явится, платит половину штрафов и становится врагом навечно; и один из троих, когда явится, платит половину всех штрафов и становится врагом на год, если будет сражаться в поединке и будет побежден; и если победит, отказываются от обвинения против него на поле и примиряются с ним в совете; но пусть истец выбирает, кто из них должен сражаться в поединке; и каждый из двоих, которые останутся, очищается с двенадцатью весинос и с ними примиряются; а кто не сможет очиститься, пусть станет врагом на год.

[17]

О четверых, которые не явятся

Если ни один из четверых вызванных на божий суд не явится в срок, то пусть они вместе платят все штрафы, и один из них станет врагом на год, а другой навечно; и с двумя, которые не будут врагами, если уплачены все штрафы, когда они явятся, примиряются.

[18]

О пятерых вызванных на божий суд

Если пятеро будут вызваны на божий суд и явится один, а четверо нет, те, кто не явится, пусть платят все штрафы, и один из них становится врагом на год, а другой навечно; и с двумя, которые не будут врагами, если уплачены все штрафы, примиряются; и пятый, который явится, очищается с двенадцатью весинос и с ним примиряются; и кто не сможет очиститься, пусть станет врагом на год.

[19]

О четверых, которые явятся

Если четверо явятся, а один нет, тот, кто не явится, пусть уплатит половину штрафов и станет врагом навечно; затем выбирает истец, кто из тех, которые явятся, сражается в поединке; и если победит, отказываются от обвинения против него на поле и примиряются с ним в совете; и если проиграет, платит половину штрафов и становится врагом на год; и каждый из трех очищается с двенадцатью весинос и с ними примиряются; [153] и если [кто] не сможет очиститься, пусть станет врагом на год; и если трое явятся, а двое нет, эти двое платят все штрафы и становятся врагами на один год первый и навечно второй; а остальные трое, когда явятся, очищаются каждый с двенадцатью весинос и с ними примиряются; и кто не сможет очиститься, становится врагом на один год; и если двое явятся, а трое нет, те, кто не явится, платят все штрафы и становятся врагами, первый на один год, а второй навечно; и с третьим из тех, кто не явится, если уплачены все штрафы, когда он явится, примиряются; и из двоих, которые явятся, каждый очищается с двенадцатью весинос и с ними примиряются; и кто не сможет очиститься, пусть станет врагом на один год.

[20]

О пятерых вызванных на божий суд, которые не явятся

Если из пятерых вызванных на божий суд ни один не явится в срок, пусть они вместе платят все штрафы и один из них станет врагом на год, а другой навечно; с тремя, если уплачены все штрафы, примиряются.

[21]

Если будет заперт [истец] теми, кто не явится

Когда истец в третью пятницу теми, кто не явится в срок, будет заперт, пусть он в первое воскресенье после [истечения срока] назовет в совете любого, кто станет врагом на год, а кто навечно.

[22]

О тех, кто не явится в срок

Вызванные на божий суд, если они не явятся в срок, теряют все свое имущество, которое они будут иметь, за указанные штрафы, как движимость, так и недвижимость, до тех пор, пока не будут уплачены все штрафы; и всякий, кто не отдаст то имущество, платит все штрафы за сбежавшего убийцу; и если кто-либо будет держать какое-либо имущество сбежавшего убийцы, пусть отдаст его судье и алькальдам, и они имеют власть продать его, дать в залог и взять из него все вещи, которые они смогут из него получить до тех пор, пока не наберут все штрафы; и тот, кого они будут подозревать, что он утаивает какую-либо вещь из имущества убийцы, пусть отвечает в суде, принеся присягу с двумя весинос, и присяге верить. [154]

[23]

О том, кто купит имущество убийцы

Если кто-либо купит имущество убийцы перед тем, как тот уплатит штрафы, то не имеет это [законной] силы; [судебный] штраф за убийство платит убийца после того, как он будет побежден в течение трех [сроков] по девять дней; так, в первую девятидневку платит треть штрафов одеждой и другую треть во вторую девятидневку — скотом, и последнюю треть в третью девятидневку — золотом; и если случится, что до [истечения] трех сроков по девять дней он не уплатит весь штраф, как уже сказано, за то, что останется [должен], пусть родичи убитого отрежут ему правую кисть и пусть станет он в связи с этим врагом.

[24]

О том, как следует считать мараведи

Всякий, кто должен будет отдавать мараведи как штраф, платит ими согласно расчету в три с половиной менкаля за мараведи; и судья держит убийцу под арестом, если тот не даст поручителя за указанный штраф; и поручители, если не смогут его доставить в срок, как сказано в фуэро, платят все штрафы, за [уплату] которых они поручатся, и если они их не смогут заплатить, заключаются в темницу судьи, пока не уплатят.

[25]

О том, как берутся штрафы

Вызывающие на божий суд, будь то один или будь их много, пусть возьмут ту часть штрафов, которая им будет принадлежать, а не другие, если по праву они вызовут на божий суд; и если кто-либо ранит или убьет человека и будет схвачен при бегстве судьей или алькальдами и в той темнице его кто-либо из родственников того, кого он убил или ранил, или другой кто-либо, кто не будет родственником, ранит или убьет его прежде, чем, согласно праву, он будет побежден, пусть платит за преступление, которое совершит, вдвойне и становится врагом; и если другие, которые не будут алькальдами, его схватят и не будут защищать его до тех пор, пока он не даст поручителей, согласно фуэро Куэнки, и будет он ранен или убит в их руках, нанесшие раны или убившие его пусть удваивают [штраф] за любое преступление, какое они совершат; и захватившие его, [155] если не будут держать его до тех пор, пока не представят судье или алькальдам, если он убежит, платят все штрафы; но захватившие не платят за смерть задержанного, если он против их воли будет ранен или убит; также всякий, кто задержанного человека убьет в городе или вне его, платит за преступление, которое совершит, вдвойне.

Титул V

[О том, кто человека убьет за поручительство за безопасность или нападет на доверившегося или с которым они примирились]

[1]

О том, кто убьет человека за поручительство за безопасность

Повелеваю, чтобы всякий, кто убьет человека за поручительство за безопасность, или с которым примирились, или доверившегося, платил четыреста мараведи, если убежит; и если будет схвачен, надлежит его сбросить; и если алькальды не найдут, из чего взять возмещение в уплату штрафов, поручители за безопасность пусть платят все штрафы до [истечения] трех [сроков] по девять дней, а именно: третью часть одеждой, и третью часть скотом, и третью часть золотом; и если до [истечения] трех [сроков] по девять дней он [(преступник)] не заплатит этот штраф, как уже сказано, по истечении срока не дают [(поручителям)] ни есть, ни пить до тех пор, пока они не умрут от голода и жажды в тюрьме; но если поручители смогут держать виновного и передать в руки судьи, пусть они будут неприкосновенны и свободны от того поручительства.

[2]

О том, кто будет отрицать поручительство безопасности

Если случится, что убийца будет отрицать, [что предоставил] поручителей за безопасность, пусть секретарь совета доказывает это с судьей или с одним алькальдом и платит [убийца], как уже сказано; и если секретарь или судья не найдут [доказательств] поручительства, доказывают его два алькальда, [156] и платит [убийца] согласно фуэро; и если не смогут доказать поручительство за безопасность, как уже сказано, и убийца признается в убийстве, платит он двести мараведи; и поручительство за безопасность выбирает истец или тот, кто будет убийцей, пусть приносит присягу с двенадцатью весинос и присяге верить, или приносит присягу лично и отвечает равному себе и сражается в поединке (rresponda a su par i lidie); и если он будет побежден, подлежит наказанию смертной казнью, как уже сказано много раз; и если победит, платит двести мараведи и становится врагом согласно фуэро, но пусть обвинение в предательстве (tray§ion) будет снято; и если вдруг он будет отрицать убийство и поручительство за безопасность и не сможет доказать со свидетелями, пусть очищается с двенадцатью весинос или отвечает равному себе и сражается в поединке; и если он будет побежден, надлежит его сбросить; и если победит, отказываются от обвинения против него на поле и примиряются с ним в совете.

[3]

О предателе, который убежит

Если случится, что предатель (traydor) 12 убежит и поручители за безопасность будут отрицать поручительство, доказывает его [(поручительство)] судья или те алькальды, которые их [(поручителей)] принимали, и платят [поручители] четыреста мараведи; и если не смогут они доказать [поручительство], пусть оставят их [(кого считали поручителями)] в мире, и никто никогда пусть больше не предъявляет им иск.

[4]

Если алькальдов не будет в живых

Если случится, что судьи или алькальдов, которые принимали поручителей, не будет в живых, пусть каждый поручитель очищается с двенадцатью весинос и присяге верить, и если не смогут очиститься, платят четыреста мараведи за указанные [выше] штрафы.

[5]

Чтобы не забывали поручителей за безопасность

По указанным причинам и для того, чтобы поручительства не забывали, повелеваем согласно фуэро, чтобы все поручительства за безопасность обновлялись каждый год и записывал их [157] нотариус (escribano publico), [начиная] от праздника святого Михаила в течение тридцати дней.

[6]

О поручителях за безопасность

Всякий, кто должен будет дать поручителей за безопасность согласно фуэро Куэнки, дает их за себя и за всех своих родичей, которые будут [находиться] в округе Куэнки; и если тот, которого будут подозревать, не захочет дать поручителей за безопасность согласно фуэро Куэнки, если более не будет приглашен (si mas non sea conbidado) [их дать], пусть даст их до [истечения] третьего дня; но если будет он таким упрямым, что не захочет их дать никаким образом, пусть судья и алькальды задержат его и наденут колодку до [истечения] третьего дня; и как только истечет третий день, изгоняют его из города, и если после того, как он будет изгнан из города, он вновь будет там встречен, пусть задержит его судья [чтобы получить] штраф в сто мараведи; и столько же платит хозяин дома, где будет засвидетельствован [злоумышленник].

[7]

О том, кто будет защищать себя

Хотя фуэро выше и повелевает платить штрафы всякому, кто человека ранит или убьет, но если кто-либо первый запрещенным оружием ранит другого или схватит рукой бороду и терпящий несправедливость его ранит или убьет, он не платит штраф и не становится врагом.

[8]

О том, как следует брать виру

Так как имеются селения и люди, обычай и фуэро которых таков, что когда муж совершает убийство, или кражу, или такой грех, за который он должен лишиться всего своего имущества, тогда жена забирает половину всего их имущества, которое ей полагается, а другую половину берут в счет штрафа, поэтому, чтобы отменить целиком этот обычай, повелеваем, чтобы, если кто убьет человека, или продаст, или совершит другой такой грех и убежит, судья забирал все имущество как жены, так и мужа за преступление, которое он совершит, хотя недвижимость или движимость будет [принадлежать] жене, а не мужу; ибо жена, которая не один раз обычно пользуется доходом, [158] который муж добывает, пусть не удивляется, если она иногда будет сожалеть по поводу вещей, которые потеряет из-за мужа, ибо справедливо, когда, пользуясь [вещью], они радуются и делят ее [между] собой, то и печаль, когда она придет, пусть разделят оба; и то, что останется после уплаты штрафа, из движимости, или недвижимости, или денег, отдают жене или тем, кто должен получить ее имущество; но если тот, кто будет пойман, умрет за грех, который совершил, ближайшие родичи наследуют его имущество, как движимость, так и недвижимость.

[9]

Свобода тех, кто найдет древнее сокровище

(В FCFP (СССХХII) и FCFS (XV, 12) - "О том, кто найдет древнее сокровище".)

Жалую также вам, чтобы всякий, кто найдет древнее сокровище (tesoro viejo), владел им и не отвечал за него ни королю, ни другому сеньору; но если кто-либо в чужом владении найдет какое-либо сокровище, пусть господин владения получит его половину.

[10]

О рыночной пошлине

Также жалую вам, чтобы любому, кто будет сборщиком рыночной пошлины в Куэнке, не давали ни рыночную пошлину, ни дорожную пошлину (peaje), ни в городе, ни вне его, за исключением того, что, согласно праву, должны дать; и хотя торговец 13 в городе не уплатит дорожную пошлину и сборщик рыночной пошлины его настигнет в дороге, пусть возьмут дорожную пошлину, которую должны будут получить по праву, а не другой штраф, и не заставляют его вернуться [в город].

[11]

Об ушедшем враге, который будет встречен

Если какой-либо враг, который после того, как он открыто (manifiesta mente) уйдет из города, еще раз будет встречен или засвидетельствован его врагами [в городе] или в деревнях, то пусть хозяин дома, где он будет засвидетельствован, уплатит сто мараведи; и хотя не смогут засвидетельствовать его [нахождение] в каком-либо доме, но будут кого-либо подозревать, [159] что он его укрыл, следует, чтобы он очистился с двенадцатью весинос, что после того, как [враг] был изгнан [из города], он не входил в его дом, и присяге верить, и если он не захочет принести присягу или не сможет принести присягу, платит сто мараведи, как уже сказано.

Титул VI

[О том, как должны проходить выборы судьи, и алькальдов, и секретаря, и альмутасафа, и судебных приставов, и как их проводить]

[1]

О судейской должности и алькальдах, [и] как их [(выборы)] должны проводить

Повелеваю, чтобы в воскресенье, следующее за праздником святого Михаила, совет каждый год, согласно фуэро, назначал судью, и алькальдов, и секретаря, и судебных приставов, и сайона, и альмутасафа; и потому говорим "каждый год", чтобы никто ни нес службу, ни [занимал] должность (oficio, nin portillo) в совете более года, если только совет не попросит об этом; в этот же самый воскресный день приход, где должна быть должность судьи, пусть выдвигает судью умного и опытного, который умел бы различать правду и ложь, право и произвол, и должен он иметь дом в городе и коня; ибо всякий, кто не будет держать в предшествующий год в городе заселенный дом и коня, не должен быть судьей; также не должен быть ни судьей, ни алькальдом тот, кто захочет получить судейскую должность силой; также каждый приход в указанный день пусть выбирает своего алькальда, чтобы он, как мы сказали о судье, имел заселенный дом и коня в городе в предшествующий год; но если какой-либо приход в указанный день, выбирая судью, не придет к согласию, пусть судья и алькальды предшествующего года берут его, бросая жребии на пятерых людей того прихода, добрых и мудрых, где должна быть судейская должность, как уже сказали; и тот, кому выпадет жребий, пусть будет судьей, а не другой; также алькальды предшествующего года выбирают алькальда в приходе, не пришедшем к согласию. [160]

[2]

О том, кто захочет [получить] должность судьи или алькальда силой

Тот, кто должность судьи или должность алькальда захочет [получить] силой алькальдов, или родственников, или короля, или сеньора города, или продаст ее, или сделает другого [своим] уполномоченным (pergonnero) [на этой должности] до принесения присяги, пусть не будет ни судьей, ни алькальдом во все дни своей жизни, не несет ни службу, ни занимает должность в совете.

[3]

Как приносит судья присягу

И после выборов, и после того, как все соберутся, и как выборы будут утверждены всем народом, судья приносит присягу на святом Евангелии в том, что он ни из-за любви к родичам, ни из-за привязанности к детям, ни из-за алчности к имуществу, ни из-за личной неприязни, ни по просьбе, и ни за друзей, ни весинос, ни чужаков не нарушит предписания фуэро, и не разрушит его, и не свернет с дороги справедливости; также затем пусть об этом принесут присягу алькальды, затем секретарь, и альмутасаф, и сайон; эти указанные [лица] приносят присягу в совете; и должны они принести присягу на верность совету, за исключением королевской чести (salua la onrra del rrei); (По-видимому, в последнем случае речь идет о принесении присяги королю, которую должностные лица муниципии приносили либо во дворце (точнее, в королевской резиденции в самом городе), либо непосредственно королю) судебные приставы приносят присягу или в совете, или в палате алькальдов, и не исполняют иные обязанности, исключая только [те], о которых принесут присягу.

[4]

О судье или алькальде, который будет уличен во лжи

Если вдруг судья или алькальд будет уличен во лжи или в подлоге уже после того, как будет принесена присяга, пусть он лишается и службы, и должности в совете, и за это пусть объявят его вне закона (sea encartado), и никогда больше не принимаются его свидетельские показания; и всякий ущерб, который вследствие этого будет причинен, он возмещает вдвойне; и [161] этому наказанию подлежит судья или алькальд, который утаит правду, или спросит свидетелей не о том, о чем они принесут присягу, или если даст ложное свидетельство, или если не будет хранить верность совету, или если с презрением отнесется к решению [согласно этой] грамоте, или не разрешит, чтобы читали [эту] грамоту, угрожая секретарю, произнося оскорбительные слова.

[5]

Пусть судья и алькальды будут справедливыми

Повелеваю судье и алькальдам, чтобы они были справедливыми к бедным и богатым, знатным и незнатным; и если случится, что по их вине кто-то не получит защиты и явится ко мне, жалуясь, и я смогу доказать, что решение принято не в соответствии с фуэро, пусть судья и алькальды уплатят королю сто мараведи и истцу вдвое по иску.

[6]

О том, кто подаст иск

Также всякий, кто подаст иск судье или алькальдам, или в совет, по которому судья должен будет направить судебного исполнителя, и не направит его до следующего дня, пусть заявитель скажет об этом алькальдам, и тогда судья платит десять мараведи алькальдам и вдвойне — предъявившему иск; и если алькальды не захотят заставить судью, платят они совету десять мараведи и вдвойне предъявившему иск.

[7]

О том, кто подаст [иск] в совет раньше, чем алькальдам

Всякий, кто подаст свой иск в совет раньше, чем покажет его судье и алькальдам, платит десять мараведи судье и алькальдам, и тот, кому иск будет предъявляться, пусть получит долю [штрафа], как один из алькальдов.

[8]

О плате судье

Повелеваю, чтобы судья получал в оплату службы, которую он окажет совету, сорок менкалей, и пусть их даст совет; также он берет 1/7 из пятин (quintas) и тех вещей, которые совет дает королю или сеньору города по своей воле; и говорится "по своей воле" потому, что никогда совет Куэнки ни королю, ни [162] другому кому-либо, ни еще кому-либо ни согласно фуэро, ни по праву, не должен давать какую-либо вещь; ибо я освобождаю его от всякого угнетения (premia) короля и сеньора, и от всякого платежа, поземельного налога и отработок; но где король или старший сеньор над городом будет судьей (juez) пусть он получает 1/7 из пятин; и кроме пятин получает судья пять солидов от своих ворот 14 и 1/7 штрафов, которые принадлежат дворцу и которые он взыщет.

[9]

О том, что останется невыплаченным предшествующему судье

Если вдруг что-либо останется невыплаченным (sobrar) предшествующему судье из дарения, которое сеньор города даст совету, или из пятин, или по отчету совета в указанное воскресенье сложения полномочий, то, что не будет уплачено, платит новый судья и берет из этого платеж, который ему [(предшествующему судье)] принадлежит; ибо если предшествующий судья или алькальды в тот день будут держать арестованного человека за преступление, по которому не вынесено решение или в котором не сознался [обвиняемый], пусть выносит решение судья с новыми алькальдами и они получают [штрафы], если будет законное основание; но если в этот указанный воскресный день старый судья или алькальды будут держать человека, побежденного за преступление или сознавшегося [в нем], пусть они получат [штрафы] или делают то, что захотят; все другие штрафы делят судья и алькальды, и алькальды с судьей, за исключением тех, о которых уже сказано.

[10]

Пусть алькальды рассматривают дела только тех, кто явится к ним

Следует знать, что судья и алькальды могут рассматривать дела только тех, кто явится в их суд; ибо это установление дается для тех, кто обычно сначала принимает решение, а затем выслушивает тех, кто явится в их суд.

[11]

О должности судьи

Вот что должен делать судья: принимать поручителей за безопасность в штрафах, [причитающихся] совету; и должен брать пятины, и штрафы, и те вещи, которые совет будет давать как [163] сервисьо 15 королю или другому; и пусть принимает поручителей по [уплате] штрафов и по искам, которые ему подадут; и пусть принимает поручителей у судебных приставов, и дома с залогом, в которых совет должен получить свой платеж; и должен он дать право всем тем, кто к нему обратится с иском; и должен он задерживать тех, кто не будет давать залог или будет его отбирать; и должен он судить у своих ворот и рассматривать дела тех, которые явятся на его суд.

[12]

О времени, когда объявляют о сроках

Время, когда объявляют о [начале течения] и истечении сроков, пусть будет от третьего до шестого часа; о начале [течения] сроков объявляют на обеих площадях; и судья судит у своих ворот с одним присяжным алькальдом (alcalde jurado), a не с другим.

[13]

О том, как должен оставить судья кого-либо вместо себя

Если случится, что по какой-либо надобности судья уедет из города в какое-либо место, пусть оставит вместо себя одного из присяжных алькальдов, чтобы он судил вместо него и исполнял возложенное на него полностью; и если он не будет [делать так, пусть тот назначенный судья (juez fechizo) возмещает весь ущерб, который по его вине будет причинен городу; таковы суть дела, в которых присяжный судья (juez jurado) должен выступать от своего имени, и все другие [дела] принадлежат судье и алькальдам, такие, как правосудие над всеми преступниками во всем городе, вынесение решений и решение дел коллегиально во все дни пятницы.

[14]

О тех, кто подаст иск алькальдам

Если случится, что какой-то потерпевший подаст иск судье и алькальдам и немедленно не восстановят они его право, пусть заплатят они по иску вдвойне и ущерб, который будет причинен городу, вдвойне; и этот штраф делят [между собой] совет и истец. [164]

[15]

О выбранном на год судье (juez annal), который направит вместо себя [другого] взять залог

Если выбранный на год судья направит вместо себя кого-либо взять залог в деревни и залог у него будет отобран, пусть выбранный на год судья возьмет залог у него [(злоумышленника)] в обеспечение штрафа в десять солидов, если тот назначенный судья сможет это [(отнятие залога)] доказать с одним весино; и также, если у выбранного на год судьи будет отобран залог, [(злоумышленник)] платит пять мараведи и алькальды берут залог в обеспечение обоих штрафов; и если этот вероломный [злоумышленник] то же самое сделает и по отношению к алькальдам, платит десять мараведи, и совет берет залог в обеспечение обоих штрафов, как об этом мы далее расскажем подробно.

[16]

О назначенном судье, который имеет половину в своем штрафе

Да будет известно, что назначенный судья имеет половину в своем штрафе; и судебные приставы и сайон — четвертую часть штрафа; штрафы судьи и алькальдов делит судья, за исключением штрафа в десять солидов, как уже сказано.

[17]

О том, как должны назначать продавца

Судья и алькальды назначают муниципальным продавцом (vendedor publico) весино, чтобы он продавал имущество, которое ему дадут [для продажи], и его называют корредор, будь он еврей или мавр; и всякий, кто другого продавца встретит продающим товары, отбирает их без штрафа.

[18]

О судье или алькальдах, если они возьмут какой-либо дар (dono)

Если судья и алькальды тайно за решение, которое они вынесут, возьмут дар у сторон тяжбы (contendores), их решение не имеет силы, и за это они платят вдвойне по иску, по которому будет вынесено решение. [165]

[19]

О должности секретаря совета

Секретарь в управлении городом считается вторым после судьи и алькальдов и поэтому о нем говорится во вторую [очередь]; секретарь пусть будет верным, читая книгу [фуэро], и отчет совета, и падрон 16 совета, который пусть всегда держит так, как он будет записан с присяжными секретарями, и пусть следит, чтобы не вносили в книгу [фуэро] ничего без приказа короля или совета, и не вычеркивает ничего из книги судебных решений; также отчеты судьи и алькальдов пусть он хранит верно и не совершает в них обмана; и если секретарь эти вещи, о которых сказано, будет верно хранить, пусть даст ему совет сорок менкалей и одного подростка-мавра (morezno) после того, как совет примет участие в походе и добудет имущество; и иск, (demanda) который предъявит совет в конце года, пусть будет прочен (firme).

[20]

О секретаре

Если секретарь будет уличен в подлоге (falsead) или обмане до ста менкалей, платит вдвойне, как вор (lasdron); и свыше ста, если будет уличен в обмане и в книге решений что-либо вычеркнет или запишет [без приказа], пусть отрежут ему большой палец на правой руке, и за ущерб, который он причинит, платит вдвойне.

[21]

О плате алькальдам

Пусть совет дает каждому из алькальдов за оказанную службу десять менкалей; и повелеваю, чтобы, если в суде пожалуется на какого-либо алькальда, судья и другие алькальды принуждали его защищать право заявителя, и пока он не сделает этого, пусть не разбирает ни одну тяжбу.

[22]

О должности альмутасафа

Альмутасаф пусть будет [поставлен надзирать] за мерами зерна, и вина, и масла, и соли, за гирями и либрами, и над мясниками, и над лавочниками, и над трактирщиками, и над булочницами, и над рыбаками, и над лесниками, и над [166] гончарами, и над черепичниками, и над кирпичных дел мастерами, и над водоносами (azacanes), и над лесорубами, и над перекупщиками, и над аптекарями или торговцами пряностями; и этот альмутасаф приносит присягу в совете в том, что он будет верным в тех вещах, которые грамота предпишет или совет установит уставом.

[23]

Об альмутасафе

Если кто-либо пожалуется альмутасафу по какой-либо из этих причин, пусть тот час же он возьмет залог в счет штрафа за [нарушение] устава (calonna del coto), как мы скажем дальше; и этот штраф делят на три части, одну треть альмутасаф делит с заявителем, и две, которые остаются, принадлежат совету, чтобы он заделал дыры [в стенах] (los forados) города.

[24]

Об альмутасафе, которого называют небрежным

Если альмутасаф в тех вещах, о которых мы сказали, будет небрежен, или истец не получит защиты, или тайно договорится с кем-либо, платит десять мараведи судье, алькальдам и истцу; также, если альмутасафа не будет на месте, так что некому будет выносить решения истцам в тех делах, о которых мы сказали выше, платит десять мараведи судье, алькальдам и истцу; также альмутасаф дает отчет совету об альмутасафии; и если в каких-либо вещах он будет уличен в обмане, пусть отрежут ему уши, остригут волосы и бьют плетьми на всех улицах или возмещает сто мараведи, что совету предпочтительнее.

[25]

О мерах и весах

Все указанные меры и весы, то есть булочниц, и лавочников, и мясников, [альмутасаф] каждую неделю обмеряет и взвешивает, и у того, чью меру найдет неправильной, берет залог за штраф в десять мараведи и уничтожает ее без штрафа; и альмутасаф следит, чтобы не бросали на улицах нечистоты или грязь, и если кто-либо загрязнит улицу, берет залог за штраф в пять солидов; и всякий весино Куэнки держит в своем доме меры и весы без штрафа, если они будут правильными; ибо всякий, кто будет иметь неправильные меры или весы, платит штрафы согласно фуэро Куэнки. [167]

[26]

О судебных приставах и их уставе

Судебные приставы должны доставлять послания совета и послания, с которыми их направят судья и алькальды, поскольку они должны им подчиняться целиком и полностью (en todo y рог todo) и получать приказы от судьи и алькальдов; и согласно фуэро с утра до ночи пусть один из судебных приставов находится рядом с судьей; и судебные приставы казнят преступников (malfechores) и стерегут задержанных, которых судья будет держать из-за штрафа или за другую вину; и все судебные приставы должны быть всегда готовы в палате алькальдов в день пятницы, и если они не все будут готовы в день пятницы, когда алькальды будут [заседать] в палате и по их вине в палате что-либо случится, платит штраф [отсутствующий] в один мараведи; также, если кто-либо из судебных приставов не будет каждый день, как уже сказано, находиться возле судьи, они все вместе платят один мараведи; также если кто-либо из судебных приставов не исполнит приказ судьи или алькальдов, пусть будет нанят другой за его средства и посылают его в то место, куда он [(судебный пристав)] должен идти; и если кто-либо из судебных приставов послание совета, или судьи, или алькальдов доставит не должным образом (mal recabdare) в округу, платит пять мараведи алькальдам и истцу; и если это будет вне округи, платит десять мараведи.

[27]

О присяжном, который изменит судебное решение

Если кто-либо из судебных приставов будет послан к королю как верный (fiel) и решение, которое при дворе короля будет вынесено, изменит, пусть отрежут ему язык; и судебный пристав, который без приказа судьи или алькальдов возьмет залог, дает залог вдвойне и платит алькальдам один мараведи.

[28]

О судебном приставе, который возьмет залог

Когда судебный пристав по приказу судьи или алькальдов возьмет залог, пусть отдаст залог тому, по чьему приказу он его возьмет; и тот, кто получит от судебного пристава залог, пусть будет свидетелем сделки (sea otor) судебному приставу в том залоге, если будет необходимо; и если судебный пристав не [168] сделает этого и залог заложит или продаст за бесценок (se mal metiere), удваивает залог истцу и один мараведи судье и алькальдам.

[29]

Если судебного пристава направят взять залог с самого заседания суда

Если судья и алькальды, находясь в палате, направят судебного пристава взять залог, пусть тот, кто отнимет залог, уплатит пять солидов, если [это] будет в городе; и если будет в деревнях, платит десять солидов тот, кто отнимет у него залог, если [пристав] сможет доказать это с одним весино, как в городе, так и вне [его].

[30]

О плате судебному приставу

Совет дает судебному приставу в качестве содержания (gualardon) одну восьмую с каждого наследника и с каждого ремесленника (menestral), которые будут иметь свыше двадцати менкалей, за исключением кабальерос и должностных лиц [совета] (aportillados).

[31]

Если задержанный убежит [из заключения], то какое наказание за это судебному приставу

(В FCFP (CCCCLXXII) и FCFS (XVI, 46) - "О судебном приставе, который будет стеречь задержанного".)

Если какой-либо судебный пристав будет стеречь заключенного и тот убежит из заключения, пусть самого судебного пристава поместят на его место и платит он то, что должен был уплатить [сбежавший], или несет наказание, которое должен был понести убежавший.

[32]

О присяге корредора

Корредор, которого назначат алькальды, сначала приносит присягу на верность в палате алькальдов; и если после принесения присяги он будет уличен в подлоге или краже, до пяти менкалей пусть отрежут ему уши; и до десяти — выкалывают [169] ему правый глаз; и до двадцати — выкалывают ему оба глаза; и свыше двадцати — надлежит его сбросить.

[33]

Как [корредор] взимает свое вознаграждение

С вещей, которые корредор будет продавать, пусть он получает с каждого мараведи один динеро, и согласно этому расчету получает с других вещей, которые продаст; но пусть ему будет запрещено, чтобы из вещей, которые он будет продавать, он держал для себя и покупал какую-либо вещь; и когда он будет продавать мавра или какое-либо владение, получает половину менкаля, и если будет продавать коня, получает восемь динеро; и за осла, и за вола получает четыре динеро; и корредор становится свидетелем сделки (otor) за вещи, которые будет продавать; (То есть он должен в случае иска об истребовании вещи из чужого владения выступать свидетелем на стороне ответчика.) но если он не захочет стать свидетелем сделки и другой захочет доказать ему обратное, платит продавец (vendedor) по иску вдвойне.

[34]

О глашатае и сайоне

Сайон или глашатай объявляет о созыве совета по приказу судьи и никого другого на обеих площадях; также объявляет о сроках у ворот судьи; также объявляет обо всем, что прикажут алькальды, за исключением созыва совета и сроков у ворот судьи; также объявляет обо всех пропажах, с которыми заявитель придет к нему, или о том, что будет найдено; и объявляет также о продаже пленных мавров на альмонеде в войсковом стане (almoneda de las almofayas (Almofaya (almofalla) — "войсковой лагерь", "войско" — араб, "mahalla" от глагола "hall" — "отдыхать в местечке" (Corominas, 1976, 1, р. 155). Таким образом, "Almoneda de las almofayas" можно перевести, как "продажа добычи на аукционе в войсковом стане".)) как в городе, так и вне [его]; и пусть дежурит у дверей палаты алькальдов в день пятницы и не в [какой-либо] другой день; и за объявление о продаже на альмонеде, если будет продаваться верховое животное, получает четыре динара; если вол и осел, получает два динара; и если мавр, получает один меах и не более; и если за какое-либо объявление получит больше, платит один мараведи; и если животное [170] будет потеряно как в городе, так и вне [его] и найдется благодаря его объявлению, пусть получит два динеро; и с мавра получает четыре динеро, если он будет весино или из округи Куэнки; и с мавра, который будет не из округи Куэнки, берет один менкаль; и за другие вещи согласно расчету с одного мараведи сайон берет один меах; и пусть возьмет в качестве платы с совета в конце года двадцать менкалей; и если этим вещам, которые установлены для его должности, по его вине будет причинен ущерб, он платит один мараведи [судье], и алькальдам, и истцу.

 

Комментарии

1 Воинские забавы (или турниры) заключались в скачке и, главным образом, в метании копья (bofordar) в деревянные доски (tablados), которые служили мишенью.

2 В тексте — "consejo de bando", где слово "bando" имеет негативный оттенок, обозначая шайку, группу лиц, часто вооруженных (почему в тексте и говорится "если он вынет запрещенное оружие"), которые, без всякого сомнения, преследуют политические цели, например, поддерживая на выборах магистратов своих кандидатов, или выступая против каких-либо мероприятий городского совета. Не исключено, что такие "самозванные советы", может быть, в составе из некоторых действующих магистратов при участии упоминающихся в тексте судьи или алькальда, представляли группировки внутри городского совета Примечательно, что действия членов consejo de bando не рассматриваются как предательство или вероломство, т. е. как тягчайшие (политические) преступления, что косвенно подтверждает последнее наше предположение, что это могли быть именновнутренние конфликты среди членов узкого совета, состоящего из должностных лиц и наиболее именитых граждан общины ("нарочитых мужей").

3 Так же в FSExt. 61. В кастильском обществе признавались две .формы брака: брак по благословению (de bendicion), который совершался со всеми церемониями и освящался церковью, и брак по присяге (a yuras), выражавшийся в заключении контракта, в котором предусматривались те же обязательства, что и в браке по благословению. При этом, однако, основой брачного союза были не церемонии церковного бракосочетания, а обоюдное согласие сторон. Обе формы брака считались одинаково законными. Важнейшими обрядностями при заключении браков были: обручение (esponsales) — соглашение между женихом и отцом (или, точнее говоря, родителями невесты, так как права матери и отца были одинаковы), в силу которого жених приобретал право на свою будущую супругу, и свадьба (casamiento), во время которой отец передавал невесту жениху. Э. Инохоса связывал два этих конституирующих акта с германским правом. От имени отца в XIII в. эту церемонию начал совершать священник, который в свою очередь получал невесту из рук отца или родственников и передавал ее будущему мужу (так назыв. traditio). Будущий муж приносил отцу невесты дар деньгами или натурой в знак передаваемой ему власти.

Имелась еще и третья форма союза: так назыв. баррагания (barragania). Это была сделка между холостым мужчиной и незамужней женщиной, договор о дружбе и товариществе, главными условиями которого были постоянство и верность. Мужчина, заключивший соглашение о баррагании, мог являться как духовным лицом, так и мирянином; но, прежде всего, он обязан был быть холостяком. Такого рода контракт, однако, не придавал этому союзу характер брака. Не исключено, что формы брачных союзов, основанных на соглашениях, возникли вследствие мусульманских влияний (Hinojosa E. El elemento germanico. P. 105; Альтамира-и-Кревеа. История Испании. С. 200 — 201). Судебник Куэнки (в 2,1,30) предписывает подвергать смертной казни мужчин, находившихся в законном брачном союзе и одновременно имевших барраган. Об особенном статусе барраган можно судить и по "Поэме о Сиде":

Los de Carrion son de natura tan alta,

Non gelas devien querer sus fijas por varraganas,

quien gelas diera per parejas o por veladas? (Cid. 3275—3277).

[Но из знатного рода каррионские графы:

Они бы этих дочек, рожденьем им не равных,

Не взяли и в наложницы, a в жены - и подавно] (Сид. 3309—3311).

4 Испытанию раскаленным железом подвергались чаще женщины, когда нужно было отвести подозрение в прелюбодеянии, чародействе, сводничестве, убийстве мужа или в продаже христианина маврам (FC. 2,1,34 — 36, 39). Практически все судебники семейства Куэнка — Теруэль, в том числе и в Андалузии (Убеды, Баэсы, Иснаторафа), включают подробное описание процедуры испытания железом, что свидетельствует о существовании этой ордалии до второй половины XIII в. В фуэро Авилес содержится редкая норма о том, что "если женщина будет иметь мужа, или родственника, или сына, которые защитят ее в ходе поединка", необходимость подвергнуться указанному испытанию отпадала (FAviles. Cap. 26). Еще более редкая норма того же фуэро предусматривает применение этой ордалии для мужчины-истца, заявляющего права на имущество умершего (FAviles. Cap. 30).

5 Сравн., например, использование слова "baraja" во время разбирательства в суде короля, предваряющего вызов на поединок (в нашем переводе):

Dexassedesvos, Cid, de aquesta razon;

de vuestros averes de todos pagado ssodes.

Non crecies varaja entre nos e vos (Cid. 3293—3295).

[Этот довод мой Сид, пора вам оставить.

Все мы вам вернули из вашего добра.

Пусть не будет между нами и вами тяжбы] (Сид. 3327—3329).

6 Имеются в виду братства, в которые могли объединяться и ремесленники в городе, и жители деревень. Как правило, такие объединения создавались прихожанами для призрения бедных, похорон умерших своих членов и совместных трапез. Подробнее см. комм. 38 к фуэро Сепульведы.

7 Использование слова "ley" (закон) в тексте судебника ограничено только лишь несколькими местами: собственно в статьях и в некоторых названиях статей (FC.3,13,10; 4,12,13-15; 4,12,17-20; 4,13,15; Ape. 1-3). В двух случаях статьи обозначены как capitulo (FC. 3,4,9; 4,13,15), и только в одном собственно словом "статья" (articulo) (FC. Api. 1). Вообще же использование слова "ley" для обозначения отдельного предписания характерно больше для вестготского законодательства и кодексов Альфонса X (Фуэро Реаль, сер. XIII в.) и Альфонсо XI (Устав Алькала 1348 г.). Исключением среди Пространных муниципальных судебников с точки зрения частоты использования слова "ley" является судебник Иснаторафа, повторяющий Валенсийский кодекс фуэро Куэнки.

8 Смысл desafio — лат. defidare (в букв, смысле — "отзывать верность"), вызова на божий суд (судебное единоборство), заключался в том, что потерпевшая сторона, которая не смогла настигнуть преступников (убийц) по горячим следам, должна была вызвать подозреваемых ею в убийстве лиц в суд и там с соблюдением всех процедур обвинить их в совершении преступления и только затем преследовать тех, чья вина будет доказана: "И за человека, убитого в столкновении, родичи убитого называют пятеро тех, кто был в том столкновении в течение трех сроков по девять дней..." (FTeruel. 18). Судебник Куэнки дает необычайно развитую, казуистическую гипотезу этой нормы и в главе 14, книги 2, статьях с 4 по 20 описывает порядок вызова на божий суд от одного до пяти подозреваемых, не пытаясь сформулировать какие-либо общие принципы, которые можно свести к следующим: а) истцу принадлежит право выбрать, который или которые из вызванных должны стать врагом на год или навсегда, а кто должен быть объявлен невиновным (FC. 2,14, 4—11 и 13 — 20); б) вызванные могут сознаться или нет; первые выплачивают весь или половину судебного штрафа (2,14,4—11); в) такой же критерий применяется в отношении тех, когда одни не являются в суд, а другие являются; все имущество первых, движимое и недвижимое, реквизируется, пока не будет уплачен полностью судебный штраф (2,14,22).

Вообще же субинститут desafio является частью института кровной мести. Остановимся на последнем особо в этом месте нашего комментария, так как нормы, составляющие содержание этого, по сути, макроинститута, включавшего в себя несколько отдельных институтов обычного права, разбросаны по всему тексту судебника.

Итак, в муниципальном праве в XI—XIII вв. сохраняется кровная месть. Зародившись в догосударственную эпоху, она не только сама играла роль регулятора отношений между родами, но послужила у германцев основой для формирования состязательного процесса (Berman H.J. Law and revolution. Р. 52 — 61 и особенно р. 60). Конечно, она не существовала без изменений, сохраняясь с вестготской эпохи. Напротив, она видоизменялась в зависимости от конкретного вида организации общностей, в том числе и в гражданской общине Эстремадуры. Месть в гражданской общине не следует рассматривать как проявление насилия и частного правосудия, отвергаемых публичной властью. Напротив, публичное правосудие в общине и, в определенной мере, на уровне королевского права, например, в судебнике Сепульведы 1076 г., признавало месть в качестве одного из инструментов права и регулятора общественных отношений, интегрируя ее в свою систему права. С середины XIII в. эта ситуация закреплялась как растущей монополией городского рыцарства на власть в общине, так и процессом "присвоения" мести в качестве почетного возмещения оскорбления и бесчестья (Eguia M. M. El riepto. P. 812-813).

Акт кровной мести не был сиюминутной акцией, а само слово ее, обозначавшее venganza, в кастильских текстах не имело значения файды — межродовой вражды древних германцев(Eguia M. M. El riepto. Р. 811). В изучаемую эпоху осуществление мести состояло из двух этапов. Первый носил публичный характер, проходил в присутствии членов городского совета и включал в себя следующие процессуальные действия: вызов на божий суд подозреваемых в убийстве лиц (desafio), если они не были убиты по горячим следам; очистительной клятвы или поединка при отсутствии прямых улик (городские судьи-алькальды в подобных случаях могли даже проводить предварительное расследование на предмет, "имеет ли обвиняемый вину в убийстве или нет..." (FC. 2,4,1); объявления преступника врагом или, точнее было бы говорить, что преступник "уходит" (salga, exca) как враг; предоставления ему временного мира (tregua) для выплат судебных штрафов и вергельдов. После этого по истечении грех сроков по 9 дней осуществление правосудия переходило в руки самого потерпевшего или его родственников. Рассмотрим перечисленные этапы по отдельности.

Desafio в контексте протекания кровной мести — обвинение в преступлении и одновременно вызов на "божий суд". Только эта формальность позволяла законным образом осуществлять свое право на месть (Gibert R. Estudio historico-juridico. P. 515—516). Разрыв "мира" проходил в торжественной обстановке на общем собрании граждан города, обычно в воскресенье. Основаниями к этому являлись: совершение убийства, насилие над женщиной, поджог дома или совершение преступления, относившегося к категории тяжких ("королевских", так как король получал часть штрафов) дел (FSExt. t. 45). Мстить за пострадавшего могли кровные родичи до троюродных и сводных братьев, а также свояки (FSExt. t. 50). Число лиц, вызываемых потерпевшей стороной в суд для обвинения и лишения "мира", в судебнике Куэнки составляло пять человек, а в фуэро Сепульведы — восемь (FC. 2,4,9; FSExt t. 32).

После выдвижения обвинения и заявления на судебном собрании о разрыве "мира", согласно фуэро Куэнки, истца обязывали после объявления о начале кровной мести предоставить временный "мир" своему врагу (FC. 2,4,9), а уже в фуэро Сепульведы сами судьи объявляли о предоставлении временного мира между сторонами и давали три срока по девять дней, чтобы подозреваемые каким-либо образом ответили на вызов (FSExt. t. 32). Жена и дети преступника к началу XII в., согласно судебнику Эскалопы, не должны были притесняться мстителями (FEscalona. Р. 490).

Королевские и муниципальные судьи были заинтересованы в соблюдении всех процессуальных норм враждующими сторонами. Ими руководили и соображения общественной безопасности, и заинтересованность в получении штрафов от преступника. Преступнику давалось три срока по девять дней для выплат всех штрафов (FC. 2,4,23). Согласно судебнику Теруэля третья часть уголовного штрафа принадлежала истцу, другая треть — совету и еще треть — королю (FTeruel. Сар. 20). По мнению X. Лалинде Абадия, невыплата штрафа совету и виры потерпевшему превращали преступника в предателя, ставили его вне закона, преследовать которого надлежало уже всей общине в целом (Lalinde Abadia J.Derecho historico. R 394). Как считает А. Иглесиа Феррейрос, состав такого преступления, как предательство, оформился в королевском праве и для муниципального права был явлением новым. Предатель лишался обычно имущества и изгонялся из общины (см. Iglesia Ferreiros A. Historia de la traicion. Р. 109). Вира составляла 300 солидов для рядового "соседа", из которой 1/8 часть шла королю (FC. 2,4,1) и 500 солидов для городских рыцарей и знатных фихос-дальго в судебнике Сепульведы.

Чтобы добиться получения штрафов власти могли захватить все имущество преступника и взыскать с него необходимые суммы или же их натуральное выражение, арестовать его самого и потребовать поручителей, которые могли бы обязаться за выплату штрафов (FC. 2,4,24), потребовать их с тех лиц, "кто, не являясь судьями, захватили его (преступника)" и упустили из-под стражи (FC. 2,4,25). Заботой о получении штрафов и общественном спокойствии можно объяснить и охрану жизни лишенного "мира" до истечения первого формального этапа кровной мести. Жизнь преступника охранялась двойным штрафом и угрозой оказаться вне закона для "кого-либо из родичей, кого он убил или ранил, или другого кого-либо, кто не будет родичем", если преступника ранят или убьют его до истечения трех девятидневок (FC. 2,4,25; FEscalona. Р. 491).

Штрафные суммы, ввиду их значительности, выплачивались, согласно судебнику Куэнки, деньгами, одеждой и скотом. В некоторых случаях ответчику разрешается предавать имущество для выплаты денежной части штрафа (FTeruel. 20). За невыплаченную часть штрафа или виры убийца мог еще до истечения первого этапа получить увечье (в XII в.): "Если в течение трех сроков по 9 дней не выплатит он весь штраф,... за его оставшуюся часть родичи убитого отрезают ему правую руку и после этого пусть уходит он как враг" (FC. 2,4,23). Когда же убийца не имел никаких средств и за него не могли уплатить "родичи и друзья", тогда, например, судебник Теруэля разрешал мстителям уморить его голодом (FTeruel. 21), а судебник Сепульведы давал право его убить (FSExt. t. 33).

После уплаты всех штрафов преступник не должен был оставаться на территории общины: власти буквально выталкивали его за пределы своей юрисдикции, чтобы избежать, по-видимому, стычек в своей округе: "И если какой-нибудь враг будет столь дерзок или не подчинится и не покинет пределы (общины), то сколько раз засвидетельствуют его присутствие преследователи с алькальдами и присяжными или добрыми людьми-весинос, если это будет в городе или округе, столько раз платит пять мараведи,… и если будет у него недвижимость или движимое имущество, захватывают его; и если ничего не будет там, захватывают алькальды его самого" (FSExt. t. 50). Это было особенно актуально с середины XIII в. и в конце этого же столетия, так как речь шла прежде всего о городских рыцарях и их щитоносцах, за которыми часто стояла группа родственников, сторонников и слуг. Иногда, в тех случаях, когда преимущество в силе было на стороне преследуемого или власти опасались, что его свита, проходя через округу, будет бесчинствовать, такой преступник не мог свободно покинуть территорию общины, не предоставив поручителей — гарантов того, что "он не причинит никакого вреда ни в Эскалоне, ни в округе, ни своему преследователю, ни человеку из Эскалоны или ее округи". Поручители при нарушении клятвы выплачивали и судебный штраф, и возмещали ущерб. Сам преступник объявлялся "вероломным" (alevoso) (FEscalona. P. 490). Его можно было преследовать всей общиной как человека, объявленного вне закона, или как государственного преступника(Iglesia Ferreiros A. Historia de la traicion. Р. 114-116,152).

Стать врагом ("уйти, как враг" — salir por enemigo) после обвинения в преступлении и лишения "мира" в ходе следующего, второго, этапа кровной мести не являлось наказанием в строгом смысле слова. Это было следствие отказа общинных властей принимать прямое участие в дальнейшей судьбе преследуемого (Gibert R. Estudio historico-juridico. Р. 505). Здесь потерпевшая сторона не стеснялась в методах преследования преступника. Избежать смерти он мог, только укрывшись в собственном доме, в церкви или в местечке, которое пользовалось привилегией убежища (Grasotti H. Inimicita. Р. 214). Что же касается лиц, подозреваемых в совершении преступления и против которых не было прямых улик, то из их числа потерпевшая сторона могла выбрать в качестве врагов только двух человек (из пяти в судебнике Куэнки и из восьми в фуэро Сепульведы). Один из них становился врагом семьи потерпевшего "навечно" (por siempre), другой только на год. Пребывание во вражде в течение года можно объяснить, по-видимому, используя аналогичные ситуации в европейском праве, на примере Гуталага — племенного права жителей острова Готланд в Швеции. Согласно Гуталагу убийца мог предложить вергельд за убитого только спустя год после убийства. В этом случае принимавший вергельд родич считался "не опозоренным человеком" (Ковалевский С. Д. Образование классового общества. С. 119). Остальные подозреваемые (три в судебнике Куэнки и шесть в Сепульведе) приносили очистительную клятву с одиннадцатью соприсяжниками и, таким образом, считались невиновными (FSExt. t. 32).

Городские власти все же не теряли из виду и собственно частный этап кровной мести. Потерпевшая сторона должна была заявить о ее прекращении на судебном собрании в совете (FC. 2,4,2). Фуэро Эскалоны 1226 г. сообщает, что это происходило в присутствии двух судей-алькальдов и четырех авторитетных "соседей" (FEscalona. R 491). В этом же судебнике содержится норма, которая предписывает, что по истечении года потерпевшая сторона должна объявить о прекращении вражды против тех, кто становился врагом на год. В противном случае власти могли принудить к этому, запретив мстящим выходить из своего дома, или выдворить их за пределы округи "до тех пор, пока не совершит [враждующая сторона] все согласно праву" (FEscalona. Р. 491). Преступник, в свою очередь, пожелавший дать возмещение по истечении года изгнания, в случае отказа потерпевшей стороны принять это возмещение получал от имени властей гарантию личной безопасности и мог возвращаться в округу (FEscalona Р. 491). Публичный отказ от продолжения мщения требовался и тогда, когда участием в судебном поединке подозреваемый доказывал свою невиновность (FC. 2,4,4). К концу XIII в. все действия, связанные с кровной местью, можно было обжаловать перед королевскими судьями (FSExt. t. 32), что позволяло королевской власти влиять на ход самой мести, и, возможно, пересматривать дела с использованием процедур следственного процесса.

9 Использование процедуры расследования в уголовных преступлениях известно еще кратким судебникам, например, Леона (1017 г.), Логреньо (1095 г.) и производным от них. Процедура расследования в случаях убийства или ранения в драке встречается и в Пространных судебниках, большая часть которых, как известно, относится к XIII в. В Леоне это судебники Кастельо-Бом, Алфайтес, Кастель-Родриго и Кастельо Мельор (пожалованы Альфонсо IX Леонским между 1208 и 1210 гг.), Усагро (сер. XIII в.) и Касерес. Так, в них предписано использовать расследование при обвинениях в клятвопреступлении и в ночной краже, хотя не всегда при этом используется термин "pesquisa".

В Кастилии в добавлениях к фуэро Мадрида, сделанных при Альфонсо VIII, предписывается использовать расследование в случае переломного убийства, грабежа, насилия и нападения на жилище. В судебнике Гвадалахары, пожалованном Фернандо III в 1219 г., говорится, что расследованием убийств должны были заниматься шесть алькальдов и четыре хурадос, которые приносили присягу, что они будут честны и беспристрастны. В фуэро Сории, которое первоначально было пожаловано в 1195 г. (или 1196 г.) и, что не исключено, расширено с использованием части текста Фуэро Реаль (не ранее 1256 г.), одна из статей называется "Капитул о расследователях". В ней подробно описывается сама процедура следствия, приведение к присяге следователей, устанавливается срок следствия — тридцать дней. При этом, например, в случае обвинения в разбое целью следствия было не установление лиц, совершивших преступление, но выяснение того, действительно ли истцу был причинен ущерб разбоем. Точно так же в случае поджога не столько устанавливали личность поджигателя, сколько выясняли размер ущерба и его происхождение.

В большинстве случаев (Куэнка, Гвадалахара, Сепульведа, Альба де Тормес) расследованием занимались муниципальные алькальды. Напротив, в Мадриде и Сории существовали специальные следователи, которые занимались расследованием по приказу алькальдов (см.; Procter E. S. El uso de pesquisa. P. 39—48).

В фуэро Куэнки алькальды проводят следствие в случае убийства для установления вины подозреваемого (FC. 2,4,1). В фуэро Сепульведе оно проводится только тогда, когда христианин убьет еврея или мавра или когда еврей убьет мавра и наоборот: FSExt. t.t. 39, 41, 42а, 43; если кто убьет распутницу: FSExt. t. 235. В последнем случае используется термин "pesquisa", в то время как в статьях, указанных выше, этот термин не используется, а говорится, что "если это действительно установят... все вместе, согласно их присягам", алькальды и присяжные. Комментатор судебника Сепульведа Р. Гиберт считал, что расследование случая убийства распутницы использовалось не как главное доказательство, а скорее для квалификации преступления. В FSExt. t. 42а расследование используется как замена свидетельских показаний (Gibert R. Estudio historico-juridico. P. 539).

10 "[...] saludacion — это обычное слово, которое должен сказать один человек другому, который будет его другом или должен им быть, чтобы показать большое значение дружбы, желая, чтобы Господь даровал ему спасение [que Dios le de salut]" (Alfonso el Sabio. Setenario. R 172).

11 Manifesto восходит к латинскому manifestare, основное значение которого было "делать явным, очевидным", соответственно mamfestus — явный, очевидный''. В римском правеmanifestum использовался применительно к краже, furtum. Так, юрист Гай писал: "по мнению некоторых, Manifestum furtum — это: если преступник застигнут во время преступления; другие считают. ... если он застигнут на месте преступления..." (цит. по: Бартошек. Римское право. С. 397). Менедес Пидаль в своем глоссарии к "Поэме о Сиде" переводит "manifestar", как "признать долг", если речь идет о должнике, и как "сознаться в [совершении] преступления" в противовес "negar" — "не сознаваться, отрицать" (Menendez Pidal R. Cid. III. Р. 742 — 743). На то же значение manifesto применительно к должнику, признавшемуся в неуплате долга, указывает и издатель фуэро Теруэля М. Горош (Gorosh M. El fuero de Teruel. Р. 567). В то же время, касаясь конструкции "ser manifiesto" — а в Валенсийском кодексе это fuere manifiesto, где глагол ser (быть) находится в сослагательном наклонении (subjuntivo), т. е. fuere, — М. Горош переводит ее, как "признаться, признать, быть признавшимся".

12 Согласно Фуэро Реаль вероломным являлся фиходальго, который ранит, убивает, захватывает или преследует другого фиходальго, не вызвав его на божий суд или "не вернув ему дружбу". Ущерб, нанесенный собственности или имению фихосдальго, не являлся предательством (FR. 4,25,2 и 3). Различие между alevoso и traidor (изменником) заключается в том, что traidor причиняет ущерб или оскорбляет личность своего сеньора, его дочери или жены, или сдает врагу крепость или город. Как полагал А. Иглесиа Феррейрос, такое преступление, как измена, появилось в королевском праве и для муниципального права было явлением новым. Предатель обычно лишался имущества и изгонялся из общины (Iglesia Ferreiros A. Historia de la traicion. Р. 109).

13 Судебники строго охраняли жизнь, безопасность и имущество приезжих купцов. Сборщик рыночной пошлины должен был некоторое время сопровождать их в пути, получая за это peaje — провозную (дорожную) пошлину (FC. 2,5,10). Такой порядок отчасти имел целью не допустить, чтобы купец обошел город стороной и уклонился от уплаты пошлины. Соответствующая норма прямо сформулирована в фуэро Молины: "Если [купец]" сойдет с дороги, он должен заплатить двойную пошлину (portadgo)" (FMolina. P. 67). Приезжая в город купец останавливался на постой у горожан, которые получали определенные отчисления с каждой его покупки и продажи. Останавливаясь на постой, купец, как правило, приобретал пищу для себя и фураж для лошадей у домохозяина — в противном случае он платил дополнительную пошлину (FC. 4,10,1). Таким образом, пребывание заезжих купцов было весьма выгодным для зажиточных горожан, способных обеспечить их постой (Червонов С. Д. Города... Дисс. С. 62).

Правовое оформление и регулирование городской торговли отрезалось в судебниках в виде установлений, составлявших часть системы городского права:

— запрещение препятствовать проезду на рынок;

— особо строгие наказания за беспорядки на рынке и ярмарке;

— повышенные штрафы за преступления против участников торговли;

— запрещение брать залоги у участников торговли и вызывать их на судебный поединок;

— запрещение вносить оружие на территорию рынка;

— отказ от проведения судебных заседаний в ярмарочные дни;

— продажа товаров в рыночный день только на рынке;

— привлечение проезжих купцов для продажи своих товаров на городском рынке;

— особые отношения между купцом и домохозяином, предоставившим ему постой.

С. Д. Червонов делает вывод, что в кастильском городском праве действовали те же нормы — "рыночный мир", стапельное право, Marktzwang, — которые были характерны для торговли в наиболее развитых странах Западной Европы в XII —XIII вв. (Червонов С. Д. Города... Дисс. С. 63).

14 По-видимому, имеется в виду сбор за рассмотрение дела или совершение каких-либо процессуальных действий у ворот судьи, где, судя по судебнику Куэнки, собирались стороны тяжбы: "и должен судить у своих ворот, и рассматривать дела тех, кто придет в [установленные] сроки" (FC. 2,6,8).

15 Сервисьо (servicio) — один из основных налогов, вотировался кортесами. Общая сумма налога и квоты по округам и на плательщика каждый раз являлась результатом соглашения с прокурадорами (представителями) от муниципий в зависимости от конкретных обстоятельств и целей, на которые запрашивался налог, а потому объем его сильно колебался. И этимология этого термина (servir — служить, servicio — служба, услуга), и характер налога сближают его с налогами, известными в странах Западной Европы, например, эдами, тальей — "помощью" — во Франции. В юридическом отношении налог сервисьо основывался на идее, что все подданные обязаны материально участвовать в осуществлении важнейших государственных задач и, прежде всего, нести расходы на армию и военные действия; имел оттенок чрезвычайного налога (Денисенко Н. Я. Испанская монархия. С. 33).

16 Падрон являлся одновременно и списком граждан, и налоговым регистром. Важность этого документа подтверждается суровыми наказаниями присяжным за злоупотребления, связанные с его ведением.

 

ФУЭРО КУЭНКИ

EL FUERO DE CUENCA

(1189 г.-XIII в.) ВАЛЕНСИЙСКИЙ КОДЕКС

КНИГА ТРЕТЬЯ

Титул I

[Каким образом каждый может получить удовлетворение от ответчика или своего должника, который будет иметь дом в городе]

[1]

Если кто захочет предъявить иск другому [кому-либо], который будет иметь заселенный дом

Повелеваю, чтобы всякий, кто захочет предъявить иск другому [кому-либо], имеющему заселенный дом, в первый день брал пучок соломы как знак [вызова в суд] с одним весино того прихода, [где живет] ответчик, [или] с одним соседом, который будет жить в третьем или четвертом доме; и посему повелеваем в первый день брать знак, так как если тот, у кого берут залог, захочет участвовать в судебном заседании (aver fuero) в связи с тем знаком, то пусть больше [у него] не берется залог; 1 и если берущий залог в связи с этим сказанным возьмет залог и не захочет по праву получить удовлетворение, | пусть возвращает залог и пять солидов [сверх того], и то, что мы говорим о знаке, мы говорим и о других залогах; и у того, кто в связи со знаком не захочет явиться в суд (salir a fuero), | противная сторона берет каждый день залог без штрафа, пока I он не предстанет перед судом; но пусть не берет [истец] ни тесто (massa), ни убранство с кровати, на которой будет лежать больной, ни живой залог, если обнаружен мертвый (nin prenda viva fallando muerta); и если он возьмет живой залог, то пусть | берет его, если не найден мертвый; и если не найдет никакой , другой, исключая тот, в котором будет тесто, пусть уложит его на чистое полотно и уносит этот другой залог; а если и такой залог не обнаружит, исключая такой, как кровать больного, пусть [истец] покажет это весино, с которым он будет брать залог; и I пусть вместе они возьмут ворота, какие [истец] захочет, от [172] домов или скотного двора; и после того, как сняты ворота, [истец] тотчас же назначает срок [явки в суд] у ворот судьи согласно фуэро; и если он не сможет снять ворота, пусть укажет на это названному весино, и тотчас же [истец] назначит срок ответчику, как уже сказано.

[2]

Если кто будет брать залог и его ранят или оскорбят

Если случится, что берущий залог будет ранен или оскорблен в доме своего ответчика, тот, у кого берут залог, платит вдвойне, какое бы преступление он ни совершил, на основании свидетельства того весино, который будет брать залог вместо сайона; свидетельству этого весино всегда верить во всех делах, которые будут следствием [взятия] залога, как поповоду [видов] залога, так и преступлений, [с ним связанных].

[3]

Если кто будет брать залог и не будет иметь заселенный дом

Если тот, кто будет брать залог, не будет иметь заселенный дом в городе или будет неизвестным человеком, то держит залог, названный весино; и если он не захочет это сделать и залог потеряет тот, у кого взяли залог, пусть сайон за него уплатит; и когда тот, у кого взяли залог, явится в суд, то тот, кто взял залог, пусть с ним просит алькальдов рассмотреть дело; и если оба согласятся с решением, сразу же залог освобождается и возвращается до захода солнца; и если одного из них не удовлетворит решение, пусть он подаст апелляцию в пятницу в палату алькальдов; но если тот, кто взял залог, подаст апелляцию, то пусть залог будет возвращен, как уже сказано; и если подаст апелляцию тот, у кого взяли залог, не возвращается [залог]; и залог, который согласно решению назначенных алькальдов или присяжных, будет освобожден, в тот же день возвращается до захода солнца; и если взявший залог в тот день его не вернет, платит тому, у кого он взял залог, пять солидов за каждую ночь, когда залог находился у него.

[4]

О том, кто не захочет идти брать залог со своим весино

Если [какой-либо] весино не захочет идти брать залог со своим весино, пусть он уплатит пять солидов; и если взявший [173] залог не захочет явиться в суд из-за взятого залога, пусть его владелец засвидетельствует [это] со свидетелями; и если он в тот день не явится в суд, на следующий день возвращает залог с пятью солидами; и если взявший залог не вернет залог в тот день и продержит его одну ночь, пусть его владелец [в свою очередь] берет у него каждый день залог и не является ни в суд, и не дает удовлетворение [истцу], и ни за что ему не отвечает до тех пор, пока тот ему не вернет залог с пятью солидами; и после получения своего залога пусть он даст удовлетворение [истцу], если он снова ему предъявит иск по поводу чего-либо.

[5]

О том, кто возьмет залог a refierta

Всякий, кто возьмет [в свою очередь] залог у взявшего у него залог a refierta или назначит ему срок [для явки в суд], пусть он платит пять солидов и в тот же день возвращает его залог, и если не сделает этого, платит еще столько раз по пять солидов, сколько ночей будет залог в его власти; тот залог называется "a refierta", который возьмут со своей стороны до того, как дать удовлетворение, или до того, как берущий залог вызовет в суд или другой его [вызовет].

[6]

О том, кто не даст залог в городе

Всякий, кто не даст залог в городе или его отберет, платит половину менкаля, и судья берет залог, достаточный для штрафа и [удовлетворения] иска, и делит штраф с истцом; и если кто-либо не даст залог судье в городе, платит один мараведи и алькальды берут у не давшего залог, достаточный для [получения] штрафа и [удовлетворения] иска; и всякий, кто не даст залог алькальдам в городе, платит десять мараведи, и пусть совет возьмет залог за штраф и для [удовлетворения] иска и за штраф в шестьдесят менкалей; всякий, кто будет подстрекать к отнятию залога у совета, платит шестьдесят менкалей; и штраф в шестьдесят менкалей, за который совет возьмет залог, принадлежит совету, а не другому [кому-либо], и делает с ним совет то, что захочет народ (el pueblo); и истец не получает ничего в штрафе ни судьи, ни алькальдов, который будет уплачен за залог, но судья и алькальды делят его между собой. [174]

[7]

Когда не обнаружат достаточный залог, как задерживают человека

Когда консехо и алькальды придут брать залог за указанные штрафы, как в городе, так и в деревнях, и не обнаружат достаточный залог для [получения] штрафов, задерживают самого обидчика, и не выходит он из темницы судьи до тех пор, пока не уплатит названные штрафы и не даст удовлетворение истцу или не уплатит по иску.

[8]

О тех, кто не даст залог консехо

Если кто-либо из-за приступа гордыни или с шайкой соблазнится не дать залог совету, платит сто мараведи, и еще столько же пусть платит каждый из пособников; и за это совет захватывает их дома, и все их имущество, и самих гордецов [держит] до тех пор, пока они не уплатят все штрафы и [не удовлетворят] иск; и, кроме того, если при исполнении чего-либо кто-либо из совета убьет человека из [числа] тех гордецов, не становится врагом и не платит за это штраф; и если кто-либо из тех гордецов ранит человека из совета, платит вдвойне, какое бы преступление он ни совершил, согласно фуэро и установлениям Куэнки (segun fuero  las costituciones de cuenca); и если он убьет человека, пусть тотчас же будет сброшен.

[9]

О том, кто захочет взять залог и обнаружит, что ворота заперты

Если истец в каком-либо доме захочет взять залог и три раза обнаружит, что ворота заперты, то есть утром, и в середине дня, и в девятом часу, пусть покажет это весино, с которым он должен будет брать залог, и затем зовет судью, и пусть судья откроет ворота без штрафа и даст истцу залог для удовлетворения его иска и еще в то же самое время берет залог за названную половину менкаля.

[10]

О том, кто засвидетельствует человека внутри дома

Если истец в один из названных часов засвидетельствует человека внутри его дома, пусть вызывает его у ворот, и если [175] он ему не захочет открыть, пусть он [(истец)] зовет судью, и судья открывает ворота без штрафа и даст истцу залог для удовлетворения его иска, и судья открывает ворота и берет залог по иску так, как за отнятый залог.

[11]

О доказательствах

Когда тот, у кого берут залог, скажет берущему залог, что он не отнимал у него залог и не препятствовал его брать и что он за это незаконно привел к нему судью, пусть тогда берущий залог доказывает свидетельством того весино, с которым он хотел взять залог, что он [(владелец залогового имущества)] у него отнял залог, и затем освобождает залог из руки судьи; и если он не сможет это доказать, то освобождает залог из руки судьи [тот, у кого его взяли].

[12]

О здоровом судье, который будет в городе

Когда здоровый судья, выбранный на год (el juez annal), будет в городе и вместо себя направит взять залог другого и у того кто-либо отнимет залог, пусть он не платит штраф; и если случится, что судья будет болен в городе или вне его, пусть тот, кто останется вместо него, пользуется всей полнотой власти судьи (aya todo llenero poder del juez) до тех пор, пока судья не возвратится в город.

[13]

О выбранном на год судье, который умрет

Если случится, что судья, выбранный на год, умрет до того, как истечет срок пребывания его в должности, становится судьей вместо него тот, кто должен наследовать его имущество; и все то, что наследник приобретет, находясь в должности судьи, пусть он разделит с другими наследниками, так же, как и другое имущество; и если не будет какого-либо наследника, пусть совет назначит судью из того прихода, в котором должна быть должность судьи, [и] такого, которого будет угодно назначить совету. [176]

Титул II

[О назначении сроков и каким образом может каждый назначать срок, будь он из города или деревни, и об объявлении сроков]

[1]

Каким образом должен назначать человек срок противной стороне

Если истец встретит своего ответчика, не имеющего дом в городе, (В тексте "si el querelloso, que non oviere casa en la cibdad, fallare asu contrario, enplazenlo...", что переводится как "если истец, который не будет иметь дом в городе, встретит своего должника, пусть назначает ему срок...", в то время как в FCFP (DIV) и FCFS (XVIII,1) - "si querimoniosus in ciuitate domum non habentem aduersarium suum inuenerit in ciuitate, applacitet..." т. е. вариант, приведенный нами в начале статьи. Полагаем, что в Валенсийском кодексе это — одна из технических ошибок переводчика.) пусть назначит ему срок перед тремя весинос [для явки] на другой день к воротам судьи, и если на другой день тот, кому назначили срок, явится в срок, то пусть он предоставит залог стоимостью в пять солидов и до того, как ответить [по иску], передает его в руку судье под присягу (en fialdad); затем выслушивают решение, и если кого-либо из них не удовлетворит решение, подает апелляцию в пятницу (apelle al viernes); но если тот, у кого взяли залог, подаст апелляцию, судья пусть отдаст залог истцу; и если истец подаст апелляцию, залог освобождается.

[2]

Если кто-либо из сторон тяжбы не явится в [назначенный] срок

Если какая-либо из сторон тяжбы не явится в [назначенный] срок, как уже сказано, пусть она платит пять солидов, из которых судья получает половину, и тот, кто явится, другую половину; и если тот, кому назначили срок, не принесет залог, как уже сказано, платит пять солидов, из которых судья получает половину и истец другую половину; и если тот, кому назначили срок, скажет "[имею] сеньора", пусть имеет для него [177] это [законную] силу, исключая слугу, получающего плату, или пахаря, или огородника, или пастуха; поскольку, если не будет [ответчик] одним из них и не явится в срок, платит пять солидов; и если он будет огородник, или пахарь, или пастух, или слуга, получающий плату, берут залог в доме их хозяев [и удерживают], пока не будет дано удовлетворение.

[3]

Если кто даст дом с залогом за другого [кого-либо]

Всякий, кто за другого [кого-либо] даст дом с залогом, платит десять мараведи, если только он не даст его за короля или за сеньора города.

[4]

О том, кто встретит своего ответчика вне города

Если истец вне города или в деревне встретит своего должника или того, к кому он имеет какое-либо требование, назначает ему срок на третий день [для явки] к воротам судьи; и когда тот, кому назначили срок, явится на третий день в срок, пусть приносит с собой залог стоимостью в пять солидов, и тот залог он передает в руку судье; и затем судья выслушивает доводы каждой стороны и в конце [заседания] принимает решение, и тот, кого не удовлетворит решение судьи, подает [апелляцию в пятницу; и если истец подаст] апелляцию, залог тотчас же возвращается тому, кому назначен срок; и ectin тот, кому назначен срок, подаст апелляцию, пусть судья отдаст залог из руки в руку истцу; но следует знать, что назначающий срок, будь он из города или деревни, когда ему будет отдан залог, должен его хранить, чтобы его не расточили до тех пор, пока по решению судьи и (В Валенсийском кодексе стоит союз "или", в то время как в FCFP (DX) и FCFS (XVIII,7) — союз "et" (и). Последний вариант принимается и нами, так как решение по апелляции выносится коллегиально.) алькальдов его не освободят; и если кто-либо расточит залог, или причинит ему ущерб, или заложит его в каком-нибудь месте, возвращает его вдвойне; и за залог, который по решению судьи или алькальдов был освобожден, если не будет возвращен в тот же день, тот, кто его будет держать, платит каждый день пять солидов, как уже сказано выше. [178]

Титул III

[О том, как должны брать поручителей те, кто не будет иметь домов]

[1]

О том, если кто встретит противную сторону, как он сразу же должен требовать поручителя

Повелеваю, чтобы, если истец встретит своего должника или того, к кому у него какое-либо требование, он требовал поручителя, и если он [(должник)] его не захочет дать или не сможет, то пусть [истец] тут же ему скажет, чтобы он шел с ним, чтобы сесть в тюрьму; и если он [(должник)] не захочет этого сделать, платит десять мараведи алькальдам и истцу; и столько же платит тот, кто этому помешает; и судья берет залог за эти штрафы и берет залог у должника за то, что он не даст поручителя за [уплату] штрафа и [удовлетворение] иска.

[2]

Если кто даст поручителя, пусть не задерживается

Всякий, кто даст поручителя, пусть не задерживается, но сразу же назначают ему срок на пятницу, и там он платит штраф судье и удовлетворяет требование истца; иначе он не должен покидать палату, или пусть задерживается.

[3]

О том, кто возьмет залог у пожелавшего дать поручителя

Всякий, кто возьмет залог у человека, пожелавшего дать поручителя согласно фуэро Куэнки, платит триста солидов, если только это не вор или не преступник, поскольку поручительство за них [в этом случае] не имеет законной силы; также не должен быть задержан тот, кто скажет: "Иди со мной, и я дам тебе поручителя", но в том же селении должны быть названы три весинос, которые могут быть законными поручителями внутри городских стен, и этих названных идут с ним искать; и если случится, что кого-то из тех названных не найдут дома, берут у него залог без штрафа; также пусть он задерживается, если его [назначенного] встретят и он не захочет дать поручительство; но если по дороге встретят еще кого-то, кто захочет [179] поручиться, его [(должника)] не задерживают; после принятия поручителя истец берет залог в доме противной стороны, если та будет иметь дом, и участвует в судебном заседании, как уже сказано; и если он не будет иметь дом, назначает ему [истец] срок [для явки] к воротам судьи, и если он не явится в срок, судья с истцом берут залог у поручителя каждый день [в обеспечение] иска и пяти солидов до тех пор, пока он не приведет должника, чтобы он исполнил предписание закона; и когда он явится, оба пусть участвуют в судебном заседании, как уже сказано.

[4]

О том, кто будет задержан и даст поручителя

Всякий, кто из-за отсутствия поручителя будет задержан, выходит из тюрьмы, как только сможет дать поручителя; и тот, кто его не захочет принять, платит триста солидов, если только из-за бесспорного долга он не будет задержан или побежден.

[5]

Кто может быть поручителем

Никто не может быть принят поручителем, исключая того, кто будет иметь заселенный дом с залогом в городе; и это [установлено], потому что женщина не может быть чьим-либо поручителем, так как она находится во власти мужа, ни [также] сын, пока он находится во власти отца; и по этой же причине [не может быть] ни раб; ни судья, ни присяжные алькальды совета, ни секретарь [не могут быть поручителями], так как все они являются должностными лицами совета (са todos estos son aportellados); ни клирик, если только не по приказу своего епископа, или архидьякона, или архипресвитера, так как светский судья не имеет власти ни над каким клириком; но все они, то есть и судья, и алькальд, и секретарь, и клирик, могут поручаться за тех, кто ест их хлеб и исполняет их приказы, но сначала пусть принесут присягу, что они едят их хлеб и исполняют их приказы, так как до принесения присяги не будут они приниматься [поручителями]. [180]

[6]

О том, что поручительство после [истечения] половины года не имеет силы

(Заголовок приведен по FCFP (DXVII) и FCFS (XIX, 5). В оригинале - "Рог sobre leuadura de omne depues del medio an[n]o" ("За поручительство человека после половины года").)

Поручительство за человека, которое дано после [истечения] половины года, не имеет силы, исключая поручительство за получающего плату; и тот, кто будет поручителем признавшего [долг] должника (debdor manifiesto), имеет три срока по девять дней, чтобы потребовать [явки] того, за кого он поручится, и каждые девять дней пусть приносит присягу, что он искал его всеми способами, чтобы предъявить иск, и что он не мог его найти.

[7]

О поручительстве за не признавшего [долг] должника

Всякий, кто будет поручителем за не признавшего [долг] должника и будет иметь срок в девять дней, чтобы потребовать [явки] должника, если не будет являться для принесения присяги каждые девять дней, пусть будет побежден (caiga) и тотчас же платит то, за что поручился; и тот, кто явится принести присягу, как уже сказано, и на третий [девятидневный] срок не сможет найти должника, платит вместо должника за то, за что поручился, и не имеет он больше срока ни для уплаты, ни чтобы доставить должника.

[8]

О том, кто не сможет найти того, за кого поручился

Если поручитель не сможет найти должника для уплаты, пусть его [самого] задерживает судья и передает во власть истца; и если поручитель сможет найти того признавшего [долг] должника, пусть его примет [кредитор] вместо поручителя, а поручитель выходит из тюрьмы, и должник помещается в тюрьму, пока он не уплатит весь долг; и если поручитель до того, как будет заточен, сможет найти того должника и доставить его к судье, и к истцу, и к алькальдам, тотчас же освобождается от поручительства. [181]

[9]

Когда заточен должник, [тогда] освобождается поручитель

Когда поручитель будет освобожден от поручительства, должник тот час же заточается и не выходит из тюрьмы до тех пор, пока не уплатит весь долг, и хотя он захочет дать другого поручителя, его не должны слушать (non sea oydo); но если поручитель что-либо уплатит за должника, то тот, кто его назвал поручителем, платит вдвойне, сколько бы ни было уплачено; и если поручитель явится в суд [и скажет], что доставит к установленному сроку должника, и тот не захочет с ним явиться, пусть это засвидетельствуют, и если поручитель уплатит [что-либо], должник [ему] удваивает [уплаченное].

[10]

О том, кто уплатит за поручительство

Когда должник убежит, то любому, кто за поручительство уплатит, дети и жена должника, если они у него будут, ему [(поручителю)] это удваивают; и если до того, как поручитель уплатит, он не сможет ни найти должника, ни привести его, а у жены, и детей должника поручитель сможет добиться признания [долга], то принимает их истец вместо своего должника.

[11]

О том, кто будет отрицать поручительство

Если дети или жена должника будут отрицать поручительство, пусть поручитель побеждает их согласно фуэро (vencalos рог fuero), так, как если бы он имел дело с самим должником; и если он не будет иметь ни детей, ни жены, отвечает за него тот, кто будет держать его имущество.

[12]

О том, кто поручится за не признавшего [долг]

Тот, кто поручится за не признавшего [долг должника] и не сможет его доставить в три девятидневных срока, отвечает перед истцом за того, за кого он поручится, и то, что [истец] доказывал бы противной стороне, пусть доказывает поручителю согласно фуэро; и если не сможет доказать это [(долг)], пусть [(поручитель)] принесет присягу вместо того другого [(должника)] и той принесенной присяге верить. [182]

[13]

О том, кто захочет оставить поручительство

Всякий, кто захочет оставить поручительство, пусть приводит ответчика к истцу и двум алькальдам или к трем весинос, говоря: "Я оставляю поручительство", и освобождается; и другим образом пусть не [оставляет]; и если поручитель будет отрицать поручительство, доказывает его истец согласно фуэро и поручитель [платит] вдвойне по иску; и если истец не сможет доказать его [поручительство], то он проигрывает.

[14]

О том, кто поручится за вора, или убийцу, или другого предателя

Всякий, кто перед судьей или алькальдами поручится [за то, что] вора, или убийцу, или предателя, или преступника доставит в совет или к королю, и в срок не сможет его доставить, подвергается такому же наказанию, какое бы понес тот, за кого он поручился; и кто поручится за имущество, или будет должник, или поручитель за уплату денег (fiador de aver), или скажет перед присяжными или назначенными алькальдами: "Я заплачу за это имущество", пусть эти алькальды вынесут решение, чтобы он оплатил это имущество в течение девяти дней; и если он не сделает это, платит вдвойне и один мараведи судебного штрафа (coto) алькальдам, вынесшим решение; и сколько бы раз истец ни назначил должнику срок [явки в суд] и обещал доказать [его долг], тотчас же назначают ему срок, чтобы он доказал, и не имеет для него законной силы ни апелляция к королю, ни в пятницу [алькальдам], ни по грамоте [судебника]; и если он не явится в срок, проигрывает дело, и берут у него алькальды двойной залог [от стоимости] иска и одного мараведи штрафа; также берут у него залог каждый день, пока он не явится в суд; и следует знать, что после того, как должник в палате алькальдов признает долг, пусть он не отвечает в суде, но только платит или его заключают [в тюрьму] (о sea preso).

[15]

О том, кто будет опасаться, что его должник уйдет или убежит

Если истец будет опасаться, что должник захочет убежать или уйти или что он не явится в срок, чтобы уплатить, пусть потребует у него поручителя для того, чтобы, если он в срок не [183] уплатит, уплатил бы за него поручитель в течение девяти дней и еще [судебный] штраф алькальдам, и чтобы течение сроков прекратилось ( plazos cerrados).

[16]

Пусть не назначают срок поручителю должника, которому уже установлен срок (acotado)

Поручителю должника, которому назначен срок в девять дней, не устанавливают другой срок, но только такой, какой [установлен] должнику; и если в назначенный день он не уплатит, пусть вдвойне уплатит по иску, и штраф так же, как если бы он был должник; и если истец потребует у должника, которому назначен срок, поручителя, и тот ему не захочет его дать или не сможет, захватывает его без штрафа.

[17]

Если должник, которому установлен срок, не уплатит в срок

Если должник, которому установлен срок, не уплатит в срок или не явится в срок, если не будет иметь дом с залогом или не даст поручителя, пусть судья его задержит или передаст истцу за двойную [стоимость] иска и штраф [за неявку] в срок, где бы он его ни встретил.

[18]

О должнике, который присужден к уплате

Если должник, который присужден к уплате, не уплатит в срок и убежит из округи, никто за него не предстает перед судом (non entren en plago) — ни жена, ни дети, но удваивается выплата и один мараведи штрафа, как сказано выше.

Титул IV

[Каким образом, если присужденный к уплате должник будет отрицать, должен доказывать истец]

[1]

Если присужденный к уплате должник будет отрицать дож

Если должник, который присужден к уплате, будет отрицать долг или штраф, доказывает его истец с теми [184] алькальдами, которые рассматривали их тяжбу, и если докажет, должник удваивает [стоимость] иска и платит алькальдам один мараведи штрафа и пять солидов; и если истец должен будет доказывать [долг] имуществом (aver) или другой долг, пусть сначала ответчик даст двойной залог по иску или того самого имущества, или [как гарантию] ногу в руку судьи 2 или алькальдов, и затем истец доказывает.

[2]

Если кто-либо будет иметь залог, не дает ногу

Если кто, имея залог, захочет дать ногу в руку судьи или алькальдов, пусть ее не берут, но судья и алькальды принуждают его, чтобы он дал залог; и если он не будет иметь залог, приносит присягу, что он его не имеет, и дает ногу; и если тот, кто должен будет привести свидетелей, не захочет дать залог или привести свидетелей, пусть будет побежден и тотчас же судья задерживает его и до тех пор, пока он не уплатит, не выходит из тюрьмы.

[3]

Если кто-либо должен будет привести свидетелей и не захочет явиться в срок

Если кто-либо должен будет привести свидетелей и не захочет явиться в срок, то если он будет в городе, пусть заключает его судья [в тюрьму] и не выходит он оттуда, пока не уплатит весь долг; и если истец пообещает предъявить свидетельства и не сможет доказать, проигрывает дело; и если должник даст поручителя и в срок не уплатит и не будет в городе, долг и штраф платит поручитель, как уже сказано; и если он будет отрицать поручительство, доказывает его истец так же, как своему должнику; и если поручитель должника, присужденного к уплате [штрафа], не захочет привести свидетелей (recibir firmas), или передать залог вдвойне, или явиться в срок, проигрывает дело и в связи с этим судья тотчас же его задерживает и помещает в тюрьму истца.

[4]

О присужденном к уплате [штрафа] должнике или поручителе, который убежит

Если присужденный к уплате [штрафа] должник или его поручитель убежит из города, пусть схватит его истец, где бы [185] его ни встретил, без штрафа; и всякий, кто должен будет привести алькальдов или свидетелей, пусть сначала даст имущество в двойном размере от иска или двойной залог, или свою ногу, принеся присягу, что у него нет залога; и если он не сделает этого, то проигрывает дело, и тотчас же должен быть заточен и не выходит из тюрьмы, пока не уплатит по долгу вдвойне; также проигрывает дело тот, кто должен будет выслушать свидетелей и откажется выслушать их, когда они соберутся (у las rrepoyaren ellas seyendo convenibles).

[5]

О том, кто должен будет доказывать с названными свидетелями и не докажет

Тот, кто должен будет доказывать, а свидетели в срок не соберутся согласно фуэро, проигрывает дело; поскольку фуэро и правовые обычаи (las costumbres del derecho) повелевают, чтобы весинос города и дети городских весинос приносили присягу и свидетельствовали в отношении городского весино и в отношении сына городского весино, но не [в отношении] другого.

[6]

О тех, которые являются горожанами-весинос

Городскими весинос мы называем всех тех, кто из города и деревни, которые занесены в приходскую книгу, — полуграждане (atenplantes), арендаторы-издольщики (medianeros), кабальерос и клирики, получающие ренту (clerigos razzoneros); и эти таковые свидетельствуют в отношении весино или любого другого человека; и житель (morador) свидетельствует в отношении жителя; и всякий, кто должен будет свидетельствовать о долге или в другом иске, свидетельствует в городе с двумя свидетелями; по любому исковому требованию или долгу, который будут отрицать, если истец сможет его доказать согласно фуэро, платят по иску вдвойне.

[7]

О том, кто будет отрицать иск

Всякий, кто долг или исковое требование будет отрицать, и истец сможет (В тексте — quisiere (захочет), в то время, как в FCFP (DXLIX) и в FCFS (XX, 14) — potuerit (сможет), что больше согласуется с логикой данной статьи.) доказать обратное с присяжными или [186] назначенными алькальдами, [ответчик] платит по иску вдвойне и алькальдам — пять солидов; ибо все алькальды, как присяжные так и назначенные, против которых будут свидетельствовать, берут пять солидов с проигравшего дело.

[8]

О том, кто будет доказывать двойной залог

Если истец будет доказывать двойной залог, пусть тотчас же судья даст залог тому, кто докажет; и если до [истечения] девяти дней тот залог не будет освобожден, он продается, как будто у одного куплен, а другим продан.

[9]

О том, кто свидетельствует с тремя [весинос]

Хотя в указанной [выше] статье предписано свидетельствовать в городе с тремя весинос и вне его с двумя, но два алькальда, будь они присяжные или назначенные, могут свидетельствовать в городе или вне его.

[10]

О том, кто скажет, что уплатил истцу

Всякий, кто скажет истцу, что он уплатил ему свой долг или другому по его приказу, и истец будет это отрицать, пусть доказывает это должник и свидетельству верить; и если не сможет доказать, приносит присягу тот, кто предъявляет иск, и должник платит по тому иску вдвойне; и чтобы исключить такого рода тяжбы, повелеваем и устанавливаем правило (ponemos coto), чтобы всякий, кто должен будет уплатить долг, платил его перед алькальдами или весинос и чтобы они свидетельствовали с ним, когда будет необходимо.

[11]

О том, кто может свидетельствовать и в каком возрасте

Пусть сыновья весинос, которым будет двенадцать лет, свидетельствуют [в исках] до двадцати менкалей, и [в исках] свыше двадцати [менкалей] свидетельствует тот, кто захочет отвечать в поединке (rresponder a riepto), и если отвечать не захочет, не приносит своего свидетельства. [187]

Титул V

[О свидетельстве присяжных или назначенных [алькальдов] и о свидетельстве присяжных [алькальдов]

[1]

Об алькальдах, которые будут свидетельствовать, или о присяжных

Когда бы ни свидетельствовали свидетели, или присяжные, или назначенные алькальды, то [в исках] до двадцати менкалей свидетельству верить, и [в исках] свыше двадцати менкалей, если свидетельству не поверят, вызывают их на поединок; но если присяжные алькальды, или судья, или секретарь будут свидетельствовать вместе (en uno firmaren), пусть их не вызывают, и их свидетельствам верить; но если судья, или кто-либо из присяжных алькальдов, или секретарь будут свидетельствовать с другими, [не являющимися] присяжными [в исках] в двадцать менкалей, если свидетельству не будут верить, вызывают их на поединок; и кто [в исках] менее двадцати менкалей свидетелей, или назначенных алькальдов, или присяжных вызовет на поединок, платит шестьдесят менкалей; также, если клирик с мирянином [в исках] свыше двадцати менкалей будет свидетельствовать и свидетельству не поверят, вызывает его на поединок мирянин; и если выпадет жребий на мирянина, пусть он сражается в поединке согласно фуэро; и если выпадет [жребий] на клирика — очищается с семью клириками, которые должны быть из того же ордена (que ayan tal orden) или старшего; а также, если будут свидетельствовать об убийстве (con muerto firmare), очищается с семью [соприсяжниками-клириками].

[2]

О клирике, который бросит вызов мирянину

Если клирик вызовет на поединок мирянина, пусть он очищается с двенадцатью весинос, и когда будет очищен, присяге верить и отказываются от обвинения против него; и если мирянин будет свидетельствовать об убийстве (con el muerto firmare) [в исках] свыше двадцати менкалей, вызывают его на поединок, если свидетельству не поверят. [188]

[3]

О судье, который будет свидетельствовать о решении, [вынесенном] у своих ворот

Когда судья будет свидетельствовать о решении, [вынесенном] у своих ворот с присяжными или не с присяжными, свидетельству верить и не должны его вызывать на поединок; и на свидетелей, которых вызвали на поединок, бросают своими руками жребий алькальды, и на кого выпадет жребий, тот и сражается в поединке; и если победит, свидетельству верить и отказываются от обвинения против него; и если будет побежден, [платит] вдвойне по иску, поскольку [правдивости его свидетельства не поверили и] его вызвали на поединок, и помогают ему нести все расходы и в уплате штрафа, так что хотя он и будет побежден, платит он не больше других, которых вызвали на поединок.

[4]

О клирике и мирянине, которых вызвали на поединок

Если клирика и мирянина вызовут на поединок и клирик должен будет очищаться, как уже сказано, то мирянин помогает ему, возместив ему половину расходов; также, если мирянин должен очищаться поединком, если выпадет жребий, то клирик помогает ему во всех расходах, возместив ему половину; и если клирик и мирянин должны будут свидетельствовать об убийстве и [одного из них] вызовут на поединок, пусть ни на кого не бросают жребий; но если это будет клирик и он не сможет очиститься, платит по иску вдвойне согласно фуэро, и никто ему не помогает; также, если это будет мирянин, присуждают его к этому же.

Титул VI

[О том, в какой день должны уравниваться (egualar) участники поединка]

[1]

Об уравнивании участников поединка

Всякого, кто должен будет сражаться в поединке, пусть уравнивают в субботу, а не в пятницу, как сказано выше; но если [189] тот, кого вызвали на поединок, будет ранен, то тотчас же, когда его вызовут, пусть покажет свою рану алькальдам и истцу, если она будет на поверхности тела (si fuera del cuerpo fuere); и если рана будет внутри или в месте, которое стыдно показывать, приносит присягу, что из-за этой раны он не участвует в поединке, а не по другой причине, и присяге верить; но если в тот же час не покажет рану или не скажет о ране, впоследствии он не может называть эту причину, но он уравнивается и сражается в поединке целиком и полностью.

[2]

О том, кто оставит поединок из-за раны

Тому, кто из-за раны оставит поединок, алькальды дают срок в девять дней, чтобы он предоставил вместо себя такого же [по силе] бойца, о каком мы скажем дальше; и всякий, кого вызовут на поединок, после того, как на него выпадет жребий, как уже сказано, пусть скажет сразу же, будет ли он сражаться верхом или пешим; и если скажет, что верхом, алькальды дают ему срок в три девятидневки, и каждые девять дней истец приводит пятнадцать кабальерос, которые не должны быть из тех, кто получает вознаграждение за поединок, ни поденщики, ни левши (ysquierdos), если только тот, кому брошен вызов, не такой же; и когда кабальерос будут приведены, судья с алькальдами тщательно выбирают, какой из приведенных бойцов больше равен тому, кто вызван на поединок; и если кто-нибудь из тех пятнадцати кабальерос в тот срок три раза по девять дней не уравняется с тем, кто вызван на поединок, то пусть сразу же принесет присягу тот, кто вызван на поединок, и присяге верить, и отказываются от обвинения против него; а если кто-либо уравняется с тем, кого вызвали на поединок, в ту ночь пусть тщательно стерегут [оружие], и на следующий день, после окончания службы, осматривают его; затем приносит присягу тот, кого вызвали на поединок, в том, что он защищает правду, и тот, кто обвиняет, вызывает его на поединок; затем приносит присягу о том, что присяга того, кого вызвали на поединок, ложная; и эти присяги приносятся в алтаре на святом Евангелии; и, сделав так, они приходят на поле; судья и алькальды пусть покажут им вехи на поле и оставляют их одних. [190]

[3]

О том, кто переступит границу поля

Если после того, как они начнут сражаться, кто-либо из них перейдет веху, то он побежден; и всегда истец пусть нападает, а тот, кого вызвали на поединок, защищается; и если случится, что вызвавший на поединок собьет [с коня] обвиняемого, сходит с коня, когда он захочет; и если до третьего дня истец не сможет победить до захода солнца, тому, кого вызвали на поединок, верить, и тотчас же отказываются от обвинения против него; также, если тот, кого вызвали на поединок, победит на поле, тотчас же отказываются от обвинения против него.

[4]

Если тот, кого вызвали на поединок, побежден

Если тот, кого вызвали на поединок, будет побежден и поединок будет из-за лжесвидетельства, платит он по иску вдвойне, и держит его истец, пока он не уплатит; и если будет побежден из-за штрафа, в котором дворец должен иметь долю, то держит его судья, пока он не уплатит, если только он не даст на поле законных поручителей в отношении иска в целом, и пусть дворец не накладывает на него руки.

[5]

Если тот, кого вызвали на поединок, собьет на землю вызвавшего на поединок

Если тот, кого вызвали на поединок, собьет на землю вызвавшего на поединок и до третьего дня продлится поединок, пусть он на третий день в девятом часу сходит с коня, и тот преследует его, пока не сядет солнце, и если до того часа поединок будет продолжен руками (fuere manneada) или выигран, пусть с бойцами поступят так, как сказано выше.

[6]

О том, кто скажет, что хочет биться пешим, а не верхом на коне

Если тот, кого вызвали на поединок, скажет, что хочет сражаться пешим, алькальды дают вызвавшему на поединок срок в три девятидневки, и каждые девять дней пусть он приводит пять пеонов, которые не должны быть ни поденщиками, ни левшами (ysquierdos), ни кузнецами, разве что обвиняемый сам не [191] будет такой же; также пусть не будет [бойцом] человек, который должен будет уже второй раз сражаться в Куэнке; и из тех пятерых пеонов, которых он будет приводить каждые девять дней, судья выбирает тщательно с алькальдами того, кто из приведенных бойцов равен [силой] тому, кого вызвали на поединок, во всех отношениях, и если найдут его равным, пусть он сражается, но сначала каждый приносит присягу, что проявит всю свою силу в этом сражении; и если вызвавший на поединок того, кого вызвали на поединок, бросит на землю два или три раза, то истец приводит других пятерых [пеонов] в следующий девятидневный срок и делает все так же; и если к третьему девятидневному сроку они не уравняются, тот, кому брошен вызов, приносит присягу лично, и присяге верить, и отказываются от обвинения против него; и если к третьему девятидневному сроку они уравняются, как уже сказано, стерегут [оружие] и приносят присягу, и идут на поле, как уже сказано выше.

[7]

О вооружении кабальеро

В соответствии с фуэро должно быть вооружение кабальеро, то есть кольчуга, и доспехи (porra de fierro), (Часть доспеха, прикрывающая ноги или руки от локтя до плеча. Однако [не ясно, прикрывала ли эта часть доспеха ноги или только руки.) и копье, и щит, и два коротких меча (cuchillos); и таким же должно быть вооружение пеона, за исключением одного [короткого меча]. (Слова "короткого меча" взяты из редакции FCFS (XXII, 13). В оригинале используется слово "копье".)

[8]

О том, кто принесет другое вооружение помимо этого [указанного]

Если случится, что кто-либо из бойцов принесет другое вооружение на поле или совершит преступление, только уже поэтому проигрывает тяжбу.

[9]

О том, кто даст бойцам другое оружие помимо названного

Также всякий, кто умышленно другое оружие даст бойцам на поле, платит сто мараведи; также платит шестьдесят [192] менкалей всякий, кто что-либо бойцам скажет после того, как поединок начнется.

[10]

О том, кто войдет в границы [поля боя]

Всякий, кто войдет в границы поля, платит шестьдесят менкалей, и эти штрафы принадлежат алькальдам и истцу; но верные входят и остаются на поле, где бы они ни пожелали.

[11]

О вехах, которые установят алькальды

Те вехи, которые установят алькальды как для кабальерос, так и для пеонов в первый день, не должны сдвигаться, пока поединок не будет завершен; и коням кабальерос, и их крупам (cojones), согласно фуэро, предоставлен мир; и бойцы, пока не закончится поединок, едят вместе и спят в доме у судьи; и судья следит, чтобы они не разговаривали с другими людьми; и на следующий день судья и алькальды приводят бойцов на поле с таким вооружением, с каким их выведут; и их оружие дают им на поле таким, каким его найдут.

[12]

О примирении (conponimiento) участников поединка

Пусть участники поединка примиряются между собой (conpongan entresi), когда им будет угодно, хоть до поединка, хоть во время поединка, если только вызов на поединок не связан с кражей или убийством, и если он будет связан с кражей или убийством, то они не могут договориться без [участия] дворца после начала поединка. (То есть потому, что дворец (король) получает часть штрафа за эти проступления.)

[13]

О плате наемному бойцу

Плата наемному бойцу составляет двадцать менкалей, и если он будет побежден, получает десять менкалей; и если он будет убит, те десять менкалей отдают его жене или его наследникам; и после того, как они придут на поле и начнется поединок, он получает десять менкалей, несмотря на то, что поединок закончится примирением; но если до того, как он вооружится, он [193] примирится, ничего не получает; и после того, как вооружится и до начала поединка, получает пять менкалей, если примирится.

[14]

О том, кто побежден на поле

Повелеваем, чтобы тот был побежден, кто убит на поле, и убивший не платит штраф и не становится врагом.

[15]

Об остриях копий

В соответствии с фуэро острия копий участников поединка должны быть притуплены (enbotadas); и после того, как участники поединка войдут на поле, судебные приставы охраняют их оружие и за свою работу получают один менкаль, и если какое-либо оружие будет утеряно или украдено, пусть они за него уплатят.

[16]

О сайоне

Сайон объявляет на поле о том, что будет необходимо, как и о том, о чем мы сказали выше, и участник поединка, который по приказу судьи и алькальдов не захочет отказаться от обвинения против своего противника на поле, платит сто мараведи алькальдам и истцу.

Титул VII

[О должнике, который убежит из города до того, как даст поручителя, и о его жене, и о его детях]

[1]

О должнике, который убежит из города

Повелеваю, чтобы, если случится, что должник убежит из города до того, как даст поручителя, истец брал залог в доме этого должника, так как сказано выше; и если жена скажет, ее мужа нет в округе, приносит присягу перед алькальдами [194] о том, что говорит правду, и пусть заявит в той присяге, что она не убежит из-за страха за тот долг; и тогда алькальды назначают ей срок в три девятидневки, чтобы она привела своего мужа исполнить обязательство; и если муж в одну из этих девятидневок не явится и его не приведет жена, жена каждую девятидневку является приносить присягу, что ее мужа в округе еще нет; и если жена в эти сроки не будет являться приносить присягу, истец берет каждый день залог в доме своего должника, пока ему не вернут его имущество или не уплатят то, что ему должен [должник], если жена признает [долг]; и если жена должника не признает долг, отвечает она от имени мужа, и все то, из-за чего истец будет судиться с ней в суде, пусть будет прочно и законно (firme  valedero).

[2]

О должнике, у которого не будет никакой жены

Если должник не будет иметь жены, а будет иметь детей, то истец участвует с ними в судебном заседании так, Kai мы сказали о жене; и если должник не будет иметь ни жены, ни детей, пусть от имени должника отвечает тот, кто будет держать его имущество, так, как его держали бы жена и дети.

[3]

О том, кто вступит в тяжбу

Всякий, кто по этой причине от имени должника однажды вступит в тяжбу, больше не вступает в другую тяжбу по этой причине; и если в эти указанные сроки муж явится сам или жена его приведет, и сразу же не уплатит долг или не удовлетворит притязание истца, и убежит из города, пусть не вступает никто в дальнейшем за него в тяжбу, но истец все еще продолжает брать залог до тех пор, пока жена не уплатит долг или не удовлетворит притязание [истца] от имени мужа; но за должника, который будет в округе, никто не вступает в тяжбу, но истец берет залог каждый день, пока он [(должник)] не явится в суд или не вернет долг.

[4]

О должнике, который не находится в округе

Если жена или дети, которые будут держать имущество должника, скажут, что должника нет в округе и что он направляется к королю, или в паломничество, или он на охоте, пусть[195] ждет его истец, пока он не возвратится; и если [должник] будет в походе или в караване (rrecua), (Rrecua, arequa — слово арабского происхождения, вероятно, от rakba (корень rakab) — "взбираться на лошадь", "группа всадников", "караван", "кортеж" (Corominas, 1976, III, р. 1044).) пусть также он ждет его, пока он не вернется; и если она скажет, что он идет на охоту, пусть его ждет, как уже сказано, но жена приносит присягу в том, что, где бы он ни был, она не будет посылать ему ни хлеба, ни какой-либо еды; и если она скажет, что он [ушел] с караваном, то [кредитор] ждет возвращения вожатого каравана (exea); 4 и если он в походе, пусть ждет возращения предводителя или других участников [похода]; и если после того, как вернется проводник, или предводитель, или участники похода или набега (espedimiento), а должник не вернется, истец берет залог в доме своего должника до тех пор, пока он не явится в суд или не возвратит свой долг.

[5]

О должнике, который является пленным

Если жена должника скажет, что ее муж является пленным, или он болен, или мертв, пусть тотчас же отвечает вместо него; но если скажет, что он болен, пусть ему предоставят тридцать дней срока, и когда эти дни пройдут, если должник не явится, она отвечает за него; и когда какую-либо из этих причин назовет, приносит присягу, что говорит правду, и присяге верить.

[6]

О решении в отношении жены должника

Все, что будет установлено и решено в отношении жены должника, должно быть установлено и решено в отношении детей и сожительницы (concupina), если они будут держать имущество должника или другого кого-либо; и срок в тридцать дней пусть имеют больные, будь они в округе или вне ее, будь они в городе или вне его.

[7]

О должнике, который захочет идти к королю

Если должник захочет идти к королю, или с караваном, или по другим торговым делам (otros negocios), и до того, как он выедет, истец сможет его засвидетельствовать с тремя весинос [196] или с двумя алькальдами, увещевая его, чтобы он уплатил долг, и если до того, как он уйдет, он не уплатит, пусть истец в дальнейшем берет залог в доме своего должника каждый день и не являются в суд (non salga a fuero) ни жена, ни дети, ни кто-либо иной, пока он не взыщет свое имущество.

[8]

Если жена присуждена к уплате собственного долга

Если жена будет присуждена к уплате собственного долга или долга ее мужа и тот час же она не уплатит, заточают ее без штрафа; но следует блюсти, чтобы никто не держал в заточении ни женщину, ни ребенка, которому еще не исполнилось двенадцать лет иначе, как на цепи; и всякий, кто их иначе заточит, платит десять мараведи судье, и алькальдам, и истцу; и [виды] заточения для других людей суть таковы: тюрьма, колодка, цепь, оковы [для ног], железо для ног (fierros a los pies), наручники (esposas alas manos), чтобы одевать на ноги или на руки спереди или сзади.

[9]

О том, кто выведет заточенного человека из города

Всякий, кто выведет заточенного человека из города, платит десять мараведи штрафа (coto), половину судье и алькальдам и половину истцу; и кто из-за отсутствия поручителя задержит человека вне города, пусть приведет его в город до третьего дня и доставит к судье, и тот решает, виновный ли он, чтобы его заточать или нет; и если окажется виновным, пусть его заточает, и если не будет виновным, пусть оставят его в мире.

[10]

Пусть не запрещают заточенному есть

Всякий, кто будет держать заточенного из-за какого-либо долга, не должен запрещать ему ни есть, ни пить, ни выходить по нужде, и кто это запретит, платит десять мараведи, если это смогут доказать с двумя весинос, которые будут иметь дома рядом с тем домом, где будет заточенный.

[11]

О жене и сыне, которые захотят стать заточенными

Если жена или сын заточенного за доказанный долг захотят вместо него стать должником и занять его место, принимают [197] их [как должников] перед алькальдами, и тот, кто не захочет их принять, платит триста солидов; но тот, кто захочет занять место заточенного, занимает его один раз и не выходит из него, пока не будет уплачен весь долг.

[12]

О том, кто займет место заточенного, признавшего [долг]

Всякий, кто в тюрьме займет место признавшего [долг] должника, пусть уплатит долг до [истечения] трех девятидневок, будь это отец, или сын, или жена; и когда истекут три девятидневки, весь долг, который он должен, удваивается; также, если он будет заточен из-за двойного долга, по истечении срока [уплаты] пусть вчетверо платит своему кредитору.

[13]

О том, кто скажет: "Я заточен"

Ни для кого не имеет законной силы, если он скажет: "Не пойду в заточение, так как я уже заточен", показывая оковы (armella) на руке или ноге; также никто не может запретить доступ к должнику другим кредиторам (otros entregadores), говоря: "Это мой заточенный", хотя и покажет знак заточения (sennal de prision).

[14]

Что не могут запретить заточенному

Никто не может запретить заточенному выходить из своего дома по надобности, особенно, когда выйдет удовлетворить то, что требует естество.

[15]

О должнике, который сбежит из тюрьмы

Если признавший [долг] должник или его поручитель убегут из тюрьмы кредитора, или [убежит] вор, или предатель, или его поручитель, и войдет в церковь, или во дворец, забирают их оттуда без штрафа, (То есть они не пользуются правом убежища.) и если кто-либо этому будет сопротивляться, отвечает вместо того, кто убежал. [198]

[16] О заточенных за долг

Всякий, кто будет держать за долг, который ему кто-либо должен, раба или чьего-либо сына, платит господину или родичу, если сознается [si confieso fuere]; и если будет отрицать, отвечает им и дает удовлетворение им (cunplale de derecho), как и самому захваченному; и это самое мы говорим о мансебо, за которого отвечает тот, чьи приказы он выполняет, и [чей] хлеб он ест, если не будет иметь других родичей; пусть им отвечает должник и никому другому; но господин мансебо или ближайшего родича, кто бы ни потребовал долг, пусть сначала выставит поручителей за тот долг или за исполнение обязательства перед должником, которое он примет [на себя], что долг захваченного будет уплачен.

Титул VIII

[О тех, кто подает апелляцию в палату алькальдов в пятницу. Здесь в конце манкуадра]

(См. комментарий к FC. 3, 8, 17.)

[1]

Об апелляциях в пятницу

Никому, кто подает апелляцию в день пятницы, будь это в городе или в деревнях, не могут запретить подать апелляцию и в тот же день пятницы пусть вынесут решение; и если какую-либо сторону тяжбы не удовлетворит решение суда, пусть приносит апелляцию согласно грамоте, в соответствии с которой все дела должны получать завершение; пусть всегда в понедельник в соответствии с фуэро решения согласно грамоте читаются подавшим апелляцию; и всякий, кто решение согласно книге [фуэро] захочет запретить или порушить, будь это судья, или алькальд, или другой кто-либо, платит сто мараведи, половину истцу и половину королю; также платит сто мараведи либо судья, либо алькальд, который вынесет иное решение, чем то, которое предпишет грамота, после того, как будет устранено произвольное прибавление (sin otro annadimiento alguno tirado), так, как сказано выше. [199]

[2]

О том, что не решит эта книга

Если возникнет дело, которое грамота не решит, то пусть оно [решается] по усмотрению (en alvedrio) алькальдов и судьи; 5 если какую-либо сторону не удовлетворит решение алькальдов, пусть она подает апелляцию в совет, так, как сказано вначале.

[3]

О судебных решениях в пятницу

В пятницу в палате алькальдов занимаются только тем, что выносят решения и принимают показания свидетелей, и назначают сроки тем, кто должен привести свидетелей (rrecibir firmas) в следующую пятницу, и также присяжные тем же [пусть занимаются].

[4]

О том, кто подаст апелляцию два раза в пятницу или по грамоте

Всякий, кто подаст апелляцию по грамоте два раза по одному [и тому же] делу или в пятницу, проигрывает дело; и кто после вынесения решения возобновит тяжбу, платит десять мараведи и также проигрывает.

[5]

Об алькальдах и судье, которые перенесут [рассмотрение] дел

Если судья или алькальды решение палаты или по грамоте перенесут с одного дня на другой, платят по требованию, которое лежит в основе иска, исключая случай, которого не будет в этом фуэро; это мы устанавливаем для того, чтобы все истцы в пятницу могли получить удовлетворение, и поэтому повелеваем, чтобы уравнивания бойцов поединка совершались в субботу и чтобы не совершалось это в пятницу.

[6]

О том, как следует приходить в пятницу рассматривать тяжбы

Судья и все алькальды приходят в палату в пятницу рассматривать дела, о которых уже сказано; и если какой-либо из алькальдов будет в округе и в тот день не явится в палату, платит один мараведи другим алькальдам, если только не [200] будет отряжен майордомами (saluo si se oviere despedido delos mayor domos). 6

[7]

О том, как приходят к согласию по двое

После того, как судья и алькальды прибудут в палату, пусть все придут к согласию рассматривать дела как можно быстрее и рассматривают по двое или как будет лучше; и если кто-либо из алькальдов скажет своему коллеге: "Ты лжешь" или другое слово оскорбления, платит десять мараведи, и если своего коллегу будет побуждать к поединку или стычке (pelea), платит двадцать мараведи, и эти штрафы получают судья и алькальды; тот, кто платит штраф, ничего не получает из него; и то, что мы говорим об алькальде, мы говорим и о судье.

[8]

Если кто оскорбит алькальдов

Пока алькальды будут находиться в палате, пусть никто ни оскорбляет их, ни бесчестит, ни вызывает на поединок, ни говорит им, что они солгали по поводу решения; и тот, кто это сделает, платит шестьдесят менкалей; также этот штраф (coto) получают судья и секретарь.

[9]

О том, кто ранит судью, алькальдов или судебного пристава

Всякий, кто алькальдов, или судью, или судебного пристава ранит в палате из-за залога, платит вдвойне за все, что бы ни содеял, по свидетельству весино, который будет присутствовать с ними вместо сайона; ибо ни алькальды, ни судебные приставы не берут залог без весино согласно фуэро, но судья, которому присущи более важные дела (negocio), берет залог с любым весино.

[10]

Пусть не берут залог без весино

Если судья, или алькальд, или судебный пристав без весино возьмет залог и залог у него будет отнят или его не дадут, то не платят за это штраф; и когда судья или алькальд должен будет брать залог в тяжбе [по иску] совета, пусть берет с ними залог секретарь и записывает залог каждого, потому что если по вине секретаря залог потеряется, то он платит штраф.[201]

[11]

О тех, кто оскорбит кохедора

Когда кохедоры совета должны будут получить имущество совета и из-за залога их кто-либо оскорбит или ранит, то он платит вдвойне за все, что бы ни содеял, по свидетельству того весино, который вместе с ними вместо сайона будет брать залог.

[12]

Пусть сеньор не входит в [судебную] палату

Пусть сеньор Куэнки не входит в палату алькальдов в пятницу, а входит в другие дни, когда ему будет угодно; но пока сеньор будет находиться в палате, никто не выносит решений, и если судья или алькальды в присутствии сеньора будут выносить решение в палате, пусть уплатят истцу по иску, по которому было вынесено решение; и это установлено для того, чтобы ни судья, ни алькальды из-за боязни или робости (verguenza) перед сеньором не судили незаконно (nin judgue tuerto).

[13]

О мерино

Если мерино захочет войти в палату алькальдов, пусть входит в пятницу и находится там до тех пор, пока заседания не будут завершены; и в связи с этим запрещаем, чтобы мерино входил в палату в другие дни, потому как судья должен взимать штрафы в пользу консехо и дворца и [сайон] получать [доли последнего] под присягой, то нет необходимости ему входить в палату в другие дни, поскольку он входит скорее навестить, чем судить; и в день пятницы входит потому, что мерино должен присутствовать при примирениях (compoisiciones) и взимании штрафов (asolungiones de las calonnas), принадлежащих i дворцу

[14]

О тайне судьи и алькальдов

Когда судья и алькальды желают поговорить тайно, пусть ?мерино выйдет из палаты, и сайон, и все судебные приставы, ' поскольку никогда не будет тайным то, что дойдет до ушей кого-либо из них. [202]

[15]

О том, что не судят перед алькальдами

Любой из судебных приставов, который будет перед алькальдами спорить или предъявлять чужой иск (boz agena), платит один мараведи, и всякий, кто тайну палаты расскажет, платит сто мараведи и пусть будет объявлен вне закона (sea encartado), чтобы его в дальнейшем принимали.

[16]

Как входят в палату

Все стороны тяжбы, которые явятся в суд (al juyzio) в пятницу, пусть входят в палату по приказу судьи и майордомов; и если кто-либо войдет в палату и применит силу к портеро, платит половину менкаля; и если портеро кого-либо впустит вовнутрь без приказа, платит так же.

[17]

Титул о манкуадре

Когда стороны тяжбы предстанут перед судьей и алькальдами, пусть сначала тот, кто предъявляет иск, принесет манкуадру, 7 если тяжба будет свыше одного с половиной менкаля, поскольку в соответствии со всеми судебными делами тот, кто предъявляет иск, сначала должен принести манкуадру на кресте.

[18]

Об адвокатах

Если одна из сторон тяжбы не будет знать, как вести свое дело, пусть представит вместо себя адвоката, какого захочет, но чтобы он не был ни судьей, ни алькальдом; и как только принесена манкуадра, ответчик отвечает, отрицая или признавая [иск]; но до того, как он отрицает или признает [иск], пусть скажет истец, что он просит и сколько и основание, вызвавшее этот иск; и когда он изложит свои доводы, алькальды выслушивают того, кто отрицает или признает; и если тот, кто будет оспаривает иск (defendiere la razon), не захочет его ни признать, ни отрицать, ни апеллировать к грамоте, проигрывает дело; это же самое мы говорим о том, кто в суде у ворот судьи (en los plazos de la puerta del juez) не захочет ни отрицать, ни признать [иск], ни подать апелляцию в пятницу; также, если заседание будет проходить перед назначенными алькальдами и защитник [203] не захочет ни отрицать, ни признать [иск], проигрывает дело, если не подаст апелляцию в пятницу; и если одна из сторон тяжбы согласится с решением у ворот судьи или назначенных алькальдов, а другая нет, и не подаст апелляцию в пятницу, проигрывает дело.

[19]

О том, кто подаст апелляцию на решение, с которым согласился

Всякий, кто после решения, с которым согласился у ворот судьи или [перед] назначенными алькальдами, в пятницу или в другое время подаст апелляцию, проигрывает, исключая три вышеупомянутые случая; если из двух сторон тяжбы одна согласится с решением в пятницу, а другая не согласится и не подаст апелляцию по книге [судебника Куэнки], проигрывает тяжбу.

Титул IX

[О способе защиты того, кто отказывается отвечать по иску и доказывает, почему]

[1]

О том, что фуэро не предписывает отвечать

Хотя тот, кто защищается, должен отрицать или признавать [иск], но, если он будет знать о чем-либо предъявленном ранее, (В тексте "ante si poner algo" — где algo переводится как "что-то, что-либо". Это перевод слова "aliquid" из FCFP (DCXXXIX) и FCFS (XXV,1). В фуэро Иснатораф (DXCI) и фуэро Бехар (777), например, вместо algo используется "alguna cosa".Вообще же речь идет уже о предъявленном ранее иске, который был рассмотрен алькальдами и по которому принято какое-то решение либо по существу, либо, выражаясь современным языком, вынесено определение о назначении сроков.) в связи с чем фуэро позволяет ему не отвечать, пусть не отвечает; также если он [(ответчик)] скажет: "Ты это требуешь, а я не признаю; теперь ты признай или отрицай, обращались ли мы к алькальду по этому поводу"; и тогда пусть алькальды выясняют у того, кто требует, признал он или не признал, обращались ли они к алькальдам, которые рассматривали дело, [204] или нет, какой срок установили и какое решение вынесли [по их делу ранее]; и если он назовет (В тексте "otorgaren", тогда как в FCFP (DCXXXIX) и FCFS (XXV, 1) concessent (назовет) стоит в ед. числе 3 л. В фуэро Иснатораф (DXCI) и фуэро Бехар (777), как и в латинских редакциях - otorgare/otorgar (ед. число 3-го л.).) алькальдов, то пусть скажет, какое решение они вынесли [по их делу], и если он не явится в срок, проигрывает тяжбу и платит алькальдам пять солидов, если они подтвердят [его правоту]; а если они не смогут это подтвердить, пусть уплатит вдвойне по иску, который незаконно предъявил другой стороне; (В FCFP (DCXXXIX) и FCFS (XXV,1) не "другой стороне", a debitori (должнику).) и если ответчик будет отрицать долг перед алькальдами, а другая сторона сможет доказать [обратное] с алькальдами, то истец проигрывает тяжбу и платит пять солидов; и если ответчик не сможет доказать, удваивает сумму иска, который был предъявлен незаконно; но не имеют законной силы для должника на [срок в] девять дней по этому иску, ни грамота (nin carta), (В FCFP (DCXXXIX) и FCFS (XXV,1) - "пес alia ualeat uox, пес ista" -не имеет законной силы ни этот иск, ни другой.) пока он не уплатит долг; и если ответчик не предъявит другой стороне что-либо, перед тем, как отрицать или признавать, как об этом сказано выше, и признает [иск], и станет должником, берут у него денежный залог, чтобы он явился в течение девяти дней; и если иск будет [предъявлен] не по поводу долга, а по другой причине, пусть алькальды установят ему срок по своему усмотрению, и пусть он платит, если будет отрицать установленный срок, или доказывает [кредитор], согласно фуэро, и после приведения доказательств взимает долг; а если истец не сможет доказать, ответчик присягает один и ему надлежит верить.

[2]

О тех, кто не может быть свидетелями

Всякий, кто должен будет выслушать свидетелей, пусть не принимает [в качестве свидетеля] адвоката, который участвует или участвовал в этой тяжбе, ни своего врага, ни того, кто имеет или ожидает получить долю в иске, исключая алькальдов и совет, поскольку алькальды могут свидетельствовать в отношении того решения, которое они выносят, и за исключением компаньонов, которые объединились, чтобы приобрести имущество [205] вне города, а также в походе, или в реклове (rreclova), (Группа охотников, по-видимому, надолго покидающая город и, возможно, охотящаяся в горах.) или в чем-то подобном.

[3]

О том, кто должен свидетельствовать с названными свидетелями

Если кто-либо с названными свидетелями (testigos cononbrados) или с алькальдами должен будет свидетельствовать, пусть называет свидетелям день суда; и если истец не явится свидетельствовать в день суда, то он проигрывает, и если затем кто-либо из свидетелей не явится свидетельствовать, платит по иску, в котором должен был свидетельствовать; и для лучшего разумения повелеваем, чтобы сколько раз будет необходимо кому-либо свидетельствовать, и свидетели не явятся в суд, пусть столько платит, как уже сказано.

[4]

О больных свидетелях

Если кто-либо из свидетелей будет болен, пусть истец даст об этом знать ответчику за день, и никто из сторон не проигрывает и не является в [установленный] срок; и если по дороге, направляясь в суд, свидетель заболеет или будет мучиться [чем-либо] так, как с ним уже случалось много раз, или ночью заболеет в канун суда (en la vigilia del plazo), то не проигрывает дело ни одна из сторон, хотя истец и не даст знать об этом за день до этого своему ответчику; и если не поверят свидетелю, что болезнь или страдание не позволили ему явиться в срок, пусть больной принесет присягу, когда выздоровеет, согласно фуэро, что из-за страдания или болезни, случившейся с ним по дороге, он не смог явиться в срок, и тогда не проигрывает тяжбу ни одна из сторон.

[5]

О названных свидетелях, которых не окажется во всей округе

Если кого-либо из названных свидетелей не будет в округе, пусть истец даст знать об этом ответчику за день, и пусть они не являются в срок, а [истец] не проигрывает тяжбу; и когда[206] истец увидит своих свидетелей или алькальдов в округе, пусть назначит другой срок своему ответчику, и тот, кто не захочет назначать срок или в назначенный срок не явится, проигрывает тяжбу; и если должник скажет своему кредитору, что он уже уплатил ему долг, и пообещает ему это доказать, называет ему свидетелей и приводит их на третий день к воротам судьи, если они будут здоровы или в округе.

[6]

О свидетелях, которых не окажется в округе

Если свидетелей не будет в округе, дают об этом знать истцу так, как сказано выше; и если истец сможет доказать, что свидетели в округе или он сможет там их увидеть и доказать [это] и они не явятся в срок, проигрывает дело тот, кто должен был свидетельствовать; и если окажется правдой то, что их не будет в округе, то когда бы истец их ни увидел, назначает ответчику срок во второй раз, и тот, кто не захочет назначать срок или в срок не захочет явиться, проигрывает дело.

[7]

О том, кто должен выслушать свидетелей или приносящих присягу

Всякий, кто в суде в день пятницы должен будет представить свидетелей или присяжных, пусть представит их в первую пятницу; все другие свидетели и присяжные имеют срок на третий день у ворот судьи.

[8]

Как должны приносить присягу свидетели

Свидетелей, когда они явятся свидетельствовать, присяжные, или алькальды, или судья, или тот, кто рассматривал дело, или тот, кто вынес решение, должны опросить, и должны они принести совместную присягу таким образом и до того, как они будут свидетельствовать, говоря: "Если о тех вещах, о которых мы вас спросим, вы скажете правду, то тот сеньор, который является могущественным, и королем королей, и сеньором сеньоров, и судьей над судьями, вам поможет и вас спасет в этом мире и при втором пришествии; и если по поводу тех вещей, о которых мы вас спросим, вы скрываете правду из-за робости, или боязни, или любви, или корысти, то тот могущественный сеньор, который является королем над королями и сеньором [207] над сеньорами, уничтожит вас, и вашу плоть, и душу с детьми, и женами, и с другими вещами, которые в сердцах вы больше всего любите"; и пусть отвечают все: "Аминь".

[9]

О свидетелях, которые не захотят сказать во время присяги: "Аминь"

Если кто-либо из свидетелей не захочет сказать: "Аминь", его свидетельство не принимается: и если все скажут: "Аминь", спрашивают их алькальды, присутствовали ли они, и видели ли они, и слышали ли они, и если они это подтвердят (otorgaren), пусть алькальды спросят их во второй раз, чтобы они сказали, что [именно] они видели и что слышали, и тогда пусть каждый из свидетелей за себя скажет о том, что он видел или слышал, не указывая ни на какого [другого] свидетеля; и всякий, кто укажет на [другого] свидетеля, платит истцу по иску вдвойне и [его] свидетельство не имеет [законной] силы; и после рассказа свидетелей алькальды решают, истинно ли свидетельство, ибо если его [свидетеля] свидетельство расходится [с другим], не имеет оно [законной] силы.

[10]

Если кто-либо из свидетелей забудет что-либо сказать

Если кто-либо из свидетелей что-либо не скажет по забывчивости о том, что видел или слышал, или о чем-либо другом, пусть спросят его во второй раз, видел ли он или слышал [лично]; и если подтвердит, [что видел или слышал], оно принимается; если нет, не [принимается]; слышать и видеть предписано в этом свидетельствовании, ибо если он только слышал, но не видел, то не должно приниматься [во внимание] его свидетельство, поскольку, если оно будет принято, то по этой же самой причине должны были бы приниматься [во внимание] свидетельства глухого, немого и слепого.

[11]

Кто должен и может свидетельствовать

И для этого дается установление, чтобы никто не свидетельствовал, исключая того, кто скажет: "Я видел и слышал то, о чем вы меня спрашиваете"; и [необходимо], чтобы он был здоров, разумен и не был безумным, или сумасшедшим, или потерявшим память. [208]

[12]

О том, как должен приносить присягу свидетель

Всякий, кто должен будет принести присягу, пусть приносит на кресте следующим образом и спрашивает его истец: "Собираешься ли ты принести присягу о том, что мне алькальды присудили?"; затем приносящий присягу отвечает: "Конечно, собираюсь"; затем пусть истец бранит приносящего присягу так, как пожелает, но не говорит ему, что кто-то его имел [как женщину] (lo foda); и все другие бранные слова, какие он пожелает, пусть говорит, и приносящий присягу пусть молчит, пока истец ему не прикажет, чтобы он сказал: "Аминь".

[13]

том, кто не захочет сказать: "Аминь"

Если приносящий присягу, когда ему будет приказано сказать: "Аминь", не захочет сказать это или когда он будет бранить злословящего его или истцу в чем-либо возражать (refertare), проигрывает дело.

[14]

О том, кто будет возражать приносящему присягу

Если истец скажет приносящему присягу, что кто-то имел его [как женщину], проигрывает дело и платит приносящему присягу вдвойне по иску.

 

Комментарии

1 Пучок соломы как знак вызова в суд, один из архаичных символов, был отменен грамотой Санчо IV в 1285 г. См.: Ape. 4:15.

2 Ручательство собственной ногой (в лат. текстах "mittat... suo pede", В Валенсийском кодексе — "ponga...el pie") является разновидностью поручительства в средневековом кастильском праве наряду с такими его видами, как выставление свидетеля сделки (auctor, otor), поручительство в гражданских делах, т. е. когда речь идет о sobrelevadores (см. комм. 30 к книге первой), а также о поручителях за безопасность (fiadores de salvo), которые ручаются в процессуальном смысле: гарантируют бездействие мстителя или жертвы мщения на период совершения каких-либо процессуальных действий или течения процессуального срока. Без всякого сомнения, ручательство собственной ногой имело символический характер. На должника, не исполнившего обязательство, накладывались оковы. Фуэро Куэнки всегда исключает такой вид ручательства, если обязанная сторона владеет имуществом, на которое можно обратить взыскание, и, наоборот, допускает его в случае отсутствия такового, если это подтверждается присягой должника: "Если кто, имея залог, захочет дать ногу в руку судьи или алькальдов, пусть ее не берут, но судья и алькальды принуждают его, чтобы он дал залог; и если он не будет иметь залог, приносит присягу, что он его не имеет, и дает ногу" (FC. 3,4,2 и 4). Этот вид обеспечения применяется также в тяжбах между евреями и христианами (FC. 3,13 ,2).

3 Также см. в FC. 3,6,3 и FC. 3,6,10. Описание процедур подготовки к сражению на судебном поединке, описание границ поля, где проходит поединок, его ход хорошо иллюстрируется (и подтверждается) сценами из "Песни о Сиде", когда представлявшие Сида бойцы должны были, мстя за его поруганных дочек, сойтись с графами Каррионскими:

Los fideles y el rey ensenaron los mojones

libravanse del campo todos a derredor. (Cid. 3604-3605).

[Расставили вехи приставы и король.

Все покинули поле и стали кругом] (Сид. 3641—3642).

Согласно фуэро Куэнке, "если после того, как они начнут сражаться, кто-либо из них перейдет веху, то он побежден" (FC. 3,6,3); в "Песне о Сиде":

Bien gelo demostraron a todos seys commo son,

que per i serie vencido qui saliesse del mojon. (Cid. 3606-3607).

[Хорошо растолковали им все вшестером,

Что, кто ступил за вехи, тот уже побежден] (Сид. 3643-3644).

Чтобы бойцы находились в равном положении, судьи поединка ставили их так, чтобы солнце одинаково светило им в глаза:

Sorteavanles el campo. Ya les partien el sol,

salien los fideles de medio, ellos cara por dara son. (Cid. 3610—3611).

[Поделил тут солнце меж обеих сторон;

Лицом к лицу их оставив, из круга вышли вон] (Сид. 3647-3648).

Обязательным было при проведении поединков назначение специальных судей - fieles, в качестве которых в муниципиях могли выступать приставы. Именно они решали, кто вышел победителем, а кто проиграл:

El rey dioles fideles por dezir el derecho e al none;

Que non varagen con ellos de si o de none (Cid. 3593—3594).

[Король назначил верных, судящих правду и ложь,

Чтоб не смели с ними спорить, где правда и где ложь] (Сид. 3630—3631).

Quando lo vido Ferran Goncalvez, conuvo a Tizon;

antes que el colpe esperasse dixo: "Vencudo so".

Atorgarongelo los fideles, Per Vermudoz le dexo. (Cid. 3643—3645).

[Как увидел Феррандо Тисону над собой,

Не дожидаясь удара, сказал: "Я побежден".

Когда верные признали это, Бермудес отъехал прочь] (Сид. 3680—3682).

Essora el infante tan grandes vozes dava:

"valme, Dios glorioso, senor, curiam deste espada!"

el cavallo asorrienda, e mesurandol de espada,

sacol del mojon; don Martino en el campo fincava.

Essora dixo el rey: "Venid vos a mi compana;

Por quanto avedes fecho vencida avedes esta batalla".

Otorgangelo los fideles que dize verdadera palabra (Cid. 3662—3670).

[В то время инфант громким голосом вскрикнул:

"Защити от меча, сохрани меня, Спаситель!"

Чтоб уйти от Колады, коня поворотил он,

За вехи убежал; держит поле Антолинес.

Тут молвил король: "Ступайте к моей свите,

Этим делом решили вы битву".

И верные подтвердили, что слова его правдивы] (Сид. 3700—3706).

dixo Goncalvo Anssuores: "Nol firgades, por Dios!

Vencudo es el campo, quando esto se acabo!".

Dixieron los fideles: "Esto odimos nos". (Cid. 3690—3692).

[Рек Гонсало Асурес: "Не бейте, ради бога!

Уступаем мы поле после боя такого".

И верные сказали: "Мы слышали это слово"] (Сид. 3725—3727).

Если поединок происходил в присутствии короля, то, согласно обычаю, доспехи и оружие побежденного забирал его майордом. В муниципии, скорее всего, существовал другой порядок, так как сражались между собой не представители знати, а городские кабальерос или простые пеоны-пехотинцы.

4 Exea, axea — проводник, который водил скот и торговые караваны из земель христиан на мусульманскую территорию и обратно, а также сопровождал освобожденных пленных в обоих направлениях (FBejar. Р. 272).

5 Судья часто был подлинным законодателем, так как выносил решение согласно своему свободному усмотрению (albedrio), и, вынеся вешение, устанавливал юридическую норму, которая должна применяться в дальнейшем. Без сомнения, решения местных судей легли в основу значительного числа предписаний муниципальных судебников, предписаний, которые благодаря таким решениям приобрели характер юридической нормы, превратившейся в последующем в общее правило. Встречающееся в нескольких местах судебника выражение: "Такое же решение мы выносим..." указывает, на наш взгляд на то, что источник этих норм — именно судебные решения. Например: "И это самое решение мы выносим в отношении сына, который останется [жить] с отцом или матерью" (FC. 1,10,34). Но так как даже после записи местного права нередки случаи расхождения между предписанием фуэро — часто просто копии чужой модели — и локальным обычаем, свободное судебное усмотрение продолжает сохраняться (См: Sanchez G. Para la Historia. P. 263).

6 Майордом, по видимому, возглавлял коллегию, состоящую из алькальдов. Он следил за тем, чтобы в судебной палате всегда присутствовали приставы, и штрафовал их за неявку (FTeruel. 125 (4), свидетельствовал о прекращении течения процессуальных сроков, и в этом случае он мог заменять даже самого судью: "Таково фуэро, что всякий, кто должен будет свидетельствовать об истечении сроков, пусть свидетельствует с судьей (judez) или с майордомом алькальдов..." (FTeruel. 268 (6). Также, судя по FC. 3,8,6, майордом следил за тем, чтобы вовремя исполнялись алькальдами процессуальные действия в округе, т. е. "отряжал" их туда. Статьи фуэро Теруэля (107 и 210 (3), согласующиеся с предыдущей, уточняют, что штрафуется алькальд, "если он первоначально (primera mientre) не был отряжен майордом" (FTeruel. 107).

7 Манкуадра — присяга, в ходе которой лицо, ее приносящее, присягает, что свое требование к ответчику оно предъявляет не в силу недоброжелательности и не по злому умыслу, но вследствие того, что имеются для этого законные основания (Garcia Gonzalez J. El juramento de manquadra. P. 223)

 

ФУЭРО КУЭНКИ

EL FUERO DE CUENCA

(1189 г.-XIII в.) ВАЛЕНСИЙСКИЙ КОДЕКС

КНИГА ТРЕТЬЯ

Титул X

[О ярмарках, на которых не подобает у кого-либо ни брать залог, ни назначать срок]

[1]

О ярмарочных днях

Хотя и дано истцам [право] брать залог у своих должников и назначать срок, но существуют дни, и часы, и время, когда не подобает у кого-либо ни брать залог, ни назначать кому-либо срок: ярмарочные дни такие же, как и воскресенье в оказании почтения Богу и вторник для иммунитета рынка; ни в день Рождества; ни в день Обрезания; ни в день Успения; ни в день [209] Явления [Господа]; ни в день Воскресения Христова; ни в день Пятидесятницы — ни в эти [шесть] торжеств, ни в течение восьми дней [их празднования] (ochavas) никому не дано брать залог; также в праздник святого Иоанна, и в праздник Успения святой девы Марии, и в день святого Михаила; также в эти дни пусть друг друга не ведут в суд; также ни в дни поста после ужина (sena), ни в другие дни перед утренними службами, ни после вечерни в приходских церквях; в эти дни и часы всякий, кто возьмет у другого залог, платит пять солидов, и всякий, кто у берущего залог его отнимет или не даст, не платит штраф.

[2]

О ярмарочных днях

Устанавливаем (establecemos) [такое] фуэро, чтобы во время Великого поста в ярмарочные дни со дня воскресенья Великого поста до пятницы в течение восьми дней [их празднования], в дни которых ни у кого ни брали залог, ни вызывали [в суд] к воротам судьи, ни в палату [алькальдов] в пятницу; но в связи с тяжбой по поводу эрмандады с другим городом 8 и физическим оскорблением (desonra de cuerpo) человека должны вызывать в суд.

[3]

О ярмарочных днях во время жатвы

Также существуют ярмарочные дни во время жатвы, когда следует приостанавливать [течение] сроков и взятие залогов, исключая ущерб посевам и другим злакам и исключая тяжбы о токах и о поливе [огородов], и физическое оскорбление, и эрмандаду; и дни этих ярмарок мы устанавливаем от праздника святого Петра до последней пятницы августа.

[4]

О других ярмарочных днях

Также существуют ярмарочные дни, во время которых следует приостанавливать все тяжбы, исключая те вещи, которые связаны со сбором винограда, такие, каковы суть плетеные корзины и бочки [для перевозки вина], и другие вещи, которые сопровождают сбор винограда; и ярмарочные дни во время сбора винограда мы устанавливаем от праздника святого Михаила до последнего дня следующего месяца октября; если кто-либо [210] должен будет уплатить долг и по случаю ярмарки не захочет уплатить в срок, пусть истец со свидетелями потребует возврата долга, и если до истечения девяти дней он не уплатит, пусть после окончания ярмарки даст вдвойне то, что должен был [дать], если это будет имущество или другая вещь.

[5]

Пусть алькальд не встает, чтобы дать кому-либо совет

После того, как стороны тяжбы предстанут в палате перед алькальдами, [алькальд] пусть не встает, чтобы дать совет или защитить какую-либо сторону, и тот, кто это сделает, платит один мараведи своим коллегам, которые будут в суде, и та сторона, которую он будет защищать или которой даст совет, проигрывает дело; ибо алькальды не должны ни показывать кому-либо [что-либо], ни советовать в тяжбах, но только выносить решения на основании приведенных доводов; и наряду с другими вещами они должны остерегаться, чтобы не имело ни для кого законной силы крючкотворство (non vala a ninguno cavilaciones), но только фуэро и справедливое судебное решение (derecho juyzio).

[6]

О том, что стороны излагают доводы стоя

Спорящие и все адвокаты излагают доводы стоя, и после изложения доводов все выходят из палаты; затем алькальды принимают решение согласно тому, что им присоветует фуэро.

[7]

О том, как должны выносить решение у ворот

После того, как алькальды обсудят решение, пусть двое из тех алькальдов оглашают решение сторонам тяжбы у ворот; и если кто-то из них [тяжущихся] не согласится с решением, пусть подает апелляцию по грамоте [судебника], как уже сказано.

[8]

О том, у кого будет суд в пятницу или [апелляция] по книге [судебника]

У кого будет суд в пятницу или [апелляция] по книге [судебника] и он до закрытия суда не явится, проигрывает дело. [211]

[9]

Об апелляции в пятницу

Когда стороны тяжбы из деревни вне города выберут судей и одного из них не удовлетворит решение, пусть он подает апелляцию в пятницу и является в суд в первую пятницу, и тот, кто не явится, проигрывает; и если прения не состоятся в первую пятницу, является в суд в следующую пятницу, и тот, кто не явится, проигрывает тяжбу.

[10]

О том, как следует переносить сроки [явки в суд]

Когда совет или алькальды захотят перенести сроки [явки в суд], пусть переносят их на известную пятницу и приказывают объявить в день пятницы сроки; и если сроки будут перенесены из-за тревоги (apellido), 9 на третий день после вступления знамени (senna) (То есть отряда.) в город должны явиться каждый в свой срок, как к воротам судьи, так и в [суд] в пятницу; и если они будут в походе против врагов и перенесутся сроки, то является каждый в свой срок в течение девяти дней после вступления знамени в город как к воротам судьи, так и в [суд] в пятницу.

Титул XI

[В каких делах человек должен подавать апелляцию королю]

[1]

В каких делах человек должен подавать апелляцию королю

Всякий, кто будет подавать апелляцию королю, если иск [стоит] не выше двадцати менкалей, проигрывает дело и апелляция признается ничтожной и необоснованной (fria  vana); посему повелеваю, чтобы все тяжбы завершались согласно грамоте вашего фуэро. [212]

[2]

О тех, которые будут приносить апелляцию королю

Всем тем, кто в указанных делах будут подавать апелляцию королю, устанавливают срок на третий день у ворот судьи; и для того им дан этот срок, чтобы, если они захотят договориться между собой, они не шли к королю, и если они не договорятся между собой, являются в срок к воротам судьи, и тот, кто не явится, проигрывает дело; и когда оба явятся, если тот, кто подаст апелляцию, откажется от подачи апелляции и захочет принять решение согласно грамоте [фуэро], пусть они не идут к королю.

[3]

Об апелляциях тех, которые будут приносить апелляции

Если кто согласно этой книге подаст апелляцию в тяжбах по гражданским делам (pleitos civiles), то безо всяких отговорок пусть тотчас же рассмотрят его апелляцию; и кто во время [рассмотрения] апелляции будет отрицать апелляцию, платит по иску, в связи с которым возникла тяжба.

[4]

Об апелляции

Всякий, кто по книге подаст апелляцию или королю, исключая убийство или владение [стоимостью] свыше двадцати менкалей, проигрывает дело, но подавать апелляцию может тот, в отношении кого согласно фуэро Куэнки не принято [окончательное] решение.

[5]

О верных

Пусть судья назначит тем, кто будет подавать апелляцию, одного верного, которым должен быть один из приставов, и пусть таким будет верный, чтобы обе [стороны] ему доверяли и чтобы он не был подозрителен никому из тяжущихся; и когда назначен верный, приносит манкуадру тот, кто предъявляет иск, если она не была принесена, поскольку если прошел тот срок, пусть никто не отвечает за манкуадру; и после того, как тяжущиеся примут верного, пусть верный называет срок, в который он должен явиться, и если в тот срок сторона тяжбы не придет подготовленной (aparejado), проигрывает тяжбу. [213]

[6]

Об адвокате

Любая из сторон тяжбы, которая захочет взять себе адвоката, берет его у ворот судьи перед присяжным, а не в другом месте.

[7]

О сторонах тяжбы, которые имеют врагов

После того, как назначен верный, если одна из сторон тяжбы, опасаясь врагов, не осмелится идти к королю открыто, пусть приносит присягу, что [является] правдой то, что у нее есть враги, и пусть [первой] идет к королю та сторона, какой будет угодно; и тот, кто раньше явится к королю, пусть ждет другую сторону три дня, если до того, как они отправятся, он узнает, где находится король, и если не будет точно знать место, пусть ждет своего товарища с верным тот, кто раньше придет к королю; [и если один придет к королю с верным], а другой не придет и срок истечет, [тот, кто не придет], проигрывает тяжбу по свидетельству верного; и если другой раньше придет, а другой с верным не придет в срок и срок истечет, пусть [последний] проигрывает тяжбу по свидетельству верного. (В оригинале - "рог testimonio de la ley" (по свидетельству закона), в то время как в FCFP (DCLXX) "по свидетельству верного".)

[8]

О тех, которые являются врагами

Если стороны тяжбы, которые должны будут идти к королю, окажутся врагами, пусть предоставит каждый из них поручителей за безопасность судье в [установленный] срок и идут оба с верным; и после того, как они окажутся в пути с верным, идут и делают остановки так, как им прикажет верный, пока они не встретят короля внутри границ королевства, поскольку вне [королевства] никто его не должен искать, но пусть возвращаются; и когда он будет в королевстве, пусть назначат им еще один срок, и идут они к королю, как уже сказано.

[9]

О том, кто ранит своего противника в тяжбе

Если кто-либо ранит своего противника в тяжбе по дороге или убьет его, или оскорбит его, платит вдвойне, чтобы он ни [214] содеял; и если кто-либо из сторон тяжбы или верный заболеет по дороге, пусть ждут те, кто будет здоров, до тех пор, пока не выздоровеет или не умрет [кто-либо из указанных выше]; и если выздоровеет, продолжают свой путь; и если верный умрет, то возвращаются стороны тяжбы и судья назначает им другого верного; и если какая-либо из сторон тяжбы умрет, то также возвращаются и от имени умершего выступает тот, кто должен будет ему наследовать.

[10]

Если случится, что дорога их обременит

Если стороны тяжбы, будет ли приставлен к ним верный или нет, обременит дорога и захотят обе ждать прибытия короля, пусть назначат другой срок перед верным или двумя алькальдами, или перед судьей и одним алькальдом, или присяжными алькальдами короля; и когда один из них захочет идти к королю, пусть назначат еще раз тот срок, который будет законен, и тот, кто не захочет идти, проигрывает дело; и если не смогут найти первого верного, пусть судья назначит им другого, и они идут, как уже сказано.

[11]

Если [кто-либо] захочет, чтобы рассмотрели дело в апелляционном суде

Если стороны тяжбы обременит дорога и захотят они другого избрать [для рассмотрения апелляции] вместо короля, будь в городе или в деревне тот, кто рассмотрит их дело, могут они это сделать без штрафа; и стороны тяжбы, когда они вместе придут к королю, вместе входят к королю со своим верным настолько, насколько быстро смогут.

[12]

О верности верного

Верный, который имя верного получит, среди всех вещей, то есть того, что должен хранить, не должен изменять судебное решение, которое в его присутствии будет вынесено; поскольку если он изменит судебное решение, и будет это доказано тем, кто вынес решение, пусть сбросят его или отрежут язык как не верному (commo a non fiel). [215]

[13]

О том, как тот, кто будет побежден, возмещает расходы

Та из сторон тяжбы, которая будет побеждена в суде, пусть возместит расходы, которые понесет другая сторона, идя туда и обратно, и дает верному обувь [стоимостью] в два солида, чтобы он сопровождал их в дороге и не более; и стороны тяжбы вместе содержат верного по дороге туда и обратно.

Титул XII

[Пусть по истечении полугодия после оставления должности должностные лица не отвечают, если они будут иметь заселенные дома в городе]

[1]

Пусть не отвечают после [истечения] полугода

Если судья, или алькальды, или секретарь, или кохедор, или пристав, или альмутасаф будут иметь заселенные дома в городе, то с истечением полугода после оставления должности они не отвечают за залог; и если они не будут иметь заселенные дома, отвечают в любое время. (В FCFP (DCLXXIX) - "omni tempore", а в FCFS (XXVIII, 1) - "quolibet tempore", т. е. "в любое время", в то время как в Валенсийском кодексе речь идет о "cada anno" (каждом годе).)

[2]

Об имуществе консехо, которое признано [бесспорно ему принадлежащим]

Всякий, кто будет держать имущество совета, которое будет признано [бесспорно ему принадлежащим], отвечает за него во всякое время; и в качестве фуэро предписываем, чтобы каждый приход имел своего кохедора и чтобы каждый кохедор [предоставлял] двух поручителей, которые имели бы дома с достаточным залогом, в счет которого судья возместил бы [ущерб, причиненный] имуществу совета; пусть эти поручители не [216] оставляют поручительство, пока за имущество совета не будет уплачено; и в то время, как судья найдет в этих домах залог, пусть не берет его в других домах прихода; и если он в них не найдет залог, берет залог во всем приходе, где он найдет залог.

[3]

О том, как отвечают приходы перед судьей

Приходы отвечают перед судьей за имущество консехо, и они становятся должниками там, где им судья укажет; и у тех, кого кохедоры объявят должниками, берут залог в их домах, и если не найдут залог, пусть судья берет залог из-за них во всем приходе; и всякий, кто у кохедора, который будет брать залог за имущество консехо, отберет залог, платит один мараведи; и тот, кто из руки кохедора до [истечения] тридцати дней не освободит залог, теряет его вдвойне; (В FCFP (DCLXXXII) и в FCFS (XXVIII, 6) - "perdat ea" (теряет его), в то время, как в Валенсийском кодексе говорится об утрате залога именно в двойном размере от стоимости имущества консехо — "pierdala doblada". Не ясно, однако, является ли последнее добавление следствием ужесточения санкции (реформированием нормы) или же произвольной вставкой переводчика (переписчика).) и если кохедор или его поручитель до [истечения] тридцати дней из руки судьи не освободит залог, также его теряет.

[4]

О залоге поручителей

Если залог поручителей по вине кохедора будет потерян, кохедор платит за него вдвойне; и если кохедор соберет иной платеж, а не тот, который будет [указан] в падроне, удваивает его и сверх этого платит один мараведи штрафа; и кохедор, который будет держать падрон совета, если добавит что-либо в него или причинит ущерб, платит десять мараведи и ущерб удваивает.

[5]

О присяжных, [ведущих] падрон 10

Если присяжные, [ведущие] падрон как в городе, так и в деревне, будут уличены в подлоге, пусть каждый из них платит десять мараведи, и за это они должны быть объявлены вне закона за подлог и лжесвидетельство; и присяжные, которые один раз составят падрон, другой больше не составляют. [217]

Титул XIII

[О тяжбах, которые случаются между христианами и евреями]

[1]

О тяжбах христиан и евреев

Если еврей и христианин затеют тяжбу по поводу чего-либо, пусть они выберут двух алькальдов весинос, чтобы один был христианином и другой евреем; и если одну из сторон тяжбы не удовлетворит решение, пусть подает апелляцию четырем алькальдам весинос, из которых два должны быть христианами и два евреями; и у этих четырех судей пусть завершится тяжба; и всякий, кто подаст апелляцию [на решение] этих четырех судей, проигрывает тяжбу; эти алькальды должны тщательно следить, чтобы выносились решения не иначе, как в соответствии с фуэро Куэнки.

[2]

О свидетелях [в тяжбе] между христианином и евреем

Пусть будут свидетелями [в тяжбе] между христианином и евреем христианин и еврей и [показанием этих людей] все вещи, которые будут отрицаться, пусть подтверждаются и признаются; и всякий, кто должен будет свидетельствовать, свидетельствует о двойном залоге или его ноге согласно фуэро Куэнки; и если христианин даст свою ногу и будет побежден, судья держит его в заключении в тюрьме короля, пока он не заплатит; и если еврей засвидетельствует христианина вне тюрьмы короля, передает его судья в заключение (prision) еврею, пока он не уплатит; также еврея, который свою ногу даст и будет побежден, держит в заключении в тюрьме короля тот, кто будет аль-беди. 11

[3]

Об арестованном, засвидетельствованном за пределами тюрьмы

Если христианин вне тюрьмы засвидетельствует заключенного, пусть альбеди передаст его в заключение христианину, откуда он не выходит, пока не уплатит; и тот, кто по поводу двойного залога представит свидетелей, будь это христианин [218] или еврей, и если в течение девяти дней его [(залог)] не освободит [залогодержатель], теряет залог.

[4]

Если альбеди не будет осуществлять правосудие

Если альбеди не будет осуществлять правосудие, платит судье десять мараведи, и за это истец берет такой залог, какой сможет взять из имущества евреев вне алькасара без штрафа; и десять мараведи делятся между судьей и истцом; и если судья не восстановит право истца, платит десять мараведи альбеди; и за это пусть еврей берет такой залог, какой сможет взять из имущества христиан; и если христианин не захочет дать удовлетворение еврею, пусть еврей возьмет залог в доме христианина с одним весино согласно фуэро Куэнки; и если у еврея будет недвижимость, пусть держит залог сам, а если не будет у него недвижимости, держит его тот весино, с которым он возьмет залог; также, если еврей не захочет выбрать алькальда, пусть христианин возьмет залог в доме еврея с одним весино-евреем и пусть держит залог весино-христианин, если он будет иметь недвижимость в городе, и если не будет иметь недвижимость, пусть держит его [залог] еврей, с которым он возьмет залог.

[5]

Если кто даст залог без приказа

Если христианин или еврей, который будет держать залог, без приказа истца отдаст залог его владельцу, платит десять мараведи судье, и альбеди, и истцу; и если христианин-весино не захочет идти брать залог с евреем-истцом, платит пять солидов и за этот штраф берет залог судья и делит его с истцом; также если еврей-весино с христианином-истцом не захочет идти брать залог, платит пять солидов, и за этот штраф берет залог альбеди и делит его с истцом.

[6]

О том, кто не даст залог еврею

Если христианин не даст залог еврею и не захочет открыть ворота, пусть судья возьмет залог, достаточный для [удовлетворения] иска и [уплаты] штрафа в пять солидов; и этот штраф делит судья с истцом; также у еврея, который не даст залог христианину или его отберет, пусть альбеди возьмет залог, достаточный для удовлетворения иска и [уплаты] штрафа в пять [219] солидов; но если судья не захочет взять залог для еврея, как уже сказано, платит он пять мараведи альбеди и истцу; также, если альбеди для христианина не захочет взять залог, платит пять мараведи судье и истцу.

[7]

О месте и начале судебных разбирательств

(В оригинале — "De commo tengan los plazos" (О том, как должны соблюдать сроки). Заголовок в тексте приведен по FCFP (DCCII) и FCFS (XXIX, 16).)

Судебные разбирательства между евреями и христианами проходят у ворот алькасара, а не синагоги; и начинаться заседания должны после окончания утренней службы до терции (tercia) в кафедральном соборе, и когда прозвонят терцию, пусть прекращают судебные разбирательства, и тот, кто не явится в срок, проигрывает дело (caiga dela rrazon).

[8]

Как следует приносить присягу и при какой стоимости [иска]

(В FCFP (DCCIII) и FCFS (XXIX, 17) заголовок называет