МОТОЛИНИА, ТОРИБИО ДЕ БЕНАВЕНТЕ (1523-1568). История индейцев Новой Испании (Публикация 2000 г.)


2 820 views

МОТОЛИНИА, ТОРИБИО ДЕ БЕНАВЕНТЕ (1523-1568). История индейцев Новой Испании (Публикация 2000 г.)

[hidepost]

[/hidepost]
Первооткрыватели Нового Света

Среди подлинных свидетельств поразительного по своей насыщенности героического и жестокого XVI века — века открытия и завоевания Нового Света, нет более ярких и значимых, чем так называемые американские хроники, фрагменты из которых представлены в настоящем сборнике. И сегодня, через 500 лет после путешествий Христофора Колумба навстречу неведомым землям за «море мрака», не утихают споры о смысле событий, наряду с другими положивших начало новой исторической эпохе—новому времени, а за ответами на вопросы, которые она поставила перед человечеством, так или иначе приходится обращаться к самым началам, к тем, кто вершил те события. В начале 90-х годов XX века страстная международная полемика разгорелась вокруг самого их определения. Испанцы, другие европейцы традиционно говорили о праздновании 500-летия открытия Америки, а мексиканцы, перуанцы, кубинцы отвергали идею празднования и требовали как минимум дополнения понятия «открытие» такими новыми определениями, как «Встреча двух миров», «Взаимооткрытие культур», стремясь тем самым преодолеть инерцию европоцентристского сознания и подчеркнуть равновесную значимость на чаше весов истории коренных индейских цивилизаций и их современных наследников. Получило известность и такое определение тех событий, как «сокрытие», передающее неутихающее чувство боли наследников погубленных народов: появление европейцев на землях Америки не открыло миру коренные культуры, а погребло либо изуродовало их под обломками истории. Но, в сущности, вся гамма современных представлений о том, что же произошло полтысячи лет назад, уже представлена на страницах сочинений прямых участников [6] исторической драмы, особенно если мы учтем также и произведения индейцев. Мексиканские, перуанские исследователи коренных культур собрали и продолжают собирать индейские памятники той поры, передающие восприятие катастрофического столкновения двух миров с точки зрения потерпевших. И действительно, полная картина той эпохи невозможна без учета ацтекских и кечуанских плачей по погибели родной земли 1, без хроникальных записей майя о появлении европейцев, без историографических сочинений на испанском языке, написанных в XVI веке образованными индейцами, скажем, мексиканцем Эрнандо де Альварадо Тесосомоком или перуанским индейцем Гуаманом Помой де Айала 2, наконец, без осмысления точки зрения Инки Гарсиласо де ла Вега 3, выдающегося писателя, перуанского метиса, в крови и в творчестве которого слились две расы и две культуры. И вот с этой последней точки зрения открывается, пожалуй, возможность наиболее полной оценки. В сущности, правы все стороны: были и «Открытие», и «Встреча двух миров», и «Взаимооткрытие культур», и, конечно же, «Сокрытие Америки», а кроме того, еще и болезненное и драматическое «Соединение». Та трагическая эпоха вместила и благо и зло, и однозначно высказаться о ней невозможно.

В то же время следует отметить глубокое различие в восприятии и осмыслении событий XVI века индейцами — с одной стороны, и испанцами и португальцами — с другой. Уровень наиболее высоко развитых индейских цивилизаций соответствовал примерно состоянию Древнего Египта, и дошедшие до наших дней индейские памятники обнаруживают, что сознание их создателей отличалось, так сказать, непроницаемым мифологизмом — они были способны воспринять происходящее только как часть легенды. Ведь индейцы мифологизировали не только неизвестные им феномены (конь, железное и огнестрельное оружие, книга и так далее), но и сам факт появления чужеземцев и завоевание их земель. И далеко не только социальное и технологическое превосходство обеспечили европейцам победу. Такие явления, как «ласковые» встречи индейцами [7] европейцев (что поразило Колумба и многих других первооткрывателей) и легкие победы горстки испанцев над многократно превосходившими их силами местного населения в зоне высоких культур Мексики, Центральной Америки, Перу, невозможно объяснить без учета подавляющей силы мифа. Для индейцев появление чужаков, владеющих чудесными предметами, означало исполнение пророчеств эсхатологических мифов либо о конце времен, либо о наступлении новых времен, когда они будут подчинены пришельцам-богам. В этом отношении особенно показательны легенды о предстоящем появлении белых бородатых людей, распространенные практически по всей Америке, от Мексики до Перу (мифы о Кецалькоатле и Виракоче).

По-иному воспринимали происходящее европейцы. Миф, религия, конечно, играли огромную роль в их культуре, и не случайно Колумб в первом письме, возвещавшем об открытии неведомых земель и народов, назвал увиденное «чудом» — понятием, имеющим исключительное значение для понимания культуры эпохи открытия и конкисты, да и последующей культуры латиноамериканцев. Европейцы эпохи Великих географических открытий искали чудо и были готовы к нему, и потому в их сознании при открытии Нового Света ожили и приобрели характер едва ли не массового психоза уходившие корнями в античность и в средние века легенды и мифы о монстрах, полулюдях, получудовищах, о блаженных, счастливых, райских островах, об источниках молодости, о золотых и серебряных странах. Поиски Семи городов, Города цезарей, Эльдорадо и даже земного рая — все это неотделимо от времени открытия Нового Света и его конкисты. Об этом говорят письма, записки, хроники Христофора Колумба, Эрнана Кортеса, Бартоломе де Лас Касаса, Гонсало Фернандеса де Овьедо-и-Вальдеса и многих других. Мощный всплеск мифотворчества среди европейцев, очевидно, стимулировался еще и тем, что такой самый авторитетный, священный для них источник по истории рода человеческого, как Библия, не содержал никаких сведений и даже намеков на существование найденной части света. Потом теологи обнаруживали пророчество об открытии Нового Света в библейской Книге Исайи, отождествляли Кецалькоатля, изображавшегося белым бородатым человеком, со святым Фомой, якобы осуществившим первичную евангелизацию индейцев задолго до открытия Колумба, усматривали провиденциальный смысл в том, что Первооткрывателя звали Христофором [8] — святой Христофор перенес Христа через реку, а Колумб через воды океана — христианскую веру.

Однако мифологизмом сознание первооткрывателей не исчерпывалось. Уже в первом письме Колумба, наряду с мифологической интерпретацией, содержится и стремление дать рациональное объяснение открытой действительности, локализовать ее (пусть на первых порах и ошибочно) в географии и истории, снять с нее пелену мифа и попытаться найти прагматические ответы на множество вопросов. Ведь первооткрыватели, пользовавшиеся магнитной стрелкой, буссолью, секстаном и географической картой, были детьми кризисного века европейского Ренессанса и, так сказать, актерами, разыгрывавшими его кульминационный акт, ставший одновременно истоком и началом следующего действия мировой истории, в котором принимали участие уже вся Земля и все человечество, открытые в своем полном составе и объеме.

Конечно, было бы важно собрать под одну обложку свидетельства как индейцев, так и испанцев и португальцев, однако, лишенные такой возможности в настоящем издании, мы предоставляем здесь слово представителям иберийской культуры. На них история возложила инициативу обнаружения Нового Света, ранее развивавшегося совершенно изолированно, и включения обнаруженного мира во всеобщую историю и одновременно осмысления произошедшего.

Американские хроники XVI века — это выдающееся явление мировой культуры, подлинный автопортрет человека той эпохи, позволяющий понять ее смысл и дух, сущность процессов на переломе от средних веков к новому времени, и прежде всего их принципиальную содержательную, смысловую неоднозначность, а тем самым освободиться от стереотипов, долгое время довлевших в общественном сознании. Нет ничего более ошибочного, чем представление о первопроходце и конкистадоре (а ведь, в сущности, это почти что одно и то же, ибо открытие континента совершалось в той форме, в какой оно тогда только и могло осуществиться,—в форме военной экспансии) как о некоем закованном в средневековые латы монолите, лишь как, если использовать терминологию того времени, о «человеке алчном», «человеке жестоком». Никогда, ни в какую эпоху человек не сводился к эпохальной социальной функции, тем более не был он одномерным в эпоху огромного расширения мира и человеческого сознания. Хроники XVI века решительно опровергают всякий догматизм. Да, были и алчность, и жестокость, но наряду с этим и многое другое: величие открытия, борьба с природой, [9] преодоление пространств, лишения, героизм и познание, любознательность и сочувствие, наконец, гуманизм и любовь — достаточно вспомнить, что выдающиеся защитники индейцев, символизируемые для всего мира образом Лас Касаса, тоже ведь были представителями испанской культуры того времени! 4 Именно об этом говорят автопортреты создателей американских хроник, как они запечатлелись в их сочинениях.

МОТОЛИНИА, ТОРИБИО ДЕ БЕНАВЕНТЕ (1523-1568). История индейцев Новой Испании (Публикация 2000 г.)

Залишити відповідь

7 visitors online now
7 guests, 0 members
All time: 12686 at 01-05-2016 01:39 am UTC
Max visitors today: 20 at 01:36 am UTC
This month: 36 at 07-13-2017 08:49 pm UTC
This year: 62 at 03-12-2017 08:20 pm UTC
Read previous post:
МОТОЛИНИА, ТОРИБИО ДЕ БЕНАВЕНТЕ (1523-1568). История индейцев Новой Испании (Публикация 1993 г.)

МОТОЛИНИА, ТОРИБИО ДЕ БЕНАВЕНТЕ (1523-1568). История индейцев Новой Испании.

ФЕЛИКС ТОЛЕДСКИЙ (642-690). Житие Юлиана Толедского

ФЕЛИКС ТОЛЕДСКИЙ CВ. ЮЛИАНА ТОЛЕДСКОГО ЖИТИЕ ИЛИ ВОСХВАЛЕНИЕ, НАПИСАННОЕ ФЕЛИКСОМ, ТАКЖЕ ЕПИСКОПОМ ТОЛЕДСКИМ S. JULIANI TOLETANI EPISCOPI VITA SEU ELOGIUM...

Close